Она позволила полотенцу упасть со своего тела, и мои глаза блуждали по её обнаженному телу.
Она была настолько близка к совершенству, насколько я мог себе представить: не особо высокая, но всё было так идеально пропорционально; такие красивые полные груди с длинными толстыми сосками, которые я с удовольствием сосал и покусывал; подтянутый, плоский живот, переходящий в женственные бедра, и крепкие гладкие бедра, между которыми спрятано идеально выбритое сокровище.
Она заметила мой взгляд и повернулась ко мне лицом, позволяя мне продолжать с тоской смотреть на неё.
— Тебе нравится то, что ты видишь, малыш? — ворковала она.
Я кивнул, подтверждая это.
Она говорила тихо.
— Я бы хотела, чтобы ты отвечал мне, когда я говорю с тобой. Тебе нравится то, что ты видишь?
— Да, Майя. Конечно.
— Хорошо, — сказала она, соблазнительно проведя руками по своему телу. — Что бы ты хотел со мной сделать?
— Боже, — ответил я. — Я бы хотел бросить тебя на эту кровать прямо сейчас.
— Правда? — спрашивает Майя задыхающимся голосом. — А что потом?
Я продолжал набухать, рассказывая о своих желаниях.
— Я бы прижал твои руки над головой своими.
— Ооо, — поддразнила она. — Как большой сильный мужчина?
— Да. А потом я вставил в тебя свой большой, толстый член. Я бы заставил тебя визжать от удовольствия, пока наполнял бы твою красивую пизду.
— О боже, — проговорила она. — Это звучит очень захватывающе. Но ты не можешь, правда?
Я позволил себе думать, что что-то произойдёт прямо сейчас. Мой голос упал, когда я понял, что этого не произойдёт.
— Правда, — грустно сказал я.
— Почему? — спросила она.
— Потому что. Хм. Потому что…
— Ну? — вопросительно спросила Майя.
— Потому что, мой член в клетке, — мой голос хрипел при этих словах.
— А что на тебе ещё надето?
Я почти забыл, что трусики на мне, и покраснел, говоря это:
— И, хм, трусики, Майя.
— Красивые трусики, — поправила она меня.
— Да, — покраснел я.
— Ещё раз, — бросила она резким голосом. — Что на тебе надето?
Я ответил быстро.
— Клетка целомудрия и красивые трусики.
— Это правильно, — счастливо улыбнулась она. — Как маленькая сучка. И раньше мне пришлось отшлепать тебя, как маленькую сучку, верно?
Почему её слова так возбудили меня?
Её взгляд на мой член показал мне, что она знает, как его возбуждают слова.
— Да, Майя, — мой голос снова хрипел.
— Итак, — начала она. — Если ты будешь хорошей маленькой сучкой, возможно, позже тебя угостят. Ты собираешься быть хорошей маленькой сучкой?
— Собираюсь, — ответил я.
Я хотел, чтобы мой член увядал, но он только становился тверже.
Она подошла ближе и прижалась своим обнаженным телом к моему. Я вздрогнул от волнения.
— Кем ты собираешься быть? — спросила она.
— Я буду хорошей маленькой сучкой, — я услышал свой хрипловатый голос.
Она рассмеялась от удовольствия.
— Принеси мне мой халат, сучка, — потребовала она.
Я даже не думал отказываться, вместо этого забрал её черный шелковый халат и помог её надеть его. Она крепко сжала его в талии, но оно было достаточно коротким, чтобы оставить обнаженной значительную часть гладкого бедра.
Она отмахнулась от меня.
— Иди сейчас же. На кухонном столе лежит список дел. Я ожидаю ужин в семь часов.
Я колебался, не желая покидать её присутствие.
— Быстро, сука, — приказала она мне.
Когда я вышел из комнаты, она резко ударила меня по воспаленной заднице, заставив меня вскрикнуть и подпрыгнуть.
Жена счастливо хихикнула.
— Хорошая сука.
Работа по дому казалась бесконечной.
Теперь я знаю, что она должна чувствовать, размышлял я, заканчивая стирку и переходя к вытиранию пыли.
Я не видел её до ужина. Я быстро поел, молча убеждая её сделать то же самое, чтобы могли идти. Она помедлила с едой, прежде чем, наконец, настояла на том, чтобы после того, как я умоюсь, мы посмотрели телевизор.
Час просмотра телевизора показался мне одним из самых долгих в моей жизни. Она настояла на том, чтобы прижаться ко мне поближе. И хотя она не протестовала, когда я провел руками по её гладким обнаженным бедрам, пытка, которую она подвергла моему бедному заключенному в тюрьму члену, заставила меня задуматься, стоило ли оно того.
В какой-то момент, несмотря на мои опасения, я позволил руке залезть под верх её платья, мои пальцы коснулись гладкой кожи груди. Она остановила меня, коротко сказав:
— Нет.
И поправила платье поплотнее вокруг себя.
Наконец выяснилось, что ей надоело меня дразнить.
— Иди наверх, — сказала она. — Снимай свои красивые трусики и ложись на кровать.
Я бросился повиноваться, спотыкаясь в спешке.
— Ох, — сказала она с дивана. — Я думаю, ты бы хотел, чтобы тебя связали, правда?
Это вообще не входило в мои планы. Я хотел взять её, может быть, сзади, чтобы подтвердить своё господство; заставить её визжать и стонать подо мной.
Но секс есть секс, и если она хочет меня связать, ладно. Время от времени мы эксперементировали с подобными вещами, но обычно она была связана, а я врывался в её влажную пизду.
На этот раз, казалось, всё будет иначе.
— Используй ремни-липучки, — продолжила Майя. — Хорошая сучка, — любезно сказала она, и теперь это слово стало для неё второй натурой.
Я не протестовал и вскоре оказался голым, если не считать устройства целомудрия, на спине, на кровати. Одно запястье было надежно прикреплено к каркасу кровати, другое на данный момент было свободно.
Майя заставила меня ждать. Двадцать минут, тридцать…Всё это время мой член пульсировал внутри стального снопа. Прошёл почти час, прежде чем она наконец вошла в комнату.
Она с удовольствием посмотрела на мою обнаженную фигуру, а затем наклонилась над моим туловищем и крепко прижала руку к моей голове.
— Ты помнишь стоп-слово?
