Но Александр приказал мышцам расслабиться. Бегство не входило в его планы, тем более что в зазеркалье он все равно уже оставил часть себя, и, если верить деду, то с этим уже ничего нельзя сделать. Придется как-то существовать вместе, значит, надо хотя бы познакомиться.
Он вышел из ванной и сел на пол посреди холла на горячий солнечный квадрат, подставив застывшую спину свету, который врывался в окно этого мрачного дома.
Под яркими лучами Александр почувствовал себя в безопасности. Ледяные иглы мурашек подтаяли и стали менее острыми. Сердце постепенно перестало колотиться и дыхание выровнялось. Кристалл (или трехмерный крест, как его назвала Оксана) выстроился автоматически. Осталось только проконтролировать ровность лучей и зажечь. Через пару минут он успокоился и восстановил в душе образ того, кого увидел в зазеркалье.
— Привет, — улыбнулся он неприветливому хозяину.
В ответ почувствовался взгляд попавшего в капкан волка. Он отчаянно молит о помощи и в то же время излучает гордость и ненависть.
Как освободить того, кто пытается тебя укусить?
Александр просканировал пространство вокруг себя, пытаясь определить, где находится источник «взгляда». Ему показалось, что он идет откуда-то сверху из темного угла холла. Он устремил туда взгляд. Там блестел «глаз» видеокамеры.
Александр встал и подошел поближе к зрачку охранного устройства. Конечно, система видеонаблюдения давно не работала, но оптика камер, расставленных по всему дому, продолжала фиксировать своими зеркальными линзами все происходящее в доме.
— Ну что ты так злобно смотришь на меня? — спросил Александр, глядя в пристальное око. — Разве я в чем-то виноват перед тобой? Ты сам завещал этот дом моему деду, значит, теперь я здесь хозяин. Вот я пришел, чтобы принять твой подарок. Но если я тебя потревожил, то я, конечно, уйду и больше никогда не вернусь.
В пустынном холле голос Александра прозвучал торжественно, отражаясь от стен гулким эхом.
Задав вопрос, Александр замолчал, прислушиваясь. Подождав немного, он усмехнулся и покачал головой, удивляясь тому, что всерьез ожидал ответа от пустого дома. Но ощущение злобного взгляда пропало. Взамен появилась смесь надежды, недоверия и презрения.
— За что ты меня презираешь? — усмехнулся Александр. — За то, что я твой нищий сосед? За то, что у меня нет пиджака от Кардена? Ну и ладно. Я ухожу. Оставайся со своим пиджаком, только помни, что тебе больше не на что его надеть.
И Александр пошел в сторону двери. Вдруг он остановился, ощутив на спине еще один робкий, отчаянный взгляд. Александр знал, что оглянувшись, никого не увидит, поэтому вышел из дома, закрыл за собой дверь и, спрыгнув с крыльца через перила, чтобы не тревожить паутину, отправился к себе.
Уже сидя под своей яблоней, он начал расшифровывать «след», оставленный в душе тем взглядом. Ему представилась невысокая полноватая женщина, которая боязливо выглядывает из комнаты. Ее бесцветные волосы неряшливо заплетены в косу, уложенную вокруг головы.
— Ты кто? — осторожно спросил Александр.
Но она, увидев, что замечена, испуганно скрылась за дверью.
* * *
Чтобы закончить все дела и ответить на все вопросы Алексея, Оксане снова пришлось погрузиться с головой в суетную реальность бизнеса. После медленного ритма деревни, ей казалось, что она мчится на гоночной машине со сломанными тормозами, и ее жизнь зависит от скорости реакции и исправности рулевого механизма. Здесь некогда размышлять, куда и зачем ты едешь, осознавать цель своего пути и выбирать направление движения. Здесь надо только вовремя вписываться в повороты уже накатанной дороги.
Оксана физически ощущала, как дрожат, перестраиваясь в городскую тональность, струны ее нервов, и с сожалением созерцала, как растворяется в памяти ее деревенский роман. Скоро она начнет воспринимать его как сон, как что-то нереальное, как интересную книгу, которая, к сожалению закончилась.
В голос вернулись командирские тона, движения стали по-прежнему четкими, а взгляд холодным. Она даже вновь начала чувствовать забытый запах предполагаемой прибыли и вкус делового азарта.
И только в минуты недолгих перерывов, стоя возле окна, она ощущала щемящее чувство разлуки. Она чувствовала, что Александр ждет ее. Ждет, зная, что она уже не вернется.
Она тоже знала, что не сможет вырваться из цепких лап бизнеса. Она знала о своем предательстве, но оправдывала себя тем, что обстоятельства сильнее нее. И чтобы отогнать навязчивую совесть, она резко встряхнула головой и… проснулась.
— Приехали, — весело сказал Алексей.
— Ты чего так резко тормозишь? — возмутилась Оксана, протирая глаза.
— Почему резко? Я всегда так торможу, — пожал плечами Алексей. — Просто ты никогда не спишь в машине. Ксюха, я тебя не узнаю!
Оксана сама удивилась тому, что уснула. Видимо, сказались ночные гуляния. Обычно она очень боялась ездить на машине, постоянно контролировала действия шофера, поэтому не могла расслабиться ни на секунду.
Вечером, закончив дела, они поехали ужинать и разговаривать в маленький уютный ресторанчик, где все официанты и повара знали Оксану и умели вкусно готовить еду, на которую у нее не было аллергии. Там Оксана рассказала Алексею о своем удивительном открытии, которое она сделала в деревне.
— Представляешь! Оказывается, вернувшись в прошлое и перевспоминав его, можно изменить настоящее! Я пока не поняла до конца, как это объяснить, но уже точно знаю, что оно реально работает.
Алексей сначала слушал с недоверчивой улыбкой, но когда Оксана дошла до того места, где она почти вплотную рассматривала проявление отцовских чувств кота к своему котенку, он удивленно воскликнул:
— Ты хочешь сказать, что никакого удушья и никаких ингаляторов при контакте с кошками?!
— Вот именно! — подтвердила Оксана. — И при контакте с собаками, и при контакте с козами, и коровами, и даже лошадью.
— Не верю! — покачал головой Алексей.
— Я сама не верю! — шепотом воскликнула Оксана и засмеялась. — Завтра с утра еду сдавать анализы. Заодно и Алену с мамой проведаю.
Вдруг Оксана задумалась о чем-то, а потом спросила:
— Лех, а ты помнишь нашу Сову?
Алексей нахмурил лоб, не понимая, о чем речь.
— Какую Сову?
— Ну, нашу математичку.
— Раису Сергеевну?
— Да.
— Помню. А при чем здесь сова?
— Так у нее кличка была — «Сова».
— Да? — удивился Алексей. — Кличку не помню.
— А что ты про нее помнишь?
Алексей пожал плечами:
— Обычная учительница. Добрая была, мягкая такая, объясняла доходчиво. А что?
