Эйса взвивается, хватив бутылкой по стойке.
– Я же этому мудаку еще вчера велел затариться! – И зло выходит из кухни.
Далтон кивком указывает мне на парадную дверь, и я следом за ним выхожу из дома. Во дворе он для виду делает большой глоток пива из прихваченной на кухне бутылки. Хотя по жизни пива терпеть не может.
– Ну че? – спрашивает он. – Как думаешь, ты в деле?
Пожимаю плечами:
– Походу да. Эйсе позарез нужен тот, кто владеет испанским. Я сказал, что шпрехаю, но не бегло.
Далтон выпучивает на меня глаза:
– И все? Без вопросов? – Недоуменно качает головой. – Господи, ну и дебил! Эти новички возомнили, что они неприкасаемые… Хер ему в глотку. Понторез сраный.
– Вот-вот, – искренне соглашаюсь.
– Люк, я тебя насчет такой работы честно предупреждал: крыша к ебеням едет. Не передумал еще?
Ну нет, теперь, когда я знаю, что Далтон и остальные готовы прижать Эйсу, заднюю не дам.
– Ты назвал меня Люком.
– Бля. – Далтон пинает землю мыском ботинка и смотрит на меня. – Прости, друг. Завтра встреча в силе? Ты внедрился, и Янгу нужен подробный отчет.
– Кое-кому завтра на пары, – говорю я, в который раз тыча его носом в то, что самая поганая часть задания досталась мне. – Но к полудню освобожусь.
Далтон кивает и направляется к дому.
– Ты пригласил эту аппетитную попку с испанского на тусу?
– Обошлось. – Я молчу о том, что и приглашать-то не надо было. Она в этой клоаке живет.
Далтон кивает, уверенный, что я не стану втягивать посторонних. Сам он умеет вживаться в роль как никто. Во время одной операции под прикрытием даже завел длительные отношения, а как-то, ради дела, и руки попросил. Правда, после задания он с легкостью исчезает. А для меня все люди, с которыми сталкивает служба, именно люди. Без нужды никому врать не буду, поэтому стараюсь не терять бдительности и не обзаводиться серьезными связями.
Войдя в дом, Далтон закрывает за собой дверь, и я остаюсь во дворе один. Смотрю на притон, который на ближайшие пару месяцев станет моим заданием. Работать под прикрытием я не рвался, просто хорош в этом деле. К несчастью, на этот раз у меня дурное предчувствие… а ведь все только началось.
Следующие часа два Эйса водит меня по дому, знакомит с его обитателями. Их тут целая прорва. Сперва я еще делаю в уме пометки, присматриваюсь, кто и как общается с Эйсой, но после четвертой бутылки пива, которую мне подсовывают, сдаюсь. Потом успею наобщаться со всеми. К тому же я тут новенький, к чему напрягаться и вызывать подозрения?
Наконец удается оторваться от Эйсы, отправляюсь искать, где бы отлить. В одном туалете тип по имени Джон уединился с двумя девчонками не старше девятнадцати. Я поспешно закрываю дверь и иду наверх в поисках сортира, который еще не превратили в бордель.
Там торчу дольше, чем нужно, на добрых десять минут. Выливаю пиво в мойку и наполняю бутылку водой из-под крана. Свою норму на вечер я и так давно превысил, а ближайшие несколько недель надо будет сохранять кристальную трезвость.
Смотрю на себя в зеркало, думаю: хоть бы все получилось. Я не из этого района, вряд ли меня кто-то узнает. Больше волнует то, что я не как Далтон, не умею выключать в себе настоящую личность. Этот дом – обитель моих ночных кошмаров, и судя по тому, как Эйса обращается со Слоун, видеть я их буду много и наяву.
Смочив под краном полотенце, протираю лицо. Нужно хоть немного протрезветь. Полотенце я бросаю в корзину, забитую грязным бельем. Глядя на эту кучу тряпок, гадаю, живут ли еще в доме девушки, кроме Слоун. Похоже, она и за стирку здесь отвечает.
Днем я видел, как она моет посуду – незаметно подглядывал из-за плеча Эйсы, удивленный неожиданной встречей. Однако еще больше меня поразил танец Слоун, то, как она двигалась в такт культовой композиции «Jessie’s Girl» Рика Спрингфилда. Завороженный красотой Слоун, я повторял в уме слова песни и завидовал Эйсе.
Жалел, что Слоун – не моя девушка.
