Нам с Джуди было очевидно, что почти все, с кем происходили ПСК, включая отъявленных скептиков, пережили эмоциональную и духовную трансформацию. К 1993 году мы убедились, что собранные нами истории действительно свидетельствуют о контактах с умершими любимыми.
Понадобилось семь лет на то, чтобы достичь цели проекта ПСК. За это время мы собрали более трех тысяч трехсот рассказов о посмертных коммуникациях. Мы провели интервью с двумя тысячами людей, которые жили во всех пятидесяти американских штатах и десяти канадских провинциях. Эти были очень разные люди, они отличались социальным положением и уровнем образования, владели разными профессиями. Их возраст варьировался от восьми до девяноста двух лет.
Почти все люди, с которыми мы беседовали, были воспитаны в католическом или иудейском духе, и большинство из них все еще придерживаются протестантского, католического или иудейского вероисповедания. Во время интервью некоторые говорили о рае в традиционном христианском контексте, а другие использовали это слово для описания жизни после смерти в целом. В этой книге мы используем слово «рай», когда говорим о высших духовных уровнях жизни после смерти.
В среднем телефонное интервью длилось сорок пять минут, хотя некоторые продолжались больше часа. Задавались стандартные вопросы, а затем следовали другие, связанные с типом переживания, о котором шла речь. Так как ПСК — это яркое и запоминающееся событие, люди, с которыми мы беседовали, могли рассказать подробности с большой ясностью даже много лет спустя.
В наше исследование вошли только такие рассказы о посмертных коммуникациях, которые были получены из первых рук. Хотя нам рассказывали весьма впечатляющие истории, переданные рассказчику другими людьми, мы всегда пропускали их, если только не могли поговорить с тем, кто сам пережил описываемые события. Кроме того, для сохранения качества исследования нам необходимо было иметь как минимум две похожие истории.
Практически все участники исследования были совершенно здоровы, когда столкнулись с ПСК. Мы сделали исключение лишь для немногих, кто пережил ПСК во время болезни (такие случаи специально отмечены). Мы исключили всех людей, которые находились, по их признанию, в состоянии алкогольного или наркотического опьянения в момент переживания, за исключением двух рассказов в главе 20 «Спасительное милосердие».
Многие мужчины и женщины, с которыми мы беседовали, выразили надежду, что читатели извлекут пользу из их ПСК. Они хотели избавить других от боли, через которую прошли сами, когда лишь немногие друзья и родственники были готовы поверить им.
Интервьюеры, люди, расшифровывавшие записи, и мы с Джуди чувствовали себя глубоко тронутыми очень личными и дорогими переживаниями, которые нам были доверены. Бесчисленное множество раз интервью становились очень эмоциональными и прерывались слезами на обоих концах телефонной линии.
Расшифрованные интервью заняли в общей сложности более десяти тысяч страниц. Самым сложным было выбрать те ПСК, которые лучше всего демонстрируют разнообразие и глубину нашего исследования, и сделать их доступными для понимания. Формат данной книги, являющейся дорожной картой сложной области, был выбран так, чтобы предложить наибольшее число описаний, полученных из первых рук. Каждое описание — законченная история, рассказанная словами того, кто ее пережил, со всеми сопутствующими эмоциональными проявлениями. Все рассказы хранят жизненную энергию, которая может быть прочувствована только по прочтении от начала до конца. Так как они говорят сами за себя, мы решили добавить минимальное количество комментариев, давая вам возможность получить удовольствие от чтения самых разных историй. Мы убеждены, что такой подход поможет вам оценить посмертные коммуникации и вынести свое собственное решение о степени доверия, которой заслуживает этот феномен.
В презентации нашего исследования мы обычно добавляем короткие комментарии после каждого описания ПСК. Бо$льшая часть таких комментариев подчеркивает, рассматривает или оценивает значимость каждого отдельного переживания, в то время как иные содержат наблюдения о процессе переживания горя. В некоторых случаях вы заметите, что наши комментарии выходят далеко за рамки определенной истории. В этих случаях мы делаем выводы, основываясь на многих других интервью, проведенных нами. Мы также включили информацию, полученную из некоторых других источников, таких как околосмертные переживания, опыт выхода из тела и различные духовные феномены, которые мы изучали в течение последних восемнадцати лет. Поэтому некоторые наши комментарии могут показаться достаточно смелыми и даже провокационными.
