Читаем без скачивания Охотник - Сергей Михалков

Первый сидит в кресле за столом, второй - в кресле,

предназначенном для посетителей. За окном лето.

Невидимский (продолжая разговор). Так сколько же дней вы были в командировке от Общества?

Хапуновин (охрипшим голосом). Двадцать три дня, Виталий Федорович! (Вытирает руки носовым платком.)

Невидимский. А всего сорок один день?

Хапуновин. Да. Мне потом продлили командировку на месте, в республике. (Вытирает шею платком.)

Невидимский. Сколько лекций вы прочли за свою поездку?

Хапуновин (замявшись). Сколько лекций? Ну, если считать беседы и консультации...

Невидимский. Вы ведь выступала по путевкам? Сколько путевок вы предложили к оплате?

Хапуновин (нерешительно). Сто сорок девять, Виталий Федорович! (Оправдываясь.) Я понимаю, что это может вас удивить, но я не мог, не имел права отказать местным организациям! Это же Север! Воркута! Печора! Люди истосковались по живому слову!

Невидимский. Сколько вы заработали?

Хапуновин. Со мной еще полностью не рассчитались... Тысяч десять... за вычетом подоходного, бездетного... несколько меньше.

Невидимский (покачав головой). Ничего себе подработали... На какую тему вы выступали?

Хапуновин. Я выступал по трем темам. Но в основном я читал лекции на тему "Моральный облик человека социалистического общества".

Невидимский. Да-а-а... Рискованно... рискованно... Подвели вы нас... Крепко подвели... И себя тоже.

Хапуновин (испуганно). Опять подвел? А что, пришло письмо?

Невидимский. Да. Пришло письмо.

Хапуновин. От кого письмо?

Невидимский. Жалуются на вас товарищ Хапуновин. (Читает выдержку из письма) "...Лектор, кандидат наук тов. Хапуновин, выступал по пять, а то и более раз в день. Это не могло не отразиться на качестве его выступлений, да и сами лекции, изобилующие цитатами, носили явно (пытается разобрать какое-то слово в письме) ...ка... ко..."

Хапуновин (подсказывает). Компилятивный...

Невидимский (взглянув на Хапуновина и продолжая читать письмо), "...компилятивный, несамостоятельный характер. Прочитанный же тов. Хапуновиным доклад о чистоте морали прозвучал (опять не разбирает какое-то слово в письме) ...ка... ко..."

Хапуновин (подсказывает). Кощунственно...

Невидимский (продолжает читать). "...кощунственно в устах лектора, который в погоне за "длинным рублем" беззастенчиво сокращал и комкал текст своего выступления, для того чтобы успеть выступить на эту же тему в следующей аудитории...". Ну и дальше в том же духе! (Откладывает письмо в сторону.) Что скажете?

Хапуновин (растерянно оправдываясь). Действительно... Мне приходилось иногда применяться к аудитории... В ряде случаев я вынужден был сокращаться...

Невидимский. Напишите мне объяснение. Все подробно. Даты. Суммы. Досконально. Нехорошо... Опять нам приходится с вами разбираться...

Хапуновин (поднимается). Объяснение передать лично вам, Виталий Федорович? (Подает приготовленное объяснение.)

Невидимский. Оставьте его моему секретарю.

Хапуновин. Хорошо. До свидания, Виталий Федорович! (Смотрит на часы.) О-о-о! Опоздал!.. (Убегает.)

Невидимский, взяв со стола какие-то бумаги, уходит из

кабинета. Пауза. Входит секретарша, кладет на стол

книгу.

Появляется Флюидов. В руках у него папка на "молнии".

Флюидов. Виталий Федорович не приезжал еще?

Секретарша. Был здесь. Наверное, в партком вышел. У Хапуновина большие неприятности.

Флюидов. Опять? Что вы говорите? (Смотрит на портреты, висящие на стене.) О о! Новые портреты? Кто это? Я что-то не узнаю.

Секретарша. Павлов! Сеченов!

Флюидов. Ах да! Верно!.. Я всегда их путаю.

Входит Невидимский.

Секретарша. Поздравляю вас, Виталий Федорович!

Невидимский. С чем это?

Секретарша. С вашей книгой! (Показывает.)

Невидимский (проходит за свой стол). А-а-а... (Рассматривает книгу.) Вот как! Почему только один экземпляр?

Секретарша. Я с большим трудом уговорила товарища Выглазова дать вам хотя бы один. Книга еще не вышла. Это "сигнальный"!

Невидимский (сердито). Неужели они не могли дать автору десяток экземпляров? Соедините меня с Выглазовым.

Секретарша уходит. Невидимский протягивает Флюидову

книгу. Тот берет ее, разглядывает.

Флюидов. Поздравляю! Это уже солидный труд, Виталий Федорович!

Невидимский. Четыре года работы! Кое-кому придется покраснеть и пересмотреть свое отношение ко мне как к "бесплодной смоковнице".

Флюидов. Хорошая шпилька! Да-а-а... Когда вы успели?

Невидимский. Надо уметь организовать свое время. Режим - это основной фактор гигиены умственного труда.

