– Но позвольте, – заметила Эвелина, – значит, на острове они остались втроем?
– Даже вчетвером, если считать и ручную обезьянку мисс Нормы.
– Великолепно! Прямо, как в Ноевом ковчеге. Продолжайте, м-р Грей!
Тот снова пыхнул трубкой.
– Ну-с, построили мы им на острове небольшой домик, оставили питьевой воды, всю необходимую утварь и сразу же отправились в Пуэрто-Рико. Там у хозяина были какие-то коммерческие дела. В Пуэрто-Рико пришлось задержаться: сначала хозяин с делами никак не мог разделаться, потом океан заштормил. Словом, лишь двенадцать недель спустя легли мы на обратный курс и пошли к острову. Но во всем этом не было еще никакой беды: продовольствия и воды мы оставили Томпсонам минимум на пять месяцев, медикаменты и все прочее тоже были у них в достатке. И несмотря на это не мог я отделаться от какой-то непонятной тревоги, недоброго предчувствия за исход пари. Дело в том, что миссис Томпсон, действительно, была удивительно красивой, и мой хозяин частенько в отсутствии брата бросал на нее такие взгляды, какие не могли не навести на размышления. Боюсь, хозяин делал ей какие-то предложения и получал решительный отказ. Словом, мне кажется, у него было достаточно оснований насолить миссис Томпсон, да и своему брату тоже. Вот почему мне так не понравилось заключенное пари. Слишком настораживала также сумма, какую назвал тогда хозяин. По всему было видно, очень уж хотелось ему оставить Роберта на острове. Помнится, он так торопил нас с разгрузкой, что пришлось прихватить даже часть ночи. А на рассвете яхта уже покинула остров. Зато отплытие из Пуэрто-Рико оттягивалось под любым предлогом. В последний момент, когда все уже было готово к снятию с якоря, хозяин вдруг приказал красить яхту, заставил механика перебирать совершенно исправный двигатель. Но самое подозрительное заключалось в том, что когда мы пришли на прежнее место и не обнаружили там острова, он абсолютно не был удивлен. Я лишь с трудом уговорил его потратить неделю на поиски исчезнувшего острова. В те дни он не выходил из своей каюты или часами сидел в радиорубке и с утра до вечера тянул коньяк. Когда же, по возвращении в Штаты, я стал настаивать на организации поисковой экспедиции, он накричал на меня, пригрозив сообщить судебным органам, что я намеренно вывел яхту не в тот район, и вообще запретил говорить с кем бы то ни было на эту тему. Ну, а газеты… Вы слышали, как это было преподнесено широкой публике.
Грей тяжело вздохнул.
– После всего случившегося мой хозяин продал яхту, а я ушел в отставку. Но мы встречались еще время от времени, и всякий раз я не мог отделаться от мысли, что он знал о том, что остров исчезнет. И был у нас еще один крупный разговор. Года полтора спустя после трагедии я узнал, что он наследовал большое состояние, и решил снова попросить его организовать поисковую экспедицию, предложив свои безвозмездные услуги в качестве капитана. Он долго юлил, ссылался то на одно, то на другое. Потом вдруг сказал:
– Слушайте, Грей, не спрашивайте меня ни о чем и не пытайтесь наводить никаких справок, поверьте на слово – остров этот искать бесполезно.
На том мы и расстались. А в прошлом году, незадолго до смерти, он пригласил меня к себе и сказал: «Уильям, это я повинен в смерти брата». Вот и вся история…
– Как вся? – воскликнула Эвелина. – А что все-таки произошло с островом?
– Не знаю. Этой загадке, видимо, не суждено быть разгаданной. Хозяин унес ее в могилу.
– Нет, подождите, – вступил в разговор Денис – Попробуем все-таки разобраться. Вы говорили, что увидели остров впервые и до этого хозяин ничего не знал о нем?
– Да, это так.
– Теперь скажите, вы были на этом острове или все время оставались на яхте?
– Я обошел его кругом по береговой линии.
– А хозяин?
– Хозяин облазил весь остров вдоль и поперек.
– Значит, он мог заметить нечто такое, что не могли заметить вы?
– Возможно. Но он гулял по острову с братом. И тот тоже мог бы заметить что-либо необычное. Между тем, он без тени сомнения остался на острове.
– Ну, это еще ни о чем не говорит. Вы сказали, кажется, что он преподавал в колледже литературу и, стало быть, не был естественником. А ваш хозяин, он какое получил образование?
– Помнится, он учился в университете, хотел стать горным инженером, но потом перешел в школу менеджеров.
– Это уже интересно! Горный инженер… Вы знаете, м-р Грей, ведь в принципе остров, если он вулканического происхождения, может как появиться в океане, так и исчезнуть, и Джордж Томпсон как горный инженер…
– Мог предвидеть это, так вы хотите сказать?
– А почему бы нет?
– Да потому, что видел я такие острова. И не раз. Черный безжизненный конус, окутанный дымом! А тут- мягко-округлые холмы, долины, белые пляжи, море зелени. И океан вокруг – чистый, спокойный. Нет, остров был не вулканический.
– Та-а-ак… Что же могло быть еще? Вы, кажется, говорили, что оставили Томпсонам продовольствие и воду. Разве на острове не было воды?
– Там не было хорошей питьевой воды.
– Что значит «хорошей питьевой воды»?
– Обходя остров, я не обнаружил ни одного ручья, который впадал бы в океан. Хозяин сказал, что не заметил проточной воды и в глубине острова. Хотя озерки и болотца стоячей воды попадались на каждом шагу.
– Значит, то была лишь дождевая вода, которая могла и пересохнуть? В конце концов, этим вполне можно было бы объяснить гибель наших робинзонов…
– Но не исчезновение острова! – воскликнула Эвелина.
– Да, вы правы. Что же могло произойти с островом? Что мог заметить еще Джордж Томпсон? Скажите, м-р Грей, а эти холмы… Может быть, они были слишком низкими, сложенными рыхлыми породами, и штормовые волны могли разрушить их до основания?
– Нет, остров вздымался достаточно высоко.
– Но чем он был все-таки сложен – базальтом, известняком, глинами?
– Этого я вам не скажу, все поросло травой, деревьями. Но можете не сомневаться: волны здесь ни при чем, на этот счет у меня глаз острый.
– Что же, попробуем подойти с другой стороны. Вы вот говорили, что по возвращении из Пуэрто-Рико к месту трагедии ваш хозяин часами не выходил из радиорубки. Что и кому он мог радировать?
– Понятия не имею. Хозяин закрывался там один. Одно могу сказать, из рубки он выходил всегда темнее тучи.
– Та-а-ак… А во время стоянки яхты у острова вы не заметили в его действиях чего-нибудь необычного, настораживающего?
– Разве лишь то, что он был заметно возбужден, пил больше обычного вина. И потом… Как мог я забыть! Однажды, когда он сходил на берег один, без брата, я заметил у него в руках небольшой зеленый чемоданчик. Было это еще до разгрузки «Данаи». Вернулся же он без чемодана. Тогда я не придал этому значения, подумал только, что ему понадобилось прятать на острове? А теперь… Неужели то была бомба, и…