Мы не ожидаем, что вы обязательно согласитесь со всеми нашими выводами. На самом деле, вы можете дать совершенно иные интерпретации описанным переживаниям и вынести собственные решения, не менее верные. Мы уважаем чужое мнение и с нетерпением ждем ваших писем, чтобы познакомиться с иными точками зрения.
Нас часто спрашивают: «Сколько людей сталкивались с ПСК?» Основываясь на нашем исследовании, мы с уверенностью полагаем, что, по крайней мере, пятьдесят миллионов американцев, или 20% населения Соединенных Штатов, не менее одного раза испытывали ПСК. Процентное соотношение резко возрастает среди родителей, потерявших своих детей, вдов и вдовцов, осиротевших детей и всех тех, кто пережил смерть любимого человека.
Для сравнения мы приведем некоторые цифры. По данным опросов, десять миллионов американцев, или 4% населения США, получили околосмертные переживания. Это означает, что количество людей, столкнувшихся с ПСК, по крайней мере в пять раз больше.
Люди, знакомые с околосмертными переживаниями, находились на пороге смерти. Многие из них утверждают, что посетили другой мир прежде, чем вернулись обратно в тело. Все случаи посмертных коммуникаций, описанные в этой книге, получены от людей, которые умерли и завершили свое путешествие к свету. Пожалуй, они обладают более глубоким пониманием и менее ограниченным взглядом на земную жизнь и цель нашего пребывания здесь.
ПСК часто происходят и в других частях света. Кое-где они считаются социально приемлемыми как послания от умерших близких. Люди, с которыми это происходит, имеют возможность свободно делиться своими переживаниями с другими, и все могут извлечь пользу из открытого обсуждения таких событий. Мы убеждены, что посмертные коммуникации заслуживают такого принятия и внимания и в нашей культуре.
Наша книга начинается с углубленного рассмотрения двенадцати самых распространенных типов контактов с умершими, включая утешение и эмоциональное исцеление, которые они дарят. Затем мы изучим «устрашающие» ПСК и еще две особые темы. Последующие шесть глав познакомят вас с убедительным свидетельством того, что такие переживания являются истинными посланиями от умерших родственников и друзей. В главу 22, «Жемчужная нить», вошли «лучшие из лучших» истории. В последней главе представлены отдельные социальные и духовные выводы нашего исследования.
Глава 2
Чувство присутствия: ощущаемые ПСК
Мы не человеческие существа, получающие духовный опыт, а духовные существа, получающие опыт человеческий.
Доктор Уэйн У. Дайер
Согласно нашему исследованию, существует двенадцать основных типов или форм посмертных коммуникаций. Ощущение или чувство присутствия умершего члена семьи или друга — это один из наиболее распространенных типов контакта. Мы называем такие переживания «ощущаемые ПСК».
Люди рассказывали об интуитивном или внутреннем знании того, что любимый человек находится с ними в одной комнате или местности. Это отчетливое, почти физическое ощущение присутствия. Такое присутствие казалось знакомым и дарило ощущение личности и индивидуальности умершего. Одна женщина, психолог, объяснила это так: «У каждого человека есть сущность или личная энергия, которая так же уникальна и индивидуальна, как отпечатки пальцев».
Многие люди утверждают, что способны ощущать эмоции и настроение своих умерших любимых, когда переживают ПСК. Некоторые способны таким образом получать невербальные послания.
Хотя ощущение чьего-либо присутствия является самым тонким и неуловимым типом ПСК, каждое переживание имеет четко определенное начало и конец. Те, кто испытывает подобное, знают, когда умершие родственники и друзья приходят, и когда они уходят.
Первые пять историй в этой главе являются типичными описаниями ощущения присутствия умершего близкого.
Диана, медсестра огайского хосписа. Ей пятьдесят три года. Ее навестила бабушка, умершая от рака восемнадцатью месяцами ранее.
Когда я стояла возле кухонной раковины, то почувствовала теплоту, чье-то присутствие. Оно было не физическим, а, скорее, окутывало меня. Я знала, что это была моя бабушка!
