Читаем без скачивания Развод. Я хочу стать мамой (СИ) - Вишневская Виктория

– Ариш, завтрак! – зовёт муж через всю гостиную. Как всегда громко, как он умеет, что даже в туалете слышно.

Я встаю, выпрямляюсь, смахиваю вдруг выступившие слёзы. Устала уже плакать. Должна бы привыкнуть, что чуда не случится… но не привыкается.

Вымываю руки, выхожу из туалета и пытаюсь натянуть улыбку. Не хочу заразить Августа своим испорченным настроением.

Захожу на кухню — и будто попадаю в другой мир. У окна мягкий утренний свет, на плите шкворчит сковорода, пахнет поджаренными яйцами, свежим укропом и сладкими помидорами.

Август стоит у плиты, сосредоточенно выкладывает яичницу на тарелки, ровно раскладывает помидорки и сверху щедро посыпает зеленью. Он так увлечён, что не замечает меня.

Подхожу и обнимаю его со спины. Прижимаюсь крепко-крепко, зажмуриваюсь и на секунду забываюсь. Только этот мужчина помог мне справиться со всем дерьмом, с которым я столкнулась за последние пять лет. Мы столько всего пережили — и я ему за многое благодарна. До боли в груди.

– М-м-м… это такая благодарность за завтрак? – улыбается он, не оборачиваясь. – Я готов готовить каждый день.

– Я тебя за язык не тянула, – улыбаюсь в ответ, нехотя отлипаю и шмыгаю под мышку, чтобы заглянуть на тарелки. – Как же вкусно выглядит!

– Садись уже, ешь, – кивает на стол. – А то опоздаешь.

– Не опоздаю, – плюхаюсь на стул и с нетерпением потираю ладони. – У меня есть личный водитель.

– Есть, – коротко кивает, скользя по мне тёплым взглядом и ставя передо мной тарелку. – Ещё и работает бесплатно.

Я смеюсь — легко, по‑настоящему. От тепла кружится голова, и на миг становится не так страшно. Может, чудеса и не случаются по расписанию. Но одно чудо со мной произошло. Это мой муж.

— А у него вторая работа есть. На семью хватает.

— Так-то я министр, а такси — так, для души, — шутит он. Его тёплый смех как лампа — разгоняет сумрак внутри. Но стоит на секунду отвлечься, и я снова проваливаюсь в свои мысли.

А если… взять ребёнка из детского дома?

— Ты опять делала выручку фармацевтам? — вдруг спрашивает Август.

— Ты о чём?

— Опять накупила тестов и теперь делаешь их каждую неделю?

Неловко чешу висок. Как узнал?

— Я же со своей карты покупала. Откуда знаешь?

— По твоему лицу легко догадаться. Слишком грустное.

— Ну, пора бы уже привыкнуть, — бурчу, уткнувшись в тарелку.

— Арин, — он накрывает мою ладонь своей. Тёплой, уверенной. Во мне всё сжимается. Я вскидываю взгляд и замираю, боясь услышать ту самую фразу. «Я тебя бросаю».

Я знаю, как сильно Август хочет семьи. До меня он ни с кем толком и не сходился: работа-работа-работа. А со мной как будто выдохнул, зажил. Я видела, как он светился, будто у него внутри зажгли гирлянды. Он стал брать выходные, уходить вовремя, а не ночевать в офисе, как прежде.

— Давай пока успокоимся? — мягко говорит он.

— Я спокойна.

— Я не про это. Давай пока перестанем хвататься за ребёнка, а?

Я замираю. От него я ждала чего угодно, только не этого.

— Нужно передохнуть, — он осторожно сжимает мою ладонь. — Наши организмы, особенно твой, живут в стрессе. Им нужен отдых. Мозгам тоже. Отпустить эту мысль, жить как живётся. Чем больше ждёшь, тем сильнее разочарование, так ведь? А так — отдохнём, забудемся, и, может, всё само получится.

Знаю такие случаи. Знаю…

Но кто сказал, что отпустив, а потом вернувшись к этому через год, мы справимся?

Гарантий нет. А время идёт.

А вдруг случится чудо? Я уже и не знаю, за какую мысль держаться.

— Может, ты и прав, — шепчу. — Давай перестанем гнаться за детьми. Пока что.

— Подумай о карьере, — улыбается муж, и в глазах у него хитрые искорки. — Обычно, как только женщина о ней мечтает, случайный залёт рушит все планы.

— Дурак, — бью его кулаком в плечо, не сильно.

