Стиснув зубы, муж все-таки ведет меня в сторону выхода. Прохладный июньский ветер набрасывается на наши тела. Как хорошо, что муж арендовал машину на время нашего пребывания в Москве. Мне не хотелось видеть посторонних рядом, меня пробивало дурное предчувствие.
- Садись, - кивает Артем.
Я послушно залезаю в салон и лишь тогда достаю из сумочки телефон.
- Странно, - шепчу я, теряя голос.
- Что такое? – нервно бросает муж, заглядывая в мой телефон.
- 82 пропущенных… Артем… Боже, почему так много пропущенных?!
Артем хмурится и заводит двигатель.
- Артем! – вскрикиваю я, - Артем, здесь сообщение… сообщение.
Я уже не просто на взводе. Я плачу. Это заставляет мужа занервничать. Нервничать мне было нельзя. Недавно мы решили пойти за третьим ребенком, и я вполне могла быть беременной. Так невовремя. Так некстати!
Сообщение гласит страшные вещи. неподвластные моему истерзанному разуму:
«Я отомстил за тебя, Влада. Как только научился ходить и видеть, отомстил», - написали мне.
- Посмотри, у меня тоже что-то есть, - напряженно велит муж.
Открываю в его телефоне сообщения, минуя пропущенные.
И вскрикиваю, прижимая ладонь к губам.
- Теперь ты почувствовал, какого это - похищать чужих детей? Это тебе за слезы той девочки Влады… - хриплю я со слезами.
- Что за хрень, - чертыхается муж, вырывая телефон из моих рук.
- У меня много сообщений от няни… Артем, кто это мог быть? Это шутка, да? Шутка?!
Артем холодно отдает распоряжение:
- Няне звони! Нечего сообщения читать, это может быть развод. Затем набери моей охране. Я поеду, мы слишком долго не уезжаем с парковки.
Онемевшими от страха пальцами я набираю номер няни. Дурное предчувствие заставляет меня впасть в истерику.
- Угомонись. Тише. Успокойся, Влада!
Не замечаю, как Артем хватает меня за плечи и заставляет смотреть на себя. Костюм на нем сидит превосходно. У меня красивый муж, но когда-то он был жестоким и оттого этой красоты лишенным. Я его боялась, а он делал мне больно.
Когда-то, когда-то…
Когда я была похищенной им девочкой.
Артем отшатывается и кладет руки на руль. Мы выезжаем с парковки, когда в трубке раздался заплаканный голос няни:
- Влада Алексеевна! Влада Алексеевна, Алису похитили…
- Что?! – хриплю я, замирая в кресле.
Не могу вынести эту боль одна. Пальцы сами включают громкий динамик.
Слушай, Артем.
Слушай тоже.
- Они ворвались в дом. Убили нескольких охранников, с их стороны тоже…
- Где мои дети?! – кричу я в трубку, перебивая ее плач.
- Простите… Артем со мной! - всхлипывает женщина, - они забрали только девочку…
Глава 6
Владислава
- Мамочка? Я так по вам соскучился!
- Артем, сынок…
Я улыбнулась, услышав голос нашего сына.
- Мама, а почему ты звонишь не по видео? Я хочу посмотреть на вас с папой!
- Сынок, сейчас не время, - пытаюсь дышать равномерно, чтобы сын не услышал мои слезы, - лучше расскажи, как вы с няней проводите время?
- Мама, почему ты не спрашиваешь об Алисе? Ее похитили, да? Няня ничего мне не рассказывает… сегодня утром я проснулся утром, а ее нет.
Голос Артема был наполнен прежней мудростью.
- И ты плачешь. Я слышу.
Он всегда все замечал. Как и его отец.
- Артем, ты хорошо кушаешь? – глубоко вздыхаю.
И почти успокаиваюсь, пока в один момент сын не заявляет:
- Мама, я спасу Алису! Я знаю, что ее похитили нехорошие люди. Я им отомщу!
- Артем! – восклицаю я, - нельзя такое говорить, слышишь? Ты еще слишком маленький, сынок.
Я опускаю трубку ниже и поднимаю взгляд на мужа:
- Он говорит, что отомстит за Алису… - шепчу я тихо.
На этих словах муж протягивает руку к телефону.
- Я поговорю с нашим сыном. Позволишь? Сходи в душ, ложись спать.
