древней семьи, да хоть бы и вовсе без семьи, без связей, главное – с сильной и подходящей магией.
Как у Эгера.
Как у чертового засранца Эгера, отношения с которым напоминали езду на полной скорости по ухабам и колдобинам — и больно, и не соскочишь, и поговорить не получается: а ну как тряханет, только язык прикусишь.
И еще одно, тоже главное: он должен не Лану забрать в свой род, а согласиться войти в семью Иверси.
Еще и поэтому, наверное, было так больно от этих его белых роз. Самое красивое, самое романтическое, самое желанное для любой девушки предложение. «Будь моей невестой». Но, если расшифровывать точно и по всем правилам, то «Войди в мою семью моей невестой».
Чертов Эгер!
А может, он сам не знает точного значения? Может, стоило с ним все-таки поговорить, объяснить?
Из раскрытого окна неподалеку донеслась мелодия заставки новостей. Нет, некогда было говорить, она и без того почти опаздывает! Тем более что и так уже… поговорили.
Что ж, стоило признать: те два года, когда она позволяла себе мечтать об Эгере, оказались сплошной беспросветной глупостью. И мечты были глупостью, и фантазии о том, что он может не просто стать ее мужем, а взять ее фамилию и род. Она по-прежнему наедине со всеми своими проблемами, и будущее семьи, да что будущее – выживание, зависит только от нее.
Ну и черт с ним и с его розами! Она еще найдет себе подходящего мужа. Она молодая, красивая, магически сильная, а главное – не собирается немедленно обзаводиться наследником. Да, наследник нужен, и не один, но первым делом нужно дать хорошее образование Белинде. И самой выучиться на мастера! Потому что мастер-артефактор, а лучше даже магистр Лана Иверси – это совсем не то же самое, что выпускница первой имперской школы Лана Иверси. «Первая имперская» — это, конечно, звучит гораздо лучше, чем какая-нибудь двадцать восьмая или триста двенадцатая, но школа есть школа. Глава рода со школьным образованием? Позорище!
А ей не привыкать рассчитывать только на себя. На самом деле ничего и не изменилось. Могло бы… но жалеть о несбывшемся – пустая трата сил.
Хорошо, что уроки уже закончились и школьные коридоры были пусты. Иначе точно опоздала бы! Перед кабинетом магистра артефакторики Лана притормозила. Поправила растрепавшиеся на ветру волосы, проверила, идеально ли сидит школьная форма. И, нервно выдохнув, постучала.
— Входите! — откликнулся Рейнольд.
— Это я, господин магистр, — Лане казалось, даже каблучки ее туфель сегодня цокают о паркет как-то особенно нервно. С десяток шагов от двери к преподавательскому столу – всего ничего, но это шаги к ее будущему. К выживанию и силе для ее семьи. Он ведь не передумал, нет?
— А, Лана Иверси. Я ждал вас. Не передумали?
— Нет! — Лана даже головой мотнула. — Я хочу стать мастером!
— Отчего бы моей самой талантливой студентке и не стать мастером? — Рейнольд тепло улыбнулся. — Если будете упорно трудиться, станете и мастером, и магистром. Все данные для этого у вас есть. И талант, и ум, и сила. И желания учиться хватает, я успел оценить. Вот только школьных знаний для вас мало, с таким мизерным багажом вы ничего в жизни не добьетесь. Ну да мы это исправим, верно?
— Конечно! — от похвалы загорелись щеки, хотя Лана редко краснела. Но и Рейнольд нечасто хвалил студентов, а настолько высокой оценки от него, наверное, за все время никто не слышал.
— Вот контракт. — На стол перед Ланой лег старинного вида свиток, а голос магистра стал резким и деловитым, совсем как на занятиях, и Лана тут же настроилась на рабочий лад. — Основное вы уже знаете, если, конечно, внимательно меня слушали. Но все же прочтите. Сейчас у вас единственная возможность задать мне любые вопросы по этому контракту. Как только вы его подпишете, время вопросов закончится и начнется время суровой работы.
Он вдруг мимолетно улыбнулся, совсем не похоже на его обычную сияющую улыбку, и добавил:
— Точно так же сказал мне когда-то магистр Рекмарс. Время идет, но традиции ученичества все те же, Лана. Сейчас некоторым стало казаться, что они устарели, что пришло время массовой учебы, но все же много веков именно через личное ученичество появлялись по-настоящему сильные и умелые маги.
Лана хотела стать именно сильной и умелой, а не каким-то там «продуктом массового образования». Это определение она слышала не раз, но чаще всего в нем слышались откровенно презрительные нотки. О ней не будут говорить с таким гадким выражением! Никогда.
Она даже хотела подписать сразу, ведь она не собирается отступать, так зачем тратить время на пустые формальности? Но тут вдруг ярко, словно воочию вспомнилось, какое лицо и какой голос были у Эгера. «Ты что, подписала, не читая?!»
Нет уж, она прочитает до последней строчки! Хотя бы назло этому… с дурацкими розами!
«Я, Лана Иверси, подписывая сей договор, обязуюсь и клянусь своей магией…»
Она отвлеклась, по-новому взглянув на свиток. Не то чтобы забыла, скорее не обратила внимания, что контракт магический. А свиток наверняка артефактный, закрепляющий обязательства ученика его собственной магической силой. Раньше Лана о таких только слышала. Но, когда выучится, сама сможет зачаровывать и такое, и даже что посложнее!
В свои будущие обязанности она не особенно вчитывалась: ну кто их не знает? Слушать мастера, выполнять порученное, не оспаривать решений и приказаний – логично же. И «в любое время обучения мастер имеет право на любой срок передать ученика другому мастеру с соблюдением всех условий данного контракта как со стороны ученика, так и со стороны оного мастера». Мало ли, может, он поедет куда. В отпуск. Или заболеет. Или чему-то гораздо лучше научит кто-то другой. И то, что мастер имеет право на все, сделанное учеником за время ученичества, тоже понятно. Царапнуло, что плата за обучение – не только вот это вот сделанное, но и огромная по ее меркам сумма, которую придется выплачивать уже после. Но, с другой стороны, никто не обязан учить бесплатно, ведь это серьезный и сложный труд. А жесткого срока выплаты не указано, написано только: «Обязательства по отношению к Мастеру не считаются закрытыми полностью, пока не выплачен долг за обучение». Значит, чем скорее, тем лучше, но и за долгую выплату никаких особенных санкций не последует. А что так много… ну так она ведь мастером станет, еще и не столько заработает! Справится.
Так,
