– Думаю, ты просто не знаешь, от чего отказываешься, - возразила Иветта. - Такого чувства единения никак иначе не достигнуть.
– И в чем же его преимущество? Мне просто интересно.
– Мы - стая, наша сила в единении. В беде, в опасности никто из нас не будет один. Лишь позовет - и мы придем на зов. К тому же мы как бы вне закона. Для людей мы не существуем, пусть так и остается. Но, вместе с тем, мы живем среди них. Поэтому бывают моменты, когда нужна помощь. Например, если попал в милицию, а скоро полнолуние, или ненароком привезли в больницу. Догадываешься, что будет, если исследуют нашу кровь и не только.
– Но ведь стаи гораздо древнее, чем эти современные проблемы, - возразил Андре.
– Ты прав, - кивнула Иветта. Мы уже закончили с ужином и перешли в гостиную, и теперь главная волчица сидела в кресле, а на подлокотнике примостилась Ева. Мы устроились рядом на диване. - Но стая - это еще и семья. Среди нас не так много урожденных оборотней. А новенькие должны знать, как жить вместе со зверем. А также, чтобы не чувствовать себя отверженными. Многие, изменившись, лишаются своего дома и приобретают его в стае.
При этих словах Ева сильнее прижалась к верволчице. Уж она-то знает по себе. Еве было четырнадцать, когда отец выгнал ее из дома, узнав, что та оборотень. Да еще недавно пытался вернуть, дабы "исправить", так что воспоминания очень свежи. Пришлось нам в довольно жесткой форме объяснить, что он не прав. Очень надеюсь, что после такого этот тип забудет сюда дорогу. Иначе… иначе придется использовать еще более кардинальные меры.
Понимая состояние Евы, Иветта приобняла ее и наградила поцелуем. Даже когда он закончился, рука главной волчицы осталась лежать на талии девушки в защищающем и немного собственническом жесте.
Глядя на них, Андре едва слышно хмыкнул. Это показалось мне странным, но выяснения я оставила на потом. А Иветта вновь обратилась к нему:
– Что-то мне подсказывает, что ты не так уж неосведомлен о возможностях стаи.
– Ты права. Я уже много лет варюсь в котле сверхъестественного и немало знаю обо всех разновидностях нежити. Кого-то больше, кого-то меньше. Конечно, лучше всего ведьм и волшебников, чуть хуже вампиров и оборотней, ну и остальных постольку поскольку.
– Сталкивался с вампирами? - усмехнулась я.
– Ну, не так, как ты. Это были не битвы, а деловые соглашения. К тому же так сложилось, что оборотни относятся к волшебникам намного хуже.
– Не надо было их так часто использовать на магические артефакты-ингридиенты, - хмыкнула Иветта. - Да и сейчас используете.
– Но теперь это в основном дело добровольное и хорошо оплачиваемое, - отметил Андре.
– А много вообще колдунов? - осторожно спросила Ева.
– Мы не настолько распространены, как вампиры или оборотни. Настоящих мастеров в Москве сотни две. Разных прихлебателей и природных дарований я не считаю.
– Каких природных дарований? - поинтересовалась я.
– Ну, всяких бабок-ведуней или гадалок. У таких магические силы микроскопические, да и развиваются однобоко, на бытовом уровне. Всяческие знахарки… Они имеют лишь смутные представления об истинной магии.
– А где учат истинной?
– Не в школах или таинственных академиях, - улыбнулся Андре. - Достигнув определенного уровня, маг может брать ученика или нескольких. Как правило, не больше трех одновременно.
– А почему нельзя сделать обучение централизованным? - уже мне стало любопытно.
– Магия не поддается усреднению. Каждый маг по-своему уникален. Вот ты, например, тоже маг, но я бы не смог тебя выучить с нуля, только преподать азы, чтобы ты не навредила себе и другим.
– Моя магия - это сила чистой стихии, - согласилась я. - Она не подчиняется общим законам. Но как же другие? Если вы кого-нибудь пропустите?
– Нет, исключено. Когда в человеке открывается дар, то он начинает как бы сиять для других магов. Этого нельзя не заметить.
– Это все хорошо, - хмыкнула Иветта. - Но почему самые сильные маги лишь частично люди? Сначала Триада, теперь вот ты.
– О, об этом много спорили, - усмехнулся Андре. - Сошлись на том, что те, в ком есть примесь нежити, более открыты иному.
– А в Курае тоже что-то намешано?
Курай - ученик Андре. Говорит, способный, хотя со странностями. Правда, у магов это, похоже, профессиональное.
– Не без того. Его дед был рожденным вампиром, который так и не прошел инициации.
– Я что-то подобное подозревала, - хмыкнула я.
– Хм, мне казалось, вы оставили размолвки.
– Одно другому не мешает.
– Кто бы сомневался! - хохотнул Андре. - Но что-то мы все не о том говорим.
– Наверное, ты прав, - согласилась Иветта. - Лео, как у тебя дела в клубе?
– Да помаленьку. Еще вот с почином можно поздравить.
– С каким именно?
– Познакомились с бравыми парнями-автоматчиками с Черномором, т.е. капитаном из отдела по борьбе с наркобизнесом.
– В каком смысле?
– Благо, не в самом близком. Мы обнаружили в клубе наркоторговца, вот и сдали куда положено.
– Ты мне об этом не говорила, - нахмурился Андре.
– Прости, не успела. Но вот что странно…
– Что? - спросили они хором.
– Эти бравы ребятушки появились почти одновременно с дилером.
– Значит, стукнул кто-то, - уверенно заключила Иветта. - Или подставить хотели.
– Вот и я о том же подумала. Поэтому решила повысить количество оборотней в охране - для надежности. И посетители не заметят, и мне спокойнее.
– Одобряю, - у Иветты в клубе вообще почти весь персонал - оборотни.
– Отсюда вопрос: нет ли у тебя кого-нибудь, жаждущего трудоустроиться?
– Хм, надо подумать. Навскидку не скажу.
– Да я не тороплю.
– Кстати, а как насчет Криса? Он уже давно жаждет быть ближе к тебе.
– Куда уж ближе? Он и так мой телохранитель и Зеркало. Но в твоих словах есть резон.
– Так, с этого момента поподробнее! - потребовал Андре. - Что еще за обязанности зеркала?
– Я же тебе рассказывала!
– Мда? Не помню!
– Через Криса я могу передавать свою силу, например, Иветте. Эдакое силовое зеркальное отражение.
– Хм… все-то у тебя не слава богу! - фыркнул маг и волшебник. Как говориться, факт ревности налицо.
– Уж как есть, - усмехнулась я.
– Просто я удивляюсь, как ты позволила ему вообще стать своим телохранителем!
– Измором взял, - вздохнула я, от чего Иветта с Евой едва не покатились со смеху.
– Вы забавные, когда вместе, - поставила диагноз дари вожака.
– В самом деле? - картинно изогнул бровь Андре. Весь его облик кричал о красоте, соблазне, сексуальности, в конце концов, но не о забавности. Правда свой шарм он направил не в ту сторону. Ева ничуть не смутилась, лишь многозначительно потерлась о плечо Иветты, а та сказала:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
