Тиана, ты почему рычишь?
Это последнее Кусто спросил, потому что разведчица действительно непроизвольно зарычала. Сама свой голос не узнала.
— Рассказывай, — девушка принялась спешно облачаться в скафандр — Как и что произошло.
Выслушав объяснения Кусто, Тиана всерьез задумалась. Не оставить ли все как есть еще хотя бы на сутки? Чтобы неповадно было! Германа нашла без труда. С первого взгляда и не поймешь, что что-то не так: сидит человек в яме, — зачем он ее выкопал?! — созерцает противоположную стенку.
— По диким степям забайкальяааа, где зоооолото моют в горааах… — зазвучала унылая песня из динамиков шлема, — Здрасьте. А мы тут плюшками балуемся.
— Он что, еще и ел что-то с планеты? — озадаченно уточнила у Кусто девушка.
— Да ничего я не ел, это присказка такая. Цитата из мультфильма, — Герман ответил сам.
Вытащить неподвижную тушку напарника из ямы оказалось не так-то просто. У Тианы сил не хватало, отчего она только сильнее разозлилась. Несмотря на то, что объяснение, для чего эта яма потребовалась, показалось ей вполне логичным. Довольно разумное решение — укрываться от возможных неприятностей в складках местности, а если их нет, построить самостоятельно. Только вот не помогло — липкая бомба взорвалась еще до того, как упала на землю. Кусто показал: снаряд сработал в верхней точке траектории, так что Герману его ухищрения никак не помогли. К тому же за ночь яма слегка осыпалась, так что горе-испытатель, получается, сам себя закопал.
— Кусто. А почему ты его когтем не вытащил?
— Побоялся закопать, — признался ликс, — С первого раза ведь можно было и не попасть. Все-таки Герман очень маленький. Я мог промахнуться, и засыпать его еще сильнее.
— Ага! А мне говорил, что от этой липкой дряни не смог защитить потому что она жидкая! — подал голос экспериментатор.
— Ну, и поэтому тоже, — слегка смутился Кусто. — Я просто сразу и не подумал, что осколки в любом случае будут очень маленькие, а потом говорить было поздно, ты уже все сделал.
— Я вас обоих ненавижу, — тихо призналась Тиана. — Просто ненавижу.
Вытащить Германа из ямы удалось, только использовав страховочный трос. Кусто приподнялся над пляжем, вытаскивая памятник идиотизма, после чего, раскачав «груз», закинул его внутрь себя. Тиана наблюдала за процедурой с мстительным удовольствием, и втайне надеялась, что у этого слишком самостоятельного варвара там, внутри скафандра, не выдержит вестибулярный аппарат и он получит хоть немного неприятных впечатлений. Зря надеялась. Герман только вопил от восторга, и делился впечатлениями. Он воспринял процедуру спасения как веселое развлечение.
Дальше были долгие и безуспешные попытки воздействовать на застывший реагент. Действительно безуспешные — ни одна кислота и ни один известный Тиане растворитель на эту пакость не подействовал. Сам скафандр уже понемногу начало разъедать, а стеклянистой массе — хоть бы что.
— По-моему, это тот же прозрачный материал, через который мы к Кусто пробивались, — предположил Герман. Сейчас, спустя несколько часов беспрерывных попыток, веселья у него в голосе, наконец, поубавилось.
— Остается только резать, — констатировала разведчица, — и отправилась за вибромечом.
— Не шевелись, — велела она, и осторожно надрезала ткань скафандра. Ковырять саму стеклянистую массу даже не пыталась.
— И захотел бы — не смог, — признался Герман. — И, если можно, побыстрее. Не стоит сильно осторожничать, я не против мелких царапин.
Тиана вспомнила, что парень с ночи недвижим. Ясно, почему он так торопится. Как еще с ума не сошел!
— Почему вы меня сразу не разбудили?!
— Сначала пытались что-то сделать сами, а потом Герман сказал, что не стоит тебя беспокоить, когда ты в медкапсуле.
«Это он, получается, обо мне так побеспокоился. Вместо того, чтобы просто не делать идиотских вещей!» — раздумывала Тиана, аккуратно распарывая скафандр. Жалко было до слез. Конечно, есть еще несколько запасных, но сейчас, в отрыве от родины, каждый из них — это серьезная ценность. Герман, тем временем, наконец-то выпал — как бабочка из кокона. Такой же помятый и беспомощный. Идти он явно не мог, но как только оказался на свободе, куда-то очень целеустремленно пополз, не отвечая на вопросы. Теперь он больше напоминал не бабочку, а червяка — настолько яростно он извивался. Тиане все эти заскоки окончательно осточертели, и она потребовала:
— Прекрати от меня уползать, не объяснив зачем!
— Да я сейчас тут лужу сделаю! — возопил напарник. И столько страдания было в этом возгласе, что вся ярость и возмущение у Тианы мгновенно угасли. Она даже помогла несчастному доползти до его комнаты, после чего он умоляющим голосом попросил ее выйти.
— Кусто, он что, не знает, что в скафандре есть система приема и утилизации отходов? — спросила девушка, оставшись перед закрытым входом в каюту напарника.
— Знает. Я ему говорил, когда он только начал жаловаться на неудобство. Но он отказался. Сказал — лучше потерпит, тем более до твоего пробуждения оставался всего час. Сказал, что уже вышел из того возраста, когда писаются в штаны.
Минут через десять Герман вышел из каюты. Медленно, осторожно, придерживаясь за стеночку. Вид у парня был одновременно виноватый и счастливый.
— Герман. Ты ведь понимаешь, насколько идиотскую ситуацию создал?
— Мне действительно не стоило заниматься этим одному, — кивнул парень. — Но нам нужно пересмотреть правила безопасности. Представь, что было бы, если бы мы испытывали эту штуку вдвоем. Как собирались.
Тиана набрала воздуха в грудь, чтобы выдать короткий спич о том, как безответственно поступил напарник, и какой опасности подверг себя, какая это серьезная потеря — невосполнимый сейчас скафандр. Но не сказала, потому что действительно представила. Он ведь действовал достаточно осторожно. По крайней мере разведчица не видела, какие еще меры безопасности они могли бы предпринять перед испытанием. Значит, если бы не его выходка, Тиана в момент взрыва, скорее всего, находилась бы рядом, в той же яме, которую Герман называет окопом. У девушки перед глазами встала картина, как они вдвоем лежат беспомощные, почти неспособные двигаться. Нет, чуть-чуть переползать с места-на место Герман мог, и даже шевелить пальцами на левой руке. Наверное, им удалось бы в конце концов выбраться. При некотором везении. Благо меч парень старается все время держать при себе. Но это был бы кошмар.
— И все равно это было безответственно. В этот раз твои действия действительно уберегли нас от еще боле серьезных неприятностей. Но это лишь дурное везение. В следующий раз все может сложиться гораздо хуже.
— Согласен, — покаянно вздохнул Герман.
— Решение непременно приспособить под свои нужды находки, вообще было ошибочным. Инструкция четко говорит, что любые находки должны быть доставлены для исследования на базу. Вот и нужно было действовать по инструкции.
— Угу.
