— Вы ее коллега?
— Да. То есть нет, в смысле, не только. Она моя невеста. — Драко очень зрелищно представил себе, что сделает с ним Грейнджер, когда узнает об этом. Но в конце концов, он практически не соврал. Если она действительно носит его ребенка, то выбора у них особо и нет. У него уж точно. А Гермиона от такой формулировки непременно выцарапает ему глаза.
— Понимаю.
Целительница вышла из-за ширмы и выпустила патронуса. Маленькая серебристая медведица быстро ускакала прочь.
— Что с ней? — спросил Драко более взволнованным голосом, чем рассчитывал.
Ответить она не успела. Двери распахнулись, и в кабинет вошел пожилой колдомедик, а за ним вплыли носилки. Он молча левитировал на них все еще бесчувственную Грейнджер и забрал пергамент из рук женщины.
— Кровотечение я остановила, повреждений нет, состояние стабильное.
Целитель лишь кивнул и вышел из кабинета. Носилки поплыли следом.
— Кровотечение? Что с ней? — Драко будто со стороны слышал свой голос, который звучал слегка истерично. Или не слегка.
— Кровотечение я остановила, — как ребенку повторила врач. — Угрозы больше нет. Мисс Грейнджер будет в порядке и ее малыш тоже. Вы же знаете, что ваша невеста в положении?
Драко кивнул.
— Тогда поторопились бы вы с кольцом, — тихо пробормотала целительница, недовольно поджала губы и уже громче добавила, — я так понимаю, мистер Малфой, что вы бы не хотели, чтобы я сообщила об активации экстренного протокола в Аврорат?
— Это было бы очень любезно с вашей стороны, мэм, — Драко вежливо склонил голову, испытывая прилив благодарности.
— Хорошо. Я рада, что вы оказались рядом и быстро доставили мисс в больницу. Все могло бы закончиться очень печально, будь она одна. Вам сейчас необходимо пройти в гинекологическое отделение на восьмом этаже. Там предоставят более подробную информацию о состоянии вашей невесты.
— Спасибо, мэм.
Женщина кивнула и вернулась за стол к своим обязанностям.
Стоило Драко выйти из кабинета в приемное отделение, как в него практически врезался серебристый олень.
— Совещание идет уже 20 минут. Робардс в ярости, — прошептал ему олень и растворился в воздухе.
— Да, ёб твою мать. Мантикору тебе в постель, Робардс.
Ну конечно же. В том мире, где он жил до двадцати пяти лет что-то происходит. Например, планерка по понедельникам. Ему нужно было уладить рабочие моменты и вернуться. В идеале, как раз к пробуждению Грейнджер.
Что ей сказать, он так и не придумал.
*
Сознание медленно возвращалось к ней, а контроль над телом — нет. Глаза открыть не получилось. Поднять руку тоже. Но в целом, чувствовала Гермиона себя более, чем удовлетворительно. Отдохнувшей и спокойной. Прошла внутренняя дрожь, которая последнее время не покидала ее, то ли от холода, то ли от нервного возбуждения.
И следом за этой мыслью ее накрыло воспоминаниями прошедших двух дней.
Тошнота. Тест. Беременность. Джинни.
Библиотека. Отдел Тайн. Нотт. Малфой.
Стоп. Малфой?
Последнее воспоминание — Малфой в ее кабинете. Потом резкая тянущая боль в животе и темнота.
Нужно открыть глаза.
Гермиона попыталась разомкнуть губы, но вместо этого из нее вырвалось тихое мычание.
— Тише, я сейчас позову врача, — знакомый голос прямо возле уха.
В этот момент дверь в палату распахнулась, видимо, на ней были какие-то сигнальные чары.
— Не волнуйтесь, мисс, — теплая волна магии, и она почувствовала, как вернулся ее контроль над собственным телом. — С вами всё хорошо, не делайте резких движений. Сейчас я дам вам воды.
Гермиона медленно открыла глаза.
В палате царил приятный полумрак. Над ней, ласково улыбаясь, склонилась молодая целительница. Она дотронулась волшебной палочкой до запястья девушки, удовлетворенно кивнула и заклинанием приподняла спинку кровати.
— Вот, выпейте, — она поднесла стакан к губам девушки. — Я повторяю, с вами все прекрасно. Ни вам, ни малышу ничего не угрожает, поэтому прошу вас не нервничать.
