к ним приходить будет, рассказывать, что там наверху творится да кому помощь нужна.
– А им-то что с того?
– Служба у них такая – землю хранить и женщин своих. Это они нам всегда говорят в недра смотреть, зовут к себе, вглубь. Туда, куда уходят корни и на чем земля держится. К каждой из нас в свое время приходит эта черепаха и зовет к своим старухам. Своя земля всегда силы дает. А если далеко от нее, в чужом краю, зови черепаху, она провести сможет. Моря-то и правда все связаны.
17. Про рождающееся и время для рождения
–
то-то ты зачастила ко мне, милая. Я и сама не понимала, зачем пришла в этот раз. Просто было спокойно и тепло рядом с этой старухой. И казалось, что можно найти ответы на все свои вопросы. Было в ней что-то такое, отчего все деревья сразу становились большими и могучими, и ты рос вместе с ними.
– Ну, чего молчишь? Про такое не говорят али сказать не знаешь как?
– Да вроде все хорошо, но оттого и беспокойно, – тихо начала я. – И слова найти не могу.
– И то хорошо, что назвала уже.
Я сама знала, что слишком часто стала бывать у Ойнур. Она всегда была добра к приходящим, но не настолько, чтобы рядом просто слонялись «как трава вянущая». И я не нашла ничего лучше, чем просто поделиться всем, что «напридумывала», как нередко слышала в ответ.
– Я как будто бочка с водой, волнами все ходит туда-сюда. И не знаю, чего к тебе пришла. Наверно, и узнать, что это такое и что с собой делать.
– Вот это впрямь напридумывала. С собой – жить. Чего ты все торопишься что-то сделать. Погляди вокруг. Весной только запахло, не началась она еще, не вступила в права. Что прикажешь делать, за шиворот ее тащить, траву из-под земли вытягивать? – улыбнулась Ойнур, глядя на мою растерянность. – Сама, когда поспешаю, кругом смотреть начинаю. Всему свой час. Гляди, в земле еще волнами все ходит, и хорошо, что и в тебе оно есть. Воды-то еще не оттаяли под землей, вот где-то и плещет уже, а где-то еще время нужно. Да и почкам, чтобы распуститься, пробить крепкие лепестки, надобно, как и росткам из-под земли, свой ход найти. Они уже, поди, и готовы, а ждут своего часа. И у нас все то же самое. Думаешь, внутри уже налилась, волнами все пошло, но нужно еще немножко выждать, не расплескать. Дать рождающемуся сил самому родиться.
Я неподвижно слушала Ойнур, разглядывала морщины на ее лице и даже не заметила, как потекла слеза. Она рассмеялась:
– Вот видишь, вода и сама выход находит. А воды отойдут, так и родится. – Мне и самой уже хотелось расхохотаться то ли от радости, то ли от тяжести этой воды. – Ну смейся же, встречай новое, оплачем еще. И платье, что на тебе, приноси в следующий раз с платками, огню отдашь. Иногда старые шкурки стоит сжигать.
18. Время реки
ак и большинство деревень, наша стояла на берегу реки. Туда уже давно никто не ходил ни стирать, ни за водой. Но нередко на берегу можно было заметить кого-то из жителей, сидящего в тишине. Кто-то приходил побыть в уединении, подумать о своем, кто-то, как говорили, «душу омыть». – Каждому из нас иной раз нужно просто посидеть на берегу реки, – говорила Ойнур. – Думаешь, мужики только за рыбой сюда приходят? Нет, они бы сетями обошлись. Тут другое. Мы же все родились из вод. Говорят, и на той стороне своя река с провожатым есть. К воде мы все приходим соединяться с жизнью, чтоб душа успокоилась. Не знаешь, какое решение принять, иди к реке. Она, как ночь, что разделяет дни, дает душе отдохнуть. И пока сидишь, созерцаешь, душу-то и умывает. И самому сразу становится понятно, куда течь дальше.
– А как же зимой, когда река замерзает?
– Тогда она омывает душу земли и наши самые темные уголки, чтоб мы могли пережить это время. И чтобы весна с новыми силами родилась.
– Значит, и миру тоже иногда нужно посидеть на берегу реки?
– Точно, – улыбнулась Ойнур, – и тем временем главное – ему не мешать.
19. Про невыдуманные истории
ногда к Ойнур приезжают погостить внуки. И она снова становится той бабушкой Аюной, которую я запомнила в детстве. Как и прежде, по вечерам она собирает детвору вместе с внуками и рассказывает им сказки. Или невыдуманные истории, как она сама их называет. – Почему невыдуманные?
– Да тут и выдумывать нечего. Все равно больше, чем в тебе и в мире есть, не выдумаешь. А дети, они и так знают, что все это есть. Да им и неинтересно, правда то или нет. Они все ушами навыворот слушают, потому и слышат. И чуют, что важно другое – как рассказывают и о чем сказка. Истории растят и помогают. Тогда и родительствовать не надо, знай в нужное время сказку к месту расскажи. Они ведь тоже разные. На дело – приключения рассказывай, доверия хочешь – о тайнах поведай. А успокоить – тихо-медленно про травы в поле, луга у реки да песни звезд под луной баюкай.
Я до сих люблю ее сказки. И Ойнур не скупится, каждый раз находит о чем поведать.
– И взрослым, и старикам истории тоже нужны. Через них мы про себя вспоминаем. А как дитем сызнова научаемся быть, так и сами сочинять принимаемся. У каждого за пазухой по истории припрятано.
20. Про южный ветер
етер трепал седые волосы, целуя морщинки на ее лице. Казалось, то встретились два давних друга после долгой дороги длиною в жизнь. Ойнур распустила волосы и раскинула полы плаща. – Южный вернулся, с родных степей вести несет. Устал, мой хороший, ну-ну, не спеши, наговоримся еще, побереги силы.
Она подставляла то одно ухо, то другое, будто он и правда говорил ей что.
…фьить-фьить…
– Ветра – посланники духа, они по всему миру вести разносят, каждый со своей земли. Вон, гляди, еле добрался, восточный брат подхватил, помог. Не бойся, дотронься, этот дружный.
Я раскинула руки, здороваясь с ветром. Секунда – и в еще прохладном весеннем воздухе будто кто-то теплый провел рукой по щеке.
– Нравишься ты ему, – засмеялась Ойнур. – С собой меня зовет, говорит, пора уже. Раз и ты тут, стало быть, и тебе в дорогу собираться с нами. Пойдешь?
Я не знала, что ответить. Скажи кому, что собралась куда-то за ветром, не поймут.
– В наших краях с ветрами всегда дружили. Но и лишнего им не позволяли. Они ведь тоже разные, как люди. Есть кто и сор в дом приносит. Кто баюкает в печали, резвится с тобой, а то и просто сидит в тишине, и кажется, что его и вовсе нет. Ну, соберешься, отправимся, как сирень зацветет, вместе с северным ветром. Нам с ним как раз по пути будет. Не переживай, кто с ветром дружен, тому весь мир домом будет.
…фьить-фьить…
Кажется, этот зов был уже внутри меня.
21. Про хранителя по имени Курай
а заднем дворе ее дома рос огромный дуб. Он был посажен задолго до того, как Ойнур вместе с мужем перебралась в эту деревню. Не нужно было считать
