Комната была просторной, прохладной и уютной. Пока я раздевался и принимал душ, я постарался разобраться в ситуации. В конце концов, я попал, куда хотел. Наверняка кто-нибудь здесь сможет поведать хоть что-то о братьях Туми. Я кожей чувствовал, что тогда они решили обосноваться именно в этом месте.
Всего несколько миль до Верда, и все горы, служившие ориентирами, были неподалеку. Да, все произошло именно здесь.
А теперь мне предлагают убраться. Неужели тайна давно минувших дней не канула безвозвратно в прошлое, и я мог случайно заподозрить нежелательную связь между событиями девяностолетней давности и сегодняшним днем? Но кого это могло волновать, кроме людей вроде меня, любителей старины?
И все же стоит держаться подальше от неприятностей. Хватит с меня того, что я уже испытал. Я решил, что, пожалуй, все-таки пару раз съезжу посмотрю округу и постараюсь убраться отсюда побыстрее, как только получше познакомлюсь с местностью. Я хотел побывать на Затерянной Реке и зайти на пару минут в старый каменный амбар, хотя бы на пару минут. У меня было предчувствие по поводу этого строения, и, если эти мои подозрения оправдаются, я, возможно, смогу получить ответ на многие вопросы.
Раздражающие, мешающие сосредоточиться мелкие подозрения продолжали беспокоить меня. В конце концов, вся моя прошлая подготовка способствовала развитию наблюдательности, и я многое приметил. Но к чему же все сводилось?
Удивленное выражение лица Флойда Риса при моем упоминании о Затерянной Реке... ну, а почему бы и нет? Это было полузаброшенное малоизвестное место, о котором вы меньше всего ожидали бы услышать от человека, впервые оказавшегося в этих краях. Удивление Флойда Риса было вполне естественным.
Служащий в земельном управлении? Его вроде бы слегка поразил мой вопрос о Туми... Более, чем он должен был озадачить человека, никогда не слыхавшего о них, как, по крайней мере, он утверждал. Он передал мне подшивку на букву "Т" и ушел, а несколько минут спустя, ставя папку на полку, я услышал, как он говорит кому-то по телефону: «Да, Туми. Совершенно верно, Туми».
И когда я вышел из здания управления, то на улице ждал этот толстяк. До этого я видел его в холле мотеля и в библиотеке архива. Но, вполне вероятно, он все же был полицейским, хотя и не слишком походил на стража закона. Возможно, он был приставлен людьми окружного прокурора, решившими проверить меня.
Да пошло все к черту! Уеду я из Аризоны. Штат мне этот нравился, и знал я его неплохо. Именно его я когда-то пересек верхом... Но постойте, как же давно все это было!
Да, лет двадцать назад, а со мной было еще два пацана моего же возраста. Мы с ними вместе пасли скот в Колорадо и решили добраться своим ходом до реки Колорадо и пересечь ее в районе Нидлз.
Глоток бурбона был хорош, а душ еще лучше. Вид на бассейн был поразительный. И я имею в виду не контуры дальних гор, очерченные алыми лучами заходящего солнца. Скорее это относилось к непосредственному окружению бассейна.
На самом его краю сидела Белл Досон. Кожа ее светилась красивым ровным загаром, который подчеркивался белым бикини. А к трамплину направлялась платиновая блондинка, двигавшаяся под какую-то ей одной слышимую музыку.
На дальнем краю бассейна за столиком, на котором стояли бокалы, сидел Колин Уэллз; рядом с ним расположился плотный коротышка, показавшийся мне знакомым.
Это был тот самый толстяк из мотеля. Только на самом деле он не был таким толстым, как мне показалось, жира практически не было одни мощные мышцы. Они свидетельствовали о жуткой, чисто природной физической силе этого человека.
Колин, вероятно, что-то сказал, потому что человек обернулся. Он курил длинную черную сигару, и даже она показалась мне знакомой.
Белл повернулась в мою сторону.
О! Не хотите искупаться?
Душа мне вполне хватило, и я не хочу портить это приятное ощущение. Хотя, добавил я, рад, что вы решили искупаться.
Вы имеете в виду меня или Дорис?
Блондинку? Пожалуй, я рад, что и она здесь.
Как раз в этот момент она замерла на самом краю трамплина, приняв позу, позволившую ей выставить на обозрение все прелести своей фигуры.
Мексиканец в белой куртке материализовался рядом со мной.
Будете пить, сэр? Что вам угодно?
Водки с тоником.
Мексиканец не двинулся с места, и я взглянул на него, пытаясь понять, что его задержало.
Си, сеньор, водки с тоником. В его голосе послышалось не просто подтверждение заказа, но и внезапное уважение, а глаза блеснули неожиданным дружелюбием. Благодарю вас, сэр.
Колин будет разочарован, сказала Белл. Он очень гордится своим бассейном и любит, когда все купаются.
Я не люблю купаться среди незнакомых людей. Даже если никто ничего не скажет по поводу моих шрамов, все равно чувствуется напряженное любопытство, к которому я так и не смог привыкнуть. Слишком уж было ясно, что это следы пулевых ранений.
Колин любит, чтобы все принимали участие во всем, что он затевает, добавила Белл.
Невольно я взглянул на девушку, замершую на трамплине.
Во всем?
Это, холодно заметила Белл, жена мистера Уэллза.
Повезло ему, вашему мистеру Уэллзу.
Дорис Уэллз, привлекая всеобщее внимание, наконец нырнула. Это у нее красиво получилось. Ее гибкое тело скользнуло в воду, словно кинжал в ножны, почти без всплеска. Она выплыла на поверхность и подплыла к краю бассейна, выбралась из воды и подошла ко мне.
Меня зовут Дорис Уэллз. Извините, что руки мокрые, Колин забыл передать мне, что наш гость такой красавец.
Белл пришла мне на помощь, а заодно подсказала путь к отступлению:
Вы с нами долго пробудете, мистер Шеридан?
Затрудняюсь сказать. Как бы мне у вас здесь ни нравилось и как бы ни хотелось облазить всю округу в поисках сюжета для нового романа, но у меня назначена встреча с моим издателем в Лос-Анджелесе всего через несколько дней. Я думал, добавил я, написать что-нибудь о войне с апачами.
Тогда вы просто обязаны погостить у нас, Дорис указала рукой в сторону горизонта. Вон та гора это Террет-Бьют где майор Рэндалл устроил апачам ловушку. Ну и сражение же, говорят, было.
Я слышал эту историю и даже знал точную дату, когда это случилось, 22 апреля 1873 года. Рэндалл приказал вскарабкаться ночью по отвесным скалам на вершину горы, где апачи были застигнуты врасплох. Сражение было коротким, но яростным. Некоторые воины-апачи прыгнули вниз с отвесной скалы погибнуть или спастись.
Эта стычка и предшествовавшая ей битва в каньоне Солт Ривер сломили сопротивление апачей в районе Тонто. Именно на гребне этих сражений Джон и Клайд Туми решили перегнать свой скот в эти края.
Четыре тысячи голов скота это куча хлопот. До самого Нью-Мексико удалось перегнать оба стада без особых проблем. Но когда часть ковбоев ушла, возникли трудности. Хотя, пожалуй, в начале пути было труднее, ибо к Нью-Мексико стадо привыкло к длительным перегонам и управлять им стало легче...