Сделав глубокий вдох, выхожу из туалета, и мой взгляд моментально приковывает к себе картина в дальнем конце коридора. Слоун стоит в дверях спальни и, услышав, как я выхожу, оборачивается. Облегающее платье закручивается красным вихрем. Просто глаз не отвести: платье на бретельках выгодно подчеркивает фигуру, а под тесным и чисто символическим лифом для бюстгальтера вообще нет места. Я невольно и с отвращением к себе мысленно благодарю Эйсу, ведь это он велел Слоун нарядиться вот так.
«Дыши, Люк, – говорю себе, – дыши».
Через силу поднимаю взгляд и смотрю Слоун в глаза. Выглядит она совсем не уверенно, похоже, только что плакала.
– Все норм? – спрашиваю, подходя к ней.
Слоун со страхом бросает взгляд на лестницу, потом на меня. Кивает и направляется к ступеням, но я хватаю ее за руку.
– Слоун, подожди.
Она оборачивается. Это не та девушка, которую я встретил утром. Эта девушка хрупкая, испуганная, сломленная.
Скрестив руки на груди, она подходит. Закусив губу, опускает взгляд в пол.
– Что ты здесь забыл, Картер?
Не знаю, как ответить. Врать не хочу, но ведь и правду не скажешь: стремно сообщать девчонке типа, которого я собираюсь засадить за решетку, чем я тут занимаюсь на самом деле.
– Пригласили, – говорю.
Она резко вскидывает голову:
– Ты знаешь, о чем я. Чего ты здесь ищешь?
– Я здесь чисто из-за твоего парня, – непрозрачно намекаю на предмет своего интереса. – Работа, ничего личного.
Слоун закатывает глаза. Видимо, слышала это объяснение прежде. Может быть, даже от Эйсы. Только я, в отличие от него, говорю правду. Просто не уточнил, о какой работе речь.
– Слоун, – вздыхаю я, желая немного ослабить напряжение, – похоже, в диалоге на паре мы не сказали о себе кое-чего важного.
Она натянуто смеется.
– Да уж. Фактов должно было быть больше. Пяти, скажем, хватило бы.
– Точно. С пяти фактов я, думаю, догадался бы, что у тебя есть парень.
Глянув на меня исподлобья, она тихо отвечает:
– Прости.
– За что?
Понурившись, Слоун говорит еще тише:
– За то, как вела себя сегодня. За флирт. Наговорила лишнего. Клянусь тебе, я не такая. Не стала бы…
– Слоун, – перебиваю я, пальцем поддев ей подбородок, хотя прекрасно знаю: руки надо держать при себе. – Я плохого о тебе и не подумал. Это же так, прикол. Никто не пострадал.
Слово «пострадал» повисает в воздухе темным, зловещим облаком. Мы оба знаем: от Эйсы можно ждать чего угодно. Я трепался со Слоун на паре, теперь зажал в коридоре… Если такие безобидные моменты будут происходить слишком часто, кто-нибудь очень даже пострадает. Я помню, чем Эйса пригрозил мне чуть ранее. Он ясно дал понять: к его девчонке лучше не подходить. Да и работа к этому не располагает. Как я сам не вижу?
Я уже опускаю руку, когда позади меня раздается:
– Чувак, ты всю тусу пропустишь.
Мы оба вздрагиваем. Оборачиваюсь и вижу на лестнице Далтона. Он явно готов прибить меня. А что, имеет право, учитывая, в какое дерьмо я чуть не вступил.
– Точно. – Сделав глубокий вдох, я оборачиваюсь к Слоун и шепчу: – На паре поговорим.
Она облегченно выдыхает. Рада, что нас застукал не Эйса, а Далтон. Впрочем, рада не она одна.
Слоун уходит к себе в комнату. Теперь-то мне ясно, откуда у нее этот заспанный вид. Живет в таком месте…
Едва за ней закрывается дверь, как Далтон накидывается на меня, припирает к стенке и, гневно пыхтя, душит локтем.
– Не просри все, – шипит он и отвешивает мне затрещину. – Думай головой, а не головкой.
Глава пятая
Эйса
Джесс вдыхает дорожку кокаина и утирает нос, затем я сам вынюхиваю вторую. Ощутив жжение, откидываюсь на спинку кровати.
– Ты прав, – подождав немного, говорю Джону. Тот стоит в дверях. – Снежок зачетный.
Джесс лежит на спине и таращится в потолок. Она новая телка Джона, я пока еще толком к ней не присматривался. Ничего, кстати, симпотная. Слоун в подметки не годится, но все равно в штанах у меня твердеет.