Я заторможенно киваю и желаю сыну спокойной ночи. И обещаю ему, что все непременно будет хорошо. Обещаю, что скоро мы вернемся.
Дальше разговор перенимает муж.
- Сынок, доверь спасение своей сестры мне, хорошо? От тебя я требую только послушание и питаться три раза в неделю, договорились?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ему нужно говорить с Артемом. Я без слез не могу. Этот разговор выворачивает меня наизнанку.
- Вот и молодец. А теперь пусть няня почитает тебе сказку перед сном. Скоро мы с мамой будем дома.
Я часто баловала Артема, в том числе и вниманием, поэтому отца сын боялся сильнее.
- Они забрали только девочку… - повторяю я как в бреду.
В Волгограде уже рассветало. Страшная ночь закончилась. Я расхаживала по номеру, пытаясь не сойти с ума, пока Артем занимался звонками.
В моем сердце зияла пустота. Невосполнимая рана. Она кровоточила с дикой болью вперемешку.
Наша Алиса. Моя девочка.
Нам символ воссоединения с мужем. Символ моего доверия и его человечности. Наш сын родился в нелюбви. Алиса заставила нас ее почувствовать.
«Я отомстил за тебя, Влада. Как только научился ходить и видеть, отомстил…», - бьются в голове страшные слова из того сообщения.
- Отомстил… отомстил… - шепчу, словно в бреду.
Рядом напряженно расхаживал муж. Капли успокоительных уже не помогали. Мужа начинали злить мои слезы, потому что и сам он дико нервничал.
«Теперь ты почувствовал, какого это - похищать чужих детей? Это тебе за слезы той девочки Влады…», - гласило второе, адресованное мужу.
Заявление в полицию, которое мы подали сразу после известия, не утешало. Мне в свое время никто не помог.
Поэтому Артем был вынужден обратиться к прошлым связям. Хотя это было чертовски опасно, особенно сейчас, когда за нами повсюду следит Батурин, желающий посадить мужа за все еще прошлые грехи.
- Артем, что делать? – хриплю я безжизненно.
- Лиса моя…
Артем садится передо мной на корточки. Берет ладони и целует костяшки пальцев.
- Если ты будешь доводить себя, я не смогу правильно думать и принимать взвешенные решения.
- Сколько еще мы должны здесь находиться?
- Я кое-что выяснил. Мы подозреваемые по делу в покушении. Но у нас есть алиби. Поэтому если в течение десяти суток Батурин не предъявит нам обвинение, то с нас снимут статус подозреваемого. А он не предъявит.
- Десять дней? Это так долго! Артем остался один… – восклицаю я с горечью.
- Он не один. Он храбрый мальчик. С ним наша охрана. Я подключил запасных проверенных бойцов, они круглосуточно находится с нашим сыном.
- Давай уедем… молю!
Артем чертыхается и поднимается с корточек.
- Мы не можем покинуть город. Этот ублюдок только и ждет моего промаха! И тогда он выберет другую меру пресечения, понимаешь? Хочешь в тюрьму, Влада? Нас в аэропорту схватят сразу. Либо здесь, либо по прилете. За решеткой я вообще ничего не решу!
- А Алиев? Ты звонил ему?!
- Не берет трубку, - цедит муж со злостью, - но я его достану.
- Удалось что-то выяснить? С кем ты связался, они… они помогут?
Муж недовольно качает головой.
- Я связался.
- Это принесет нам проблемы, да? – понимаю я, - еще один долг вроде Алиева?
Когда Артем уходил из криминала, он закрыл все долги и рассчитал других.
Остался только Алиев, но теперь из-за него у нас проблемы. И новые долги.
Я боялась, что мужу придется вновь окунуться в тот мир. Жестокий и беспощадный.
- Мы ведь хотели за третьим ребенком пойти, - напоминаю я ему, - Артем, туда больше нельзя…
- А у нас есть выход? – прищуривается Артем, - я верну нашу дочь, чего бы мне этого не стоило! Твоя задача – слушать, что я говорю. И сейчас я говорю тебе поспать. Мы всю ночь провели на допросе. Ты измотана. Ложись спать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мужская рука нежно касается щеки. Я устало закрываю влажные глаза.
- Хорошо, я посплю. Если усну, - добавляю я спешно.
Я забираюсь на постель прямо в платье. Сверху на меня падает одеяло, и я моментально проваливаюсь в сон.