Гермиона жадно глотала прохладную воду. Она и сама чувствовала, что с ней все хорошо, но гипнотический голос целительницы действовал умиротворяюще.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Осушив стакан до дна, она благодарно улыбнулась мисс О’Брайн, как было указано на бейдже.
— Со мной все в порядке теперь, спасибо.
— Очевидно, вы не очень хорошо следили за собой последнее время. Забывали поесть? Мало спали? Нервничали? В вашем положении нельзя так халатно относиться к себе. Первый триместр беременности наиболее опасное время для ребенка. Я передала вашему жениху брошюры, изучите их вместе. Список необходимых зелий также уже у него. Вы поставлены на учёт, ваш доктор…
После слова «жених» губы Гермионы сложились в очаровательную букву О, а мозг прекратил обрабатывать информацию.
В смысле, вашему жениху?
Она проснулась где-то в альтернативной реальности? Как спросить, кто ее жених и не оказаться у колдопсихиатра?
Но тут мисс О’Брайн отошла от ее кровати, открывая вид на палату, и ошарашенный взгляд Гермионы наткнулся на Драко Малфоя, который сидел на стуле для посетителей и, кажется, пытался слиться с белым интерьером комнаты. Он смотрел куда-то в угол, не моргая, и явно чувствовал себя здесь лишним.
Колдомедик все еще о чем-то вещала, но Гермиона никак не могла сосредоточиться на ее словах. Она рассматривала Драко, пытаясь заполнить вакуум в голове хоть одной связной мыслью.
Итак, она вышла от Нотта сегодня утром (сегодня? сейчас все еще понедельник?) и кое-как добралась до своего кабинета. Там все помнилось, как в тумане, видимо, в этот момент ей стало плохо и, видимо, сюда ее доставил именно Драко. И, видимо, ее жениху известно слишком многое.
Целитель, наконец, закончила свою речь, сообщив, что выпишет ее только утром, и вышла из палаты.
Тишину, заполнившую пространство после ее ухода, можно было потрогать руками, настолько она была давящей. Малфой, кажется, не собирался объяснять, что он здесь делает, зачем соврал целителям и почему не позвал, например, Гарри, а Гермиона просто не могла выбрать с какого вопроса начать. Особенно, если учесть, что ее логически выстроенный мозг ответил на вопросы по отдельности, но цельная картина никак не складывалась.
— Э-э-м, Малфой?
Он медленно перевел на нее взгляд, уставившись куда-то чуть выше ее правого плеча.
— Какой сегодня день?
Вопрос явно удивил Драко. Он ждал другого развития событий. Прочистив горло, он сказал:
— Понедельник. Четвертое июля, — голос все равно был слегка хриплым.
— Значит я спала всего несколько часов, — полувопрос полуутверждение.
Малфой неуверенно кивнул, все еще не понимая к чему она клонит.
— Так как же вышло, что я пропустила нашу помолвку, Драко?
========== Глава 4 ==========
Трусливое желание сбежать превалировало над всеми остальными мыслями.
За прошедшие несколько часов он так и не смог придумать более или менее приемлемый ответ на вопрос какого драккла он вообще объявил себя женихом Грейнджер. Любой приходящий в голову вариант разбивался вдребезги в его голове буквально за пятнадцать секунд умнейшей ведьмой столетия.
Драко понимал, что бы он сейчас ни ответил Гермионе, ее следующий вопрос мгновенно утащит его на дно здравого смысла.
В итоге, он решил придерживаться первоначальной версии, посчитав ее наиболее безопасной, хотя и совершенно бредовой. Ха, ладно. Любая версия была бредовой. Даже та, которая была той самой правдой.
— Я подумал, что так будет лучше, когда узнал о ребенке.
Вот так. Это ведь даже не вранье по сути.
Грейнджер поджала губы, инстинктивно прикрывая живот руками. От него не укрылось это движение.
— Ты уверен, что ты подумал? — она вылила изрядную порцию сарказма на последнее слово. — А что если сейчас явится мой настоящий жених?
— А он явится? — вырвалось у него быстрее, чем он смог себя остановить.
Гермиона молчала некоторое время, внимательно рассматривая его. Драко поймал себя на мысли, что задержал дыхание в ожидании ответа, и постарался расслабиться. Получилось плохо. Где-то внутри него засел тугой ком, который давил на ребра, не давая сделать вдох полной грудью. Он и сам не смог бы объяснить сейчас, чем вызвано его волнение.
