Читаем без скачивания Крепкий орешек II. Шесть дней Кондора [сборник] - Джон Беркли

Пффффффф…. вырвалась очередная струя пара. Пфффф… второй горячий столб возник почти рядом, и Джон едва увернулся от обжигающего влажного воздуха.

В глубине зала, возле стойки с приборами, негромко переговариваясь, копошились две фигуры. «Хорошо, прекрасно…» — долетело оттуда, и Маклейн, зажав в одной руке «смит-вессон», а в другой полицейский значок, крикнул:

— Эй! Это закрытая зона! Что вы там делаете? Меня, что ли, ждете?

Они синхронно обернулись. Да, это был тот самый усатый парень, а рядом с ним негр, которого Джон видел в зале. Одинаковые куртки и одинаковая настороженность. Они пытались ее скрыть под беспечной приветливой улыбкой.

— Да мы здесь работаем! — крикнул усатый,

— Да что вы говорите! Это как раз