Джесс сбросил газ и ухватился за лозу, чтобы остановиться. Он чуть не влетел в паутину; соткавший ее паук был, скорее всего, крупнее человека. Но кто-то, или что-то, использовал паутину, чтобы сотворить произведение искусства: шары воды разного размера — от самого маленького с кулак до самого большого с голову человека, помещенные на пересечениях нитей, образовывали фигуру человека с гордо поднятой головой и простертыми руками, как будто он что-то ловил.
Джесс изумленно разглядывал картину, потом вспомнил о существовании паука. Осмотревшись, он направил джет в обход паутины. Впереди маячили другие паутины. Некоторые из них были двадцать и даже более футов размером, и каждая выглядела как гобелен, сотканный из жидких драгоценностей. На некоторых гобеленах были изображены люди, на других — птицы или цветы, но каждый выглядел изящно. Джессу пришло в голову, что, когда мегажук трубит в полную силу, паутины и капли на них вибрируют, размывая контуры фигур, так что они должны казаться сотканными из света.
Вращаясь в воздухе, он засмеялся от неожиданности.
Что-то поднялось на дыбы в шестидесяти футах от Джесса, и его сердце екнуло. Фигура, отдаленно напоминающая человеческую, но слепленная из ржавого металла и замшелых камней, распрямилась и развернула огромные крылья, которые распростерлись над верхушками стеблей травы.
На месте головы сидел исцарапанный металлический шар.
— ЭТО НЕ ТВОЕ МЕСТО.
Даже полуоглохшего Джесса слова хлестнули, как встречный порыв ветра. Они были подобны грохоту гравия. Если команда «Мистель» все еще находилась здесь, в этот момент они должны были дать деру; скорее всего, они слышали эти слова даже там, у погибшего корабля.
Джесс протянул руку и демонстративно заглушил двигатель.
— Я пришел поговорить с тобой, — сказал он.
— ТЫ НЕ НЕСЕШЬ ПРИКАЗЫ, — прогрохотал скальный мотыль. Он начал втискиваться обратно в отверстие, где сидел до этого свернутый в клубок.
— Я принес новости! — Когда Джесс репетировал фразы, которые собирался сказать мотылю, он мысленно представлял себе импресарио цирка и то, как тот жестикулировал и растягивал гласные, чтобы заставить свою речь звучать важно и привлечь к ней внимание. Однако сейчас заученные слова вылетели из головы. — Они касаются ключа к Кандес!
Мотыль замер. Теперь, когда он был неподвижен, Джесс смог разглядеть, насколько тело существа было напичкано оружием: вместо пальцев у него блестели кинжалы, из-под запястий торчали орудийные стволы. Мотыль представлял из себя боевую машину, наполовину из плоти, наполовину из артиллерийских орудий.
— ПОЯСНИ.
Джесс облегченно вздохнул и тотчас закашлялся. К его ужасу маленькие капельки крови, крутясь в воздухе, полетели в сторону мотыля. Тот поднял голову, но ничего не сказал.
Справившись с приступом, Джесс рассказал монстру то, что услышал в амфитеатре.
— Лидер ополчения подразумевал, что стратегия, основанная на возможностях Кандесс, больше не работает. Твари извне проникали в наш мир по меньше мере дважды за последние два года. Они изучают ее слабости.
— Мы уничтожим их, если они вторгнутся. — Голос мотыля перестал оглушать; а может быть, Джесс оглох окончательно.
— Прошу прощения, — сказал Джесс, — но они проскальзывали мимо вас оба последних раза. Может, вы и ловите кого-то из них, но далеко не всех.
Последовала долгая пауза.
— Возможно, — вымолвил мотыль наконец.
Джесс усмехнулся, потому что одно слово, тень сомнения, превратили мотыля из мистического дракона в старого солдата, которому могла потребоваться помощь человека.
— Я здесь, чтобы от имени человечества просить у тебя ключ к Кандесс, — продекламировал он, вспомнив заготовленную речь. — Мы не можем больше полагаться на милость солнца солнц и тварей извне. Теперь мы должны пойти собственным курсом, потому что иной путь ведет в тупик. Ополчение не знает, где ты находишься, и они никогда бы не послушали меня, поэтому я решил прийти сюда сам.
— Ополчению нельзя доверять, — сказал мотыль.
Джесс заморгал от удивления. Но опять-таки, в истории об адмирале Фаннинге, мотыль не отдал в конце ключ ополчению, хотя у него был шанс.
Мотыль сместился, чуть наклонившись вперед.
— Тебе нужен ключ? — спросил он.
— Я не смогу им воспользоваться. — Джесс мог бы объяснить, почему, но не захотел.
— Ты умираешь, — сказал мотыль.
Слова подействовали как удар под дых. Одно дело, если бы Джесс сказал об этом сам. Он мог бы претендовать на роль сильного духом человека. Но мотыль равнодушно констатировал факт. Джесс хмуро посмотрел на него.
— Я умираю тоже, — добавил мотыль.
— Что-что?
— Поэтому я здесь. Люди не могут войти внутрь этого существа. Мое тело будет поглощено им, а не разрезано и использовано вами. По крайней мере, я так считал.
— Тогда отдай ключ мне, — быстро заговорил Джесс. — Я отнесу его ополченцам. Ты знаешь, что можешь доверять мне, — добавил он, — потому что я не смогу воспользоваться ключом для собственной выгоды. Я проживу достаточно, чтобы доставить его ополченцам, но недостаточно, чтобы воспользоваться им для себя.
— У меня нет ключа.
Какое-то время Джесс изучающее разглядывал чудовище. Ранее он просто предположил, что мотыль, которого видели входящим в этого мегажука, был тем же самый, который встретил капитана Фаннинга в Слипстриме. Но, разумеется, не существовало никаких гарантий, что на самом деле все было именно так. В Вирге существовали тысячи, а может быть, миллионы таких существ. Их почти никогда не видели, но в том самом году были замечены еще двое.
— Тогда все, — произнес Джесс наконец. После этого повисло долгое молчание, но скальный мотыль не предпринимал попыток вернуться обратно в нору. Джесс оглянулся, задумчиво смотрел некоторое время на дрейфующий по воздуху джет, потом глубоко вздохнул.
Он повернулся к мотылю.
— Могу я просить об одолжении?
— О каком?
— Я хотел бы… остаться здесь, чтобы умереть. Если не буду сильно тебе мешать.
Скальный мотыль протянул поблескивающую стальными когтями переднюю конечность к человеку, потом вторую, очень медленно, как будто подкрадывался к нему. Он придвинул круглую свинцовую башку к голове Джесса, и, казалось, принюхивался к нему.
— У меня идея получше, — произнес он. Потом он обхватил Джесса огромными когтями, открыл широченный пустотелый рот и заглотил человека.
Джесс закричал, когда все его тело оказалось внутри холодной утробы. Он почувствовал, как что-то разрывает его грудь и выдирает легкие — любопытно, что чувствовал не как боль, а как физическое воздействие — и потом все расплылось и стало серым.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
