– Маттиас! – крикнул Доктор.
Дважды повторять не пришлось. Маттиас схватил ледяной шар, лежавший у костра, и швырнул его приближающемуся воину. Чудом не угодив в голову существа, шар приземлился в снег неподалеку.
Один из фермеров, стоявших с краю, повернулся и бросился бежать, явно торопясь домой, подальше от опасности. Мария подумала, что, возможно, это самое мудрое решение.
Не обращая больше внимания на людей, ледяной воин наклонился и поднял шар. Крепко его схватив, он повернулся и зашагал обратно в ночь. Несколько людей немедленно бросились помогать Бенедику, мужчине, которого воин неосторожно отшвырнул.
– Что теперь? – спросил Маттиас, когда существо поглотила темнота.
– Нужно вернуться в Рождество, – сказал Доктор. – По крайней мере мне. А вы, пожалуй, останьтесь здесь и позавтракайте. И позаботьтесь о Бенедике.
– Но… ледяной воин взял то, за чем пришел, – сказала Мария. – Ты говорил, это часть какого-то оружия.
– Да, но его еще нужно собрать, – ответил Доктор. – Вставить деталь А в отверстие Б и все такое. У них лет сто на это уйдет, а потом окажется, что они все сделали не так, и придется все переделывать. У меня всегда только так и бывает. Мы пока что в безопасности.
– Ты правда так думаешь?
Доктор вздохнул.
– Нет. Мы у самого края Поля Истины, но я все равно не могу лгать вам. Это только начало. Поэтому, как я и сказал, мне нужно выяснить, что происходит, а вам нужно позавтракать. – Он посмотрел в темноту и на следы ледяного воина в снегу. – Вам наверняка понадобятся силы.
* * *
Элиас злился. Эссбур и Сардак бесстрастно наблюдали, как он топчет снег и машет руками.
– Вы могли кому-нибудь навредить. И вообще-то, навредили. В этом вовсе не было нужды. У меня все было под контролем.
– Ты был с ними, с другими людьми, – прошипел Эссбур.
– Естественно. Они знают меня – я живу неподалеку. И вовсе не удивились, когда я пришел. Я ждал возможности забрать вашу драгоценную капсулу.
– Доктор был там? – спросил Сардак.
– Конечно. Он рассматривал капсулу, потому я и не мог ее унести. Но потом он положил шар к огню, чтобы растопить, пока все ели завтрак. Еще пара минут, и я бы смог взять его и убежать, а они даже не заметили бы. Вместо этого влез ваш ледяной воин и начал расшвыривать людей. Если раньше Доктор и не знал, что вы здесь, то теперь точно знает.
Несколько секунд было слышно лишь хриплое дыхание ледяных воинов.
Затем Сардак решил:
– Это не имеет значения. Я достал последнюю капсулу, и теперь у нас есть все четыре. А Зонтан скоро выполнит свою миссию.
– А я? – тихо спросил Элиас.
– Держись подальше от города, и останешься в живых.
– То есть я могу идти?
– Ты сослужил свою службу, как и обещал. Мы тоже сдержим свое обещание.
– И вы не беспокоитесь, что я могу кому-нибудь рассказать, предупредить?
Сардак хрипло расхохотался:
– Сейчас уже поздно предупреждать. Если ты будешь в Рождестве, когда мы исполним свой план, то умрешь с Доктором и остальными.
– Вы убьете невинных людей, не только Доктора?
Эссбур угрожающе шагнул к мужчине:
– Потери неизбежны. Радуйся, что помогал ледяным воинам. И будь благодарен, что мы посвятили тебя в наши планы.
– О, я благодарен, – сказал Элиас. – Поверьте, это так.
Секунду он смотрел в бесстрастное лицо воина, в глубины его закрытых темными пластинами глаз. Затем развернулся и, не сказав ни слова, двинулся по снегу прочь.
* * *
До завершения миссии для Зонтана важнее всего было оставаться незамеченным. Огромный воин не привык прятаться и избегать столкновений. Если бы только ему позволили взять с собой звуковой дезинтегратор, он бы просто вошел внутрь и выполнил задание без помех. Но главнокомандующий настоял, что рисковать нельзя – дезинтегратор могли засечь. Никакого оружия, никаких средств связи – лишь стандартное вооружение и неактивные компоненты, которые сейчас собирают и соединяют лорд Сардак и Эссбур.
Поэтому Зонтан оставался в укрытии, там, где ночь была темнее всего – у старого сарая на окраине Рождества. Он уже видел свою цель – тут же, прямо на краю города. Массивные железные ворота на заснеженной дороге, ведущей в главное здание. Зонтан знал: там находится то, что ему нужно.
Вся техника была автоматизирована, но несколько человек находились поблизости, контролируя ее работу. Время от времени один из них выходил наружу, смотрел на небо и, видимо, записывал, сколько снега кружится в воздухе. С течением ночи Зонтан составил схему расписания людей – как часто они выходят наружу, как часто проверяют машины, как часто их сменяют другие люди…
Наконец, высчитав оптимальное время, Зонтан вышел из темноты и двинулся к железным воротам. Мигающие фонари, работающие на ненадежных и неэффективных генераторах Рождества, отбрасывали на землю искаженные тени воина.
На воротах висела толстая цепь, продетая сквозь металлические кольца и закрепленная большим замком. Зонтан не обратил на нее внимания и надавил на створки. Цепь загремела, застонала, затрещала – и лопнула. Звенья рассыпались по снегу. Когда Зонтан дошел до главного здания, снегопад усилился. Воин видел снежные хлопья, которые вырывались из большой трубы в ночное небо, кружась в свете одной из лун. Витающих в воздухе над снежной фермой хлопьев было так много, что они казались тонким столбом пара.
Тяжелые деревянные двери главного здания подались легко. Секунду Зонтан стоял на пороге, проверяя, нет ли кого внутри. Он слышал лишь глухой лязг проворачивающихся шестеренок и плеск воды, которая перекачивалась в снежные камеры из подземного родника. Компрессоры охлаждали воздух до минусовой температуры, а вентиляторы жужжали, выдувая готовый снег по трубе наружу и рассеивая его вокруг для дальнейшего сбора.
Чтобы найти главный блок управления, Зонтану потребовалось несколько минут. Даже массивный ледяной воин казался карликом рядом с огромной древней техникой. Стоя у панели, он изучал различные рычаги и регуляторы, переключатели и датчики. Обнаружив необходимые, Зонтан издал удовлетворенное шипение. Рычаг – на максимальный уровень, вентиль – вперед на несколько оборотов, клапан полностью открыт.
Зонтан подождал, пока новые настройки заработают. Машина отреагировала вяло и неохотно, но звук огромных двигателей стал громче, а шум бегущей воды усилился. Все стрелки на датчиках метнулись к максимальной отметке. Вихрящиеся снежные хлопья в стеклянных камерах превратились в плотную массу сжатого снега.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