— Дурак-дурак, а кто-то опаздывает на работу.

— Мы опаздываем! — восклицаю и быстрее отправляю в рот последние кусочки вкусноты, которую он приготовил. Золото, а не мужчина.

Мы быстро одеваемся. Едем в университет, где я работаю. Август, как всегда, подбрасывает меня по пути.

— Надолго сегодня? — спрашивает он, притормаживая у входа.

— Нет, три пары. Потом с сестрой в кафе встречаюсь — говорит, надо поговорить.

Она выглядела встревоженной вчера вечером.

— Хорошо, — он целует меня в щёку. В губы возле работы я ему запретила — тут свои правила. — Звони. Может, сегодня освобожусь пораньше и заберу тебя.

— Люблю тебя.

— И я тебя.

Вылетаю из машины, бегу к университету. По пути снова приходит сообщение от сестры.

«Сегодня точно всё в силе? Кажется, я придумала, как вам с Августом стать родителями».

Я сглатываю, хочу уже написать ответ, но одёргиваю пальцы.

Мы договорились с мужем не думать об этом. И я выгоняю все мысли из головы и быстрее бегу на пару.

Глава 5. Арина

— Арина Михайловна, а вы у нас надолго?

— Что за вопросы, Самойлов? — не поднимая головы от плана, черчу строчку за строчкой, пока непутевые студенты один за другим тянутся за заданиями.

— У нас в школе училки по английскому через полгода в декрет уходили. А вы уже три года держитесь, рекордсменка, — Самойлов сам себя смешит и гогочет, как болван. — Вот и спрашиваем: что-то долго вы у нас. Терять вас не хотим, вы добрая.

— Держите, — протягиваю ему лист с задачами.

— А я уже брал.

— А это тебе дополнительно. За неуместные вопросы преподавателю. Если решили от меня избавиться — не надейтесь.

Он угрюмо принимает лист, морщит нос.

— Вот и пошутил.

Разворачивается с дружками и уходит, шаркая кроссовками по линолеуму, а я чувствую, как меня внутри тянет в разные стороны. Горло на секунду сводит.

Почему эти вопросы посыпались именно сейчас, когда мы с Августом решили больше эту тему не затрагивать и не гнаться за детьми? Как назло, и сестра туда же. Что она там придумала? Травами меня пичкать? Или… из детского дома взять?

О последнем я как раз думала последние месяцы. Думала — и… не решилась.

Звенит звонок. Перерыв заканчивается, у меня начинается вторая пара. Потом — третья. К концу дня голова гудит.

Накидываю пальто, завязываю шарф на шее и выхожу на улицу, попутно прощаясь со студентами. Несмотря на осень и прохладный ветер, решаюсь прогуляться до кафе. Оно недалеко, но я успеваю замерзнуть за какие-то десять минут.

Захожу в помещение — и тёплая волна обдаёт лицо, щеки начинают покалывать. Скидываю пальто, шарф, проскальзываю к первому свободному столику у окна. Заказываю кофе и пирожные, достаю телефон и пишу Августу, что жду сестру.

Через пять минут в кафе влетает Лена.

— Приветик! — радостно щебечет, чмокает меня в щёку и плюхается на стул. — Ты уже заказала?

— Да, — и мне как раз приносят мой кофе. Лена делает заказ — всего один чай. Сразу понимаю: с деньгами у неё опять туго. Не в первый раз. Она что, уже спустила то, что я ей давала?

— Опять проблемы с деньгами?

— Немного, — шепчет, пряча взгляд в чайнике. Стыдно, что тратит так бездумно?

Она не работает, только недавно закончила учёбу. Устроиться никуда не выходит, и помощи ждать не у кого. Папы не стало три года назад, отчего у меня и произошёл выкидыш после долгой попытки забеременеть. Сильно перенервничала.

— Заказывай. Я заплачу.

Она мнётся, как школьница у доски, но всё-таки позволяет уговорить себя на пирожное. Официантка уходит, и я не выдерживаю:

— Ты утром отправила мне странное сообщение, — говорю и обхватываю кружку ладонями, грею пальцы.

— Знаю, — Лена закусывает губу. — Не удержалась. Пришло в голову — и всё. Не пойми неправильно: я просто предложу, а ты сама решай.

— Не пугай, пожалуйста.

— Ладно, слушай. Ты же знаешь, у меня с деньгами вечно туго. Я решила стать суррогатной матерью.

— Чего, блин?.. — кофе застревает где-то в горле, я едва не поперхнулась.