Лучник было взял меня на прицел, по моей спине пробежали мурашки, и я уже был готов метнуться за укрытие, но здоровяк вдруг одёрнул своего бойца. Приподнял руку с раскрытой ладонью и этого хватило, чтобы тот опустил лук.
Некоторое время мы смотрели друг на друга разделённые расстоянием в пару десятков метров. Игры в гляделки продолжались пока у здоровяка не шевельнулись губы… Он что-то сказал окружающим и вместе с одним из бойцов взялся за волокушу, а затем скрылся из вида за забором, утаскивая прочь своего раненого лидера. Лучник остался и какое-то время наблюдал за мной, видимо, прикрывая отступление выживших.
Четыре человека! Подумать только, неужели это все, кто остался от доброй сотни?
Стрелок ушёл спустя минуту. У меня же даже мысли не возникло их преследовать. Кроме магии других способов их уничтожить у меня нет, а магия это в любом случае шум. Рискнуть и привлечь к себе внимание целой оравы мертвецов? — ну уж нет.
Выждав для верности какое-то время, я ещё раз внимательно осмотрелся и метнулся через перекрёсток к дому старосты. На моём пути стояли всего два мертвеца, оба были обездвижены льдом и обращены лицами в противоположные стороны.
Обалдев от собственный наглости, я тихо-тихо прошёл между ними, каждую секунду ожидая что из какого-нибудь дома вывалится уродливое чудо и помчит на всех порах в мою сторону. Но нет — повезло. То ли мертвецы держались в глубине помещений подальше от падающего из окон света, то ли удача была на моей стороне, но я добрался до терема незамеченным. И даже те слуги Риордана что торчали на перекрёстке, остались неподвижны.
Я ошибся — дверь в терем не была выбита. Её разрезало на четыре части что-то очень острое, тонкое и оставляющее после себя подпалины.
Переступив через обломки, я поморщился от специфического запаха и замер. В тереме кто-то был… ИскИн подтвердил, что невнятный звук, раздавшийся из глубины помещений — мне не послышался.
Выдохнув воздух, я с удивлением отметил облачко пара. В доме было холодно, я бы даже сказал необычно холодно по сравнению с улицей…
Сложив пальцы в нужный знак и готовясь ударить теневым заклятьем на любой шорох или движение, я вышел из сеней и прошёл в комнаты. Здесь меня уже ждали.
Она сидела за маленьким столом, на чьей деревянной поверхности застыли пролитые чернила. Кипа пергаментных свитков валялась на полу и всё было заляпано кровью. Я замешкался лишь потому, что ожидал увидеть монстра, а встретил красивую женщину.
Восточная внешность выдавала в ней южанку. Красное платье, перстни на пальцах, покрытые затейливой вязью и жезл — ясно намекали на магическое происхождение многих вещей.
— Крио Кима!
Прорычав заклятье, я взмахнул рукой в направлении незнакомки. Серая тень рванулась к южанке и без вреда пройдя насквозь, исчезла.
Ответная реакция не заставила себя ждать.
Под треск помех какие бывают при плохой радиосвязи, женщина на моих глазах исчезла, растворилась в воздухе дёрнувшись так, как будто была всего лишь картинкой, статичным изображением во власти забарахлившей техники.
Я успел почувствовать затылком чужое присутствие у себя за спиной и покрывшись волной запаздавших мурашек отпрыгнул в центр комнаты.
Следующим своим действием я попытался сформировать магический щит уже зная, что его отталкивающая природа разнесёт тут мебель и порядочно пошумит. Но я не успел.
Южанка преодолела разделяющее нас расстояние одним шагом. Раз — и вот она врезается в меня всем телом, оказываясь при этом совсем не материальной. Дух… призрак… иллюзия? Я понятия не имел с чем столкнулся, но в тот миг, когда она шагнула в меня, я почувствовал дикий холод.
Я не запомнил миг падения. В моём восприятии я просто моментально сменил положение. Только что стоял ногах и рраз… перед глазами уже потолок, а зубы стучат от холода.
Если бы не моё состояние, в котором все мои эмоции были словно укутаны толстым одеялом. Если бы не проклятый дар, полученный от чёрного принца, лишающий меня большей части присущих людей эмоций… я бы ужаснулся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ужаснулся тому, как моё тело встаёт на ноги, подчиняясь чужой воле.
Первым существенным ударом стало полное отсутствие интерфейса. Все атрибуты современных технологий Первоисточника исчезли, будто смытые кратковременной потерей сознания. ИскИн не отвечал на запросы, интерфейс растворился, и даже проклятый дар чёрного принца стал далёким-далёким, таким далёким, что не дотянуться как не старайся.
— Крепкий, но небольшой. Ненавижу большие тела, в них нет изящества.
Голос был мой и в то же время чужой. Тоньше и женственней. Но самым страшным было то, что это мои уста произнесли повисшую в комнате фразу.
— Сильные потоки, но дерево уродливое, кривое.
Тварь рассматривала меня и изнутри, и снаружи. Я чувствовал ход её мыслей. Она коснулась моей нейронной сети, сделал понятные ей одной выводы, а затем подняла руки и играя пальцами посмотрела на ладони.
В этот миг, явно привлечённый учинённым мной шумом, в избу пожаловал один из уличных мертвецов. Южанин, с разорванной и посиневшей щекой, перекошенный и покрытый розовым от крови инеем.
— Спиракту!
Быстрый едва уловимый жест, сложенные в особую фигуру пальцы и слово-активатор — всё эти манипуляции заняли едва ли секунду времени, зато каков был эффект…
Потустороннее сияние в глазах мертвеца потухло, а его тело сложилось подобно изломанной кукле. Груда холодной плоти без всякого намёка на былую подвижность рухнула на пороге, не успев выйти из сеней.
Оставаясь молчаливым наблюдателем, я сумел ощутить, что тварь пользовалась моей нейронной сетью и моей же энергией.
— Оооо терпеть не могу неуклюжие пальцы! Проклятый бездарь! Как при такой силище можно иметь такие неуклюжие руки?
Последняя фраза была обращена ко мне. Вселившееся в моё тело существо не видело во мне никакой угрозы. Воспринимало меня вынужденным придатком к телу — не более.
— Ты знаешь сколько времени я потратила чтобы научить прошлый сосуд всем фокусам? Чтобы развить гибкость пальцев и пластичность?! Как вообще возможно так криво развивать своё дерево и при этом совершенно не думать о своих руках? У тебя же ужасные мозоли! Ты что сражался молотом или топором?
Тварь покачала головой и стала быстро перемещаться по избе, одновременно с тем болтая без умолку.
— Ну ничего! Я хорошенько покопаюсь в твоей памяти, как-только мы выберемся из этого ужасного места. А пальцы… пальцы дело поправимое, грамотно поставленные тренировки и крема всё исправят. Другое дело что ты мужчина, а мужчин у меня давненько не было. Женщины легче, они гибкие и их природа позволяет расширить круг ритуалов, да и древо у них тоньше и звучит по-другому…
У меня складывалось ощущение что я попал в лапы к двадцатилетней, избалованной и жутко наглой девчонке. Но то, что в магии она разбирается лучше меня, было ясно с первой минуты.
Там, где я боялся нашуметь и спровоцировать мёртвых со всей округи, она вообще не парилась. Ходила туда-сюда по избе нисколько не скрываясь. Открывала сундуки, капалась в вещах, с раздражением выбрасывая их прямо на пол.
— Носильщики превратились в безобразных мертвецов! Где это видано бросать столько ингредиентов просто от того, что их некому нести? Хотя… твоё дерево ведь темнее-тёмного, верно?
Вопросы, которые задавала незнакомка не нуждались в ответах. Я был уверен, что она знала, что я её слышу, но возвращать мне способность говорить не собиралась.
Вернувшись к сеням, тварь в моём теле присела на колени перед мертвецом, что пару минут назад пожаловал на шум. Кинжалом, который я прихватил с собой, она проткнула мне палец и капнула ровно три капли. В рот мертвеца, на его лоб и грудную клетку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я почувствовал боль очень отдалённо, едва-едва, и это мимолётное ощущение ещё раз подтвердило, что моя связь с телом утрачена не до конца.
Не поднимаясь с колен, та, что завладела моим телом, нарисовала на левой ладони кривой знак проколотым пальцем, а затем воздев обе руки к потолку, не разжимая губ промычала бессвязный набор звуков.
