капитулировал перед императором. У Ли Юня не было другого выхода, кроме как сжечь себя живьем.
Несколько военачальников также хотели бросить свои войска в это сражение, но, когда услышали весть о том, что Ли Юнь был побежден так скоро, пали духом. Они заторопились высказать свою поддержку правящей династии Сун, а кроме того, поспешили в столицу, чтобы явиться на аудиенцию к Сун Тай-цзу. Он, увидев их всех, повеселел. Ранее военачальник округа Хуайнань по имени Ли Чунцзинь также изъявил желание явиться к Сун Тай-цзу на поклон, но тот этой вести не только не обрадовался, но и не позволил Ли Чунцзиню приехать в столицу.
Оказалось, что Ли Чунцзинь являлся племянником Го Вэя, старшим двоюродным братом Чай Жуна, свидетелем событий 961 года — «как одним бокалом вина была снята военная власть». Его популярность в Поздней Чжоу могла сравниться с могуществом Чжао Куанъиня, его уважали многие официальные чины. Теперь, когда Чжао Куанъинь стал императором, у Ли Чунцзиня было два варианта — либо подчиниться его власти, либо возглавить восстание против него. Поэтому Сун Тай-цзу и не захотел, чтобы военачальник Ли приезжал в столицу и навлекал на него неприятности. Он велел написать письмо и отправить его Ли Чунцзиню в Янчжоу. В письме говорилось: «Мы с Вами как руки, ноги и голова — хоть и находимся далеко друг от друга, но все равно представляем собой одно целое. Выполняя обязанности на своем месте, у Вас больше шансов прожить долгую жизнь. Не стоит являться в столицу в такое время».
Письмо было написано одновременно и в мягком, и в приказном тоне. Прочитав его, обида заклокотала в душе Ли Чунцзиня. Он размышлял: «Другие могут наведаться в столицу, а я не могу. Вы что же, не доверяете мне? Если уж на то пошло, Чжао Куанъинь в любой момент может пойти против меня, уж лучше я сделаю первый шаг». И как раз в это время известия о восстании Ли Юня дошло до Янчжоу, Ли Чунцзинь послал своего доверенного по имени Чжай Шоусюнь связаться с Ли Юнем, он подумывал атаковать Бяньцзин с востока и с запада. Однако губернатор Ли не ожидал, что покинув Янчжоу, Чжай Шоусюнь тайком прибыл в Бяньцзин и встретится с Сун Тай-цзу. Доверенный во всех подробностях донес о планах Ли Чунцзиня присоединиться к восстанию.
Сун Тай-цзу же идти против Ли Чунцзиня не хотел, к тому же, в данный момент он противостоял Ли Юню и не хотел осады города с двух сторон. Обращаясь к Чжай Шоусюню, он спросил: «А если я дарую губернатору Ли железную жалованную грамоту, он же не будет нападать?». Железная жалованная грамота, также известная как Киноварные письмена на железном свитке, представляет собой документ, вверенный государственному деятелю императором, подтверждающий заслуги этого деятеля перед государством и гарантирующий неприкосновенность владельца грамоты. Сун Тай-цзу хотел использовать этот документ с целью успокоить Ли Чунцзиня, но Чжай Шоусюню, покачав головой, ответил ему: «Я не думаю, что Ли Чунцзинь когда-нибудь подчинится Вам». «Тогда возвращайся и уговори его действовать медленнее, чтобы мне не пришлось разрываться на два фронта, — сказал Сун Тай-цзу, — после того, как твои действия увенчаются успехом, ты будешь щедро вознагражден».
По возвращении в Янчжоу Чжай Шоусюнь придумал, как обмануть Ли Чунцзиня, предложив сначала собрать достаточное количество войск для полной уверенности, чтобы снова поднять мятеж. Ли Чунцзинь поверил в ложь, и решил не собирать сразу войско. Когда Сун Тай-цзу, усмирив Ли Юня, освободился, Ли Чунцзинь опомнился, но было уже поздно. Другие военачальники подчинились династии Сун, и никто слушать его не хотел. Сун Тай-цзу вновь расквартировал военачальников в другие места, тем самым избегая длительного беспорядка на одном месте. Ли Чунцзинь получил приказ, согласно которому его перевели в Янчжоу и назначали военачальником в Пинлу (город в районе нынешнего Цинчжоу провинции Шаньдун). Из-за этого ему было беспокойно. Поразмышляв, он все-таки решил идти против Сун, поднять восстание в Янчжоу и попросить военной помощи у Южной Тан.
На этот раз Сун Тай-цзу был готов. Он взял на себя инициативу первым двинуть свои войска, чтобы усмирить мятеж. Сун Тай-цзу сам не ожидал, что битва будет настолько легкой. Армии Сун не потребовалось много усилий, чтобы разрушить город. Ли Чунцзинь, осознав свою неудачу, последовал по примеру Ли Юня и поджег себя и свою семью. Спустя время все начали пускать разговоры о том, что тогда Ли Чунцзинь в замешательстве вернулся домой, и что раз уж он хотел поехать на поклонение императору в столицу, стоило ли менять свое решение? В итоге его смерть ничего не значила, а вся семья была уничтожена.
Император Сун Тай-цзу подавил восстание и естественно уже вздохнул с облегчением, но тут первый министр Чжао Пу напомнил ему: «Вашу дворцовую гвардию тоже следует должным образом распределить по разным должностям». Сун Тай-цзу ответил ему: «Генералы дворцовой армии — мои старые приятели, они никогда не предадут меня, не беспокойся». Чжао Пу, прикрыв рукой рот, сказал: «Я не беспокоюсь за них, но они не обладают никакими способностями, чтобы управлять подчиненными. Если кто-то из их подчиненных начнет бунтовать, что они смогут сделать?». От этих слов Сун Тай-цзу бросило в дрожь, он вспомнил военный мятеж в Чэньцяо. Его разве не подчиненные устроили? Он тут же начал все обдумывать.
Через несколько дней император пригласил Чжао Пу к себе и спросил его: «Ты скажи мне, после империи Тан сколько царств сменилось, постоянные войны принесли столько страданий простому народу, и что всему этому причина? Я хочу стабильности в мире, что же мне для этого сделать?». Чжао Пу будто уже был готов ответить на этот вопрос давным-давно, сказал: «Причина очевидна. Местные феодалы слишком могущественны, императорский двор слаб, а его министры сильны. Ничто из этого не может войти в лад между собой. Что делать? Ответ тоже прост: подумайте о сокращении их власти, контролируйте их жалование, ослабьте их военную силу». Сун Тай-цзу, не дослушав, сказал: «Не говори больше, я знаю, что делать!».
В 961 году нашей эры однажды ночью Сун Тай-цзу пригласил к себе предводителей дворцовой гвардии Ши Шоусиня и Ван Шэнци под предлогом выпить в компании. Все знали, что император любитель выпить, поэтому они с удовольствием пошли осушить несколько чашечек. Но кто бы мог подумать, что во время радостного застолья Сун Тай-цзу, тяжело вздохнув с хмурым лицом, скажет: «Вы все — герои, если бы не вы, где бы я был на данный момент? Но это такая
