Тогда Лотар выставил на левом ножном щитке острый шип, который использовал очень редко, и зафиксировал его, чтобы он не болтался и не поранил его собственные ноги. Это оружие могло скоро пригодиться.
Киноз взревел и ударил себя в грудь мощными кулаками. Громкое эхо прокатилось по долине речушки, грудь отозвалась не хуже иного барабана.
К чести человека внизу, он не испугался, а стал что-то быстро выпутывать из складок своего огромного фойского халата. Но в его движениях всё же была заметна паника. И тогда Лотар решился. Более удобного момента могло и не представиться.
Едва Киноз только вознамерился спикировать на жертву, как Лотар разбежался и понёсся на своего противника, яростно набирая скорость, чтобы демоническое существо не успело подготовиться к неожиданной атаке.
Киноз поднял голову и повернул её, а Лотар уже двумя ногами, выброшенными вперёд, ударил его по отвратительной морде и шее. Удар в шею, впрочем, оказался неудачным: нога скользнула и врезалась в грудь чудовища. Лотару показалось, что он врезался в скалу, — настолько мощным и сильным оказался торс Киноза… А вот от удара в морду голова чудища дёрнулась назад, он коротко проревел, из носа его показалась тёмная нечеловеческая кровь.
Потом чудище соскользнуло вниз, но ненадолго. Полагая, вероятно, что новый противник весьма опасен, он снова поднялся на скалу, медленно взмахивая крыльями. Киноз был очень силён, к тому же привык пренебрегать любым противником. Это Лотар и решил использовать, если уж не удалось сразу нанести ему чувствительных ран.
Киноз что-то проревел. В его голосе Лотару почудилась человеческая речь, но он не стал задумываться, на каком языке могло говорить чудовище. Он просто перехватил Гвинед левой рукой и взмахнул, разогревая кисть и плечо.
Крыло так замедляло движения, что оставалось только надеяться на чудо. Или на явную ошибку Киноза. Но на это надежда была невелика.
А потому Желтоголовый просто шагнул вперёд и нанёс удар, потом ещё. Киноз отшатнулся назад, сохраняя дистанцию недосягаемости. Лотар оттолкнулся от скалы, опёрся о воздух правым крылом, пролетел ярдов пять, взмахнул левым.
Киноз всё ещё раздумывал. Он смотрел на противника внизу “Если он просто удерёт, — решил Лотар, — я его догнать не успею. А изменять крылья для погони, оставаясь не подготовленным для боя, очень опасно”.
Очень осторожно, почти незаметно, Желтоголовый коснулся правой рукой небольшого мешочка на спине и повернулся боком к противнику. Теперь в ней блестело полдюжины небольших сурикенов — таких, которые можно метать практически одним движением кисти. Он выпустил их веером в Киноза, которому давно не случалось видеть такое оружие.
Два сурикена впились в грудь чудовища, один пробил крыло за спиной и засел яркой блёсткой в кости, а три ушли куда-то в сторону. Но Лотар и не надеялся, что все попадут в цель.
Киноз взревел и бросился вперёд, его ярость взяла верх над осторожностью. Это было очень хорошо.
Лотар встретил его тремя ударами меча. Гвинед сухо звякнул о череп чудовища и рассёк кожу, воткнувшись в плечо, а второй раз он задел, кажется, выставленную вперёд руку. И всё-таки сила ударов была недостаточной, чтобы остановить атаку.
Лотар и оглянуться не успел, как руки Киноза сжали его грудь и одну руку… К сожалению, левую, где находился Гвинед. Потом демон напрягся…
У Желтоголового потемнело в глазах. Он попытался выскользнуть вниз — но куда там! Это было так же невозможно, как выбраться из-под камнепада. Тогда он попробовал достать демона локтём правой, но это тоже не особенно получалось, потому что крыло не дотягивалось до важных центров противника, а молотить в эту броню мускулов на боку и слабеть от ударов было и вовсе бессмысленно.
Тогда Лотар попытался двинуть Киноза головой, но голова его достала только до груди, и они как-то так закрутились в воздухе, что сильного удара по-прежнему не получалось. Киноз держал обмякшего Лотара в воздухе без малейшего труда. Сам Желтоголовый даже и не пытался махать крыльями, но земля ближе не становились. Они, пожалуй, даже поднимались.
Вдруг снизу послышались хлопки, и Киноз с воем, в котором смешалась боль и разочарование, отпустил Лотара. Он провернулся на месте так, что Желтоголовый отлетел от него футов на двадцать.
Путник стоял, выставив странным образом довольно длинный стержень с большим жёлтым набалдашником на конце, и прицеливался в Киноза. Потом его посох дёрнулся, раздался хлопок, и на крыле охотника на путников расцвела вспышка света, брызнули капельки крови.
Ещё две неглубокие, но широкие раны Лотар заметил на спине монстра. Вероятно, они были очень болезненными, потому что жёлтая штука в руках фоя вырывала из мускулов здоровые куски размером с Лотаров кулак. Даже для такого мощного зверя, как Киноз, это, должно быть, серьёзная травма.
Тогда Лотар бросился вперёд, чтобы добить противника. Но его Гвинед так и не дошёл до цели. Сзади звякнула тетива, и Желтоголовый с отвращением почувствовал тупой удар в правое плечо, чуть ниже дельтовидной мышцы. Он скосил глаза. Это была арбалетная стрела. Он повернулся в воздухе, почти как Киноз.
Эрк стоял на вершине той скалы, откуда Лотар атаковал Киноза, и целился в Желтоголового из маленького разборного арбалетика. От стрелы, которая лежала на тетиве, исходила густая маслянистая вонь отравленной магии.
“Если такую же отравленную стрелу он воткнул мне в спину, у меня в запасе считанные секунды”, — решил Лотар и бросился вперёд.
Тетива сухо звякнула, Лотар ушёл от стрелы, отравленной до такой степени, что она оставляла в воздухе жёлтый, рассыпающийся искрами след. Взмахнул Гвинедом, чтобы рассечь противника боковым ударом, который при выращенных крыльях получался у него чуть лучше, чем прямые удары, но…
Киноз буквально снял Лотара в атаке. Сила и скорость, с которыми он двигался в воздухе, просто поражала. Желтоголовый попытался развернуться, чтобы долбануть ногой, но и этого не получилось. Киноз перехватил вдобавок ещё и его левую ногу и немного развернулся, стараясь не попасть под очередной выстрел эрка.
Тот всё понял и стал торопливо натягивать тетиву. “Похоже, времени у меня ещё меньше, чем я предполагал”, — решил Лотар. Он стиснул зубы, собираясь с силами, и ударил Киноза ногой с шипастым щитком по махательным мышцам. Потом ещё и ещё раз.
Глаза монстра остекленели, зрачки дрогнули. Боль, должно быть, была оглушающей. Тогда он ударил Лотара сложенной левой рукой, выставив все свои чудовищные, длиной в пять — семь дюймов когти вперёд наподобие секущего кастета.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
