Корчмарь искренне и громко расхохотался.
- Ну, ты, парень, даешь, - сказал он, вытирая выступившие слезы. - Какой допрос? С головой не дружишь? Ладно, об этом у тебя опасно спрашивать. С чего ты взял, что я тебя не выпущу?
- Зачем тогда так подробно все рассказываете?
- Я не сказал тебе ничего, чтобы уже не было известно всем, кто знает о нашей деревне.
- А как же два человека, которые стоят снаружи? - все еще подозрительно поинтересовался я.
- Да? - удивленно вскинул брови корчмарь. - Сейчас посмотрим.
Он тихо подкрался к двери и резко дернул ее на себя. В кабинет ввалились два... нет, даже три человека. Кареглазая знакомая и молодая светловолосая женщина, которую я видел в коридоре, да еще с маленьким ребенком на руках. Я поднялся из кресла.
- Опять подслушиваем? - грозно нахмурив брови, обратился к ним хозяин кабинета. - Вы думаете, мне может что-то сделать полуголый безоружный подросток?
Женщины сконфуженно молчали, заливаясь краской и уткнув взгляды в пол. И почему я лучше не прислушался? Почему не понял, что это были женские шаги, а не мужские? Сейчас бы не чувствовал себя так неуютно.
- Киранн, - виновато подняла на корчмаря глаза женщина с ребенком. - Мы...
- Знаю, что вы. Небось, еще и за племянником моим послали, да? Свид в зале?
- Да, дядя, - согласно кивнула девушка.
- Женщины, женщины, - покачал головой хозяин корчмы по имени Киранн и обратился ко мне: - Господин, позволь тебе представить мою жену Ремину и племянницу Лину. А это мой сын, Риан.
Киранн взял из рук жены ребенка и повернул его лицом ко мне. На меня смотрел двухлетний ребенок с мамиными голубыми глазами и папиными черными волосами. Двухлетний и все еще на руках?
- Он у нас немного болен, - смутился корчмарь, заметив мой недоуменный взгляд.
- Но Киранн... - попыталась что-то сказать ему жена.
- Все в порядке, Ремина. Идите. Сейчас мы договорим и придем.
Киранн отдал Ремине сына и закрыл за женщинами дверь.
- Ты бы оделся, парень, - осуждающе покачал головой Киранн. - Не принято перед женщинами полуголым расхаживать.
Я послушно развернул свой узел и натянул грязную рубашку, а сверху еще и камзол. В кабинете не было такой жары, как снаружи, поэтому можно и потерпеть. Но застегивать его не стал, одернул полы. В кармане что-то звякнуло. Ах, да. Как я мог забыть. Я достал два амулета и положил их на стол.
- Что это? - с любопытством спросил корчмарь, разглядывая амулеты.
- То, что было на мне кроме одежды. Ничего не напоминает?
- Нет.
- Жаль, - с сожалением вздохнул я.
- Подожди, тут какие-то буквы. Но языка я не знаю.
- Я знаю. На золотом написано 'Клан Рандвин', а на серебряном - 'Клан Синай'.
- Ни о чем не говорит, - покачал головой Киранн.
Плохо, что не говорит, но и на том спасибо. Для меня лучше сейчас быть неизвестным, чем всенародно популярным. Ведь, как я уже упоминал, амулеты могли оказаться если не знаками гильдий, то чем-то не менее известным точно.
- А откуда ты знаешь этот язык? - с любопытством уставился на меня Киранн.
- Не знаю, - не задумываясь, ответил я, надевая на шею амулеты. И замер, ошеломленно глядя на не менее удивленного корчмаря. Киранн задал свой вопрос не на том языке, на котором я общался в этой деревне. И я на него ответил.
- Что это за язык? - охрипшим голосом поинтересовался я.
- Эльфийский, - с такой же интонацией выдавил Киранн. - И ты ответил на нем без всякого акцента. В отличие от меня.
- Дела-а-а, - протянул я.
- Парень, а может, ты шпион? Вражеский лазутчик? - странно косясь на меня, корчмарь сделал два шага назад, за свой стол.
- Умнее ничего не мог придумать? - угрожающе прищурился я, переходя на 'ты'.
- Это наименее сумасшедшая версия. Остальные еще хуже. Я не говорю, что ты сознательно шпионишь. Возможно, тебе специально стерли память, чтобы мы ничего не смогли прочесть о тебе. И сейчас ты получаешь мысленные приказы от своего хозяина. Я говорю, возможно.
- Так проверьте меня! - не выдержал я. - Что вам всем стоит? Сам же сказал, что здесь лучшие маги. Пусть посмотрят, я всеми конечностями только 'за'!
- Откуда такие выражения?
- Из прошлой жизни, - недовольно буркнул я, падая в кресло.
Я ему о проверке, а он интересуется особенностями моей речи! Кстати, интересно узнать, чем конкретно болен его сын и почему многочисленные маги не могут его никак вылечить. Хотя какой, к демону, сын?! Мне бы для начала узнать, чем Я болен! Хотя тут все ясно. Старческий склероз и девичья память отдыхают, стоит только вспомнить о потере памяти у двадцатилетнего парня.
- Дрова колоть умеешь? - неожиданно спросил меня Киранн, скрестив руки на груди и присев на краешек стола.
Я удивленно вскинул голову.
- Не знаю, в новой жизни еще не пробовал, а про старую ничего сказать не могу. А что?
- Пристроить тебя же куда-то нужно на время проверки. Я предлагаю тебе работу. Крепкий парень в хозяйстве всегда пригодится. Я хотел племянника взять, но он отказался. Сказал, что не хочет от меня зависеть, что сам справится. Правда, сестру свою отдал.
- А если я ничего не умею делать? - невесело усмехнулся я. - Судя по всему, я был дворянином.
- Не можешь - научим, не хочешь - заставим, - ухмыльнулся Киранн. - А если серьезно, то будешь тогда просто вышибалой при корчме.
Я хмыкнул.
- Тебе так хочется меня к себе пристроить? - недоверчиво спросил я. - Да с такими посетителями, как в этой корчме, никакой вышибала не нужен! Они сами порвут любого, кто тебе будет угрожать. Разве я не прав?
- Прав, - улыбнулся Киранн. - Но так ты всегда будешь у меня на глазах.
- Не доверяешь? - прищурился я.
- А ты бы доверял на моем месте непонятной личности со странными способностями и необычными знаниями, который еще и память потерял? Я, например, нет. И не уверен, не причинишь ли ты здесь кому-то зло, вспомнив, кто ты такой.
- Я тоже не уверен, - тяжело вздохнул я, откидываясь на спинку кресла. - Хорошо, я согласен работать у тебя.
Киранн довольно кивнул, как будто был заранее уверен в моем ответе. Еще бы он не был уверен! Деваться мне все равно некуда с тонущего корабля. Или довериться Киранну и принять предлагаемую работу, или попытаться уйти из деревни. Но во втором случае мои шансы выжить значительно уменьшались. Вряд ли меня выпустят отсюда до той самой проверки. Киранн только делает вид, что он и мухи не обидит, но стоит только вспомнить, как он держался, когда только увидел меня, то все сомнения сразу исчезают.
- Только обращайся ко мне более уважительно при людях, - ворчливо предупредил корчмарь, подходя к двери.
- Как? - ехидно ухмыльнулся я, вновь поднимаясь из кресла. - Милорд?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