Флюидов. Жаль только, что не вы один являетесь автором этой работы.

Невидимский. Что поделаешь? Соавтор есть соавтор. Тут уж никуда не денешься. Думаю перетащить его в наш институт. Талантливый человек!

Флюидов. Это в вашей власти, Виталий Федорович! (Перелистывает книгу.)

Невидимский. Не совсем в моей, правда... Но... одним словом, посмотрим...

Флюидов (держа в руках книгу). "В.Ф.Невидимский, И.П.Шапкин. Личность и коллектив". Как звучит! (Смотрит выходные данные книги.) "Подписано к печати пятнадцатого мая тысяча девятьсот пятьдесят пятого года. Редактор Выглазов. Тираж пятьдесят тысяч". (Возвращает книгу Невидимскому.) Постарались.

Невидимский. Этот Выглазов - славный малый, однако невежда. Удивляюсь, как он до сих пор держится в этом издательстве. Одно время даже замещал главного редактора!

Флюидов. Ну, вашу книгу ему, наверное, не очень-то пришлось редактировать! После таких отзывов...

Невидимский. А я не уверен, читал ли он ее вообще. Так, для вида просмотрел, может быть, раз-другой, поставил несколько птичек и подписал в печать. А не будь этого Выглазова, глядишь, и не вышла бы она "молнией", не увеличили бы тираж... Вот тут, в этом свете, и рассматривай роль личности...

Входит секретарша.

Секретарша. Выглазов у телефона, Виталий Федорович!

Невидимский. Спасибо! (Снимает трубку.)

Секретарша. Я звонила на аэродром. Самолет из Вены ожидается в шесть двадцать пять.

Невидимский. Благодарю вас.

Секретарша уходит.

Флюидов. Кого-нибудь встречаете сегодня? Опять какую-нибудь иностранную делегацию?

Невидимский (держа трубку в руке). Дочь из Рима летит!

Флюидов. Что вы говорите!

Невидимский (говорит по телефону). Алло! Издательство? Это Выглазов? Говорит Невидимский. Что же это ты, батенька мой, обижаешь своих авторов?.. Не думаешь обижать? Не думаешь, а обижаешь... Кого? Меня!.. Да... Понимаю. Но ведь нет правила без исключения! Невозможно?.. Тогда еще два!.. Крайне необходимо! Принесешь?.. Вот это другой разговор!.. Согласен!.. Да, часам к восьми... жду... жду... (Вешает трубку.) Сегодня вечером принесет мне лично еще два экземпляра, Аркадий Валерьянович! Вы ведь тоже сегодня у нас! Я предупреждал Марию Игнатьевну!

Флюидов. Будем, будем!

Невидимский. Как это говорится, хорошенько не "обмоешь" - жди неприятностей: плохих рецензий, дурных отзывов... Кстати, ваша рецензия готова?

Флюидов. Готова. Я как раз хотел показать ее вам, перед тем как отсылать в редакцию. (Быстро достает из папки рукопись.)

Невидимский. Нет-нет! Неудобно! Не надо!

Флюидов. Ничего неудобного! Это же о вас, о вашей книге!

Невидимский (протягивает руку). Ну хорошо. Почитаем. (Достает "вечную" ручку и начинает читать статью.)

Флюидов смотрит через его плечо.

(после паузы.) А не лучше ли тут будет сказать так: "Авторы проявили смелость и оригинальность в серьезном научном исследовании". Как вы думаете?

Флюидов. Правьте, правьте, Виталий Федорович! Пусть будет так, как вы хотите! Это же о вашей книге!

Невидимский (исправляя строку в статье). Как вы договорились с редакцией?

Флюидов. Дают в восьмой помер.

Невидимский (не поднимая головы). Дело! У вас - недюжинный талант организатора. Вы "мастер короткого удара"!

Флюидов. Стараюсь проявить себя на работе. Статья выйдет из печати почти одновременно с книгой.

Невидимский (читает статью). Вот еще это место! Вы пишете: "Книга читается с интересом и, несомненно, привлечет внимание широких кругов педагогической общественности". Может быть, следует сформулировать так: "Книга имеет, бесспорно, практическое значение, она читается с интересом", ну и дальше так, как у вас!

Флюидов. Правьте, правьте, Виталий Федорович!

Невидимский. В таком случае исправим! (Правит статью.)

Флюидов. Название вас устраивает?

Невидимский. Гмм... Ну что ж... "Неоценимый вклад в науку"? (Подумав.) Я не против... Да лучше, пожалуй, и не придумаешь? (Возвращает статью Флюидову.)

Флюидов (пряча статью в папку и задергивая "молнию"). Завтра пойдет в набор. (Интересуется "вечной" ручкой, которую Невидимский все еще держит в руке.) Это что, модель "Акула"?

Невидимский. "Акула"!

Флюидов (с завистью). Уже?

Невидимский. Уже! В оперативности, друг мой, залог успеха! (После паузы, спрятав ручку.) Ну, как ваша жизнь молодая? Как чувствуете себя в академической квартире? Не затерялись еще в пяти комнатах?