неловко топтался рядом, придерживая игрушку, чтобы она не свалилась на Арсения.
Рита решила, что, наверное, может их оставить на некоторое время вдвоем, и, собрав с пола розы, вернулась на кухню.
— Ты долго, — вздохнула Марта с экрана. — Мне просто уже на ужин скоро бежать. А потом еще на джазовый концерт в местном клубе — меня пригласили.
— А у меня тут свой концерт, — ядовито заметила Рита, — без приглашения, зато с выездом на дом. Вот правда, Мартыш, если бы я знала, что припрется твой братец, я бы…
— О, а что за цветочки? — Марта наконец заметила розы, которые Рита поставила в вазу. Ну не выбрасывать же их?
— Брат твой притащил. Для тебя, видимо.
— Молодец! — обрадовалась Марта.
— Молодец?! — не выдержала Рита. — Он приехал с другого, блин, континента, никого не предупредив! Приперся, напугал ребенка, выбесил меня, а теперь еще и права качает! Это нормально вообще?
— Рит…
— Нет, я понимаю, что он твой брат, но как-то повежливее можно себя вести?
— Рита, послушай…
— И если он хочет видеться с Арсением, то…
— Рита!
— Что?
— Мы договорились, что Марк поживет здесь, пока я не вернусь, — пробормотала Марта.
Рита смотрела на лицо подруги, жадно ища в нем хоть какой-то намек на то, что это шутка. Но не находила. Она нашарила сбоку от себя стакан и выхлебала всю воду, которая там была.
— Издеваешься? — прохрипела она.
— Он на полтора месяца приехал. Хотел со мной увидеться, с племянником познакомиться. И рассчитывал, что будет жить с нами — места здесь хватает, сама знаешь. Ну а в отеле все равно не так удобно и вообще…
Четырехкомнатная квартира, оставшаяся Марте после смерти родителей, и правда была большой. Зал, спальня, детская (бывшая комната Марты) и комната Марка. Она так и стояла нетронутой, хотя старший Рихтер давно тут не жил.
— Марта, да я прекрасно понимаю, почему он тут хочет жить, — раздраженно сказала Рита. — Ясен пень, что он мне не доверяет. Но пусть тогда сам и ухаживает за ребенком. А я домой вернусь.
— Нет, Рита, пожалуйста, не надо! — у Марты в голосе зазвучала паника. — Он же не знает ничего про Арсюшу! И маленьких детей до этого только на картинках видел! Пожалуйста, останься!
— С левым мужиком? — уточнила Рита, зло обрывая лепестки у ближайшей розы. — Который меня терпеть не может?
— Ну, во-первых, это не левый мужик, а мой единственный брат, — в голосе у Марты зазвучали ледяные нотки, и Рита поняла, что немного перегнула палку. — А во-вторых, что ты придумываешь? Марк нормально к тебе относится, он мне сам сказал.
«Вот же лицемерное чмо».
Рита длинно выдохнула сквозь плотно сжатые зубы.
— У вас вроде в школе какой-то конфликт был, да? — осторожно предположила Марта. — Но так это сто лет назад уже было, Рит. Пора забыть, теперь уже все взрослые люди.
«Какой-то конфликт?!» — едва не заорала Рита, но сдержалась. И вдруг поняла, что она и правда никогда не обсуждала с Мартой то, что случилось тогда в школе. Почему-то думала, что подруга знает. Совсем забыла, какой она наивный и не видящий дальше своего носа человек. Марк ей, наверное, и не рассказал тогда ничего.
Что ж, сейчас тем более не было смысла перетряхивать грязное белье. В конце концов, Рите и самой было не сильно приятно обо всем этом вспоминать, включая свое идиотское подростковое поведение.
Затянувшееся молчание Марта поняла по-своему и принялась с жаром уговаривать Риту.
— Ты можешь скинуть на Марка ночные вставания или отправить его гулять с Арсюшей, а сама отдохнешь. Готовить на брата не надо, он будет заказывать еду — сам сказал.
«Вот еще бы я готовила для этого придурка!»
— Пожалуйста! Поверь, вдвоем вам будет гораздо проще!
Рита тяжело вздохнула. Зерно правды в словах Марты имелось. А главное, не то чтобы ее, Риту, кто-то сильно спрашивал. Рихтеры уже все решили, а ее просто ставят сейчас перед фактом.
А впрочем….По лицу Риты скользнула коварная улыбка. Кто сказал, что Марк выдержит месяц совместного проживания с ней в одной квартире и не захочет свалить раньше? Особенно если его основательно загрузить заботами об одиннадцатимесячном ребенке. Это тебе не медведей в магазине покупать, тут все гораздо веселее! Одна смена подгузника чего стоит!
Рита едва не хихикнула, представив, как идеальный до отутюженных складочек на брюках Марк брезгливо морщится, глядя на содержимое памперса и на пачку влажных салфеток рядом.
— Хорошо, но только ради тебя! — сообщила она подруге, а в ответ на ее радостное «Спасибо, спасибо» мысленно добавила «Берегись, Рихтер! Кто не спрятался — я не виновата».
— Поговорили? — коротко бросил Марк, когда Рита вышла в коридор. Даже лицом к ней не соизволил развернуться.
— Поговорили. — процедила Рита. Ее снова охватила дикая злость от того, что Рихтер — этот самоуверенный мудак, мистер «я-король-мира-и-я-это-знаю» — опять влияет на ее жизнь. Вот надо же было взять и подружиться с его сестрой! Особенно после всего того, что было. Но судьба любит пошутить.
— И что ты думаешь делать? — Он наконец повернулся, но именно в этот момент Арсюша, все еще не отлипающий от медведя, резко дернул его на себя, Марк не успел сориентироваться, и плюшевый монстр свалился на малыша.
Арсюша в ужасе пискнул откуда-то из-под медведя, а потом оглушительно заревел.
Рита рванулась к нему, вытащила и прижала к груди.
— Ну-ну, маленький, все хорошо, все хорошо! Просто твой дядя, — яростный взгляд в сторону Марка, — совершеннейший долбо…
— За языком следи! — несмотря на агрессивный тон, Марк выглядел сконфуженным.
— Долбоящер! — нашлась Рита. — В общем, я пошла укладывать ребенка. И очень надеюсь, что ты не будешь тут отсвечивать.
— Ты не ответила на мой вопрос. Что ты обо всем этом думаешь?
«Надеется, что я соберу чемодан и свалю, — поняла Рита. — А он наймет какую-нибудь грудастую няню и будет, довольный, дожидаться Марту. А вот хрен ему!»
— Не могу сказать тебе, что я думаю, —
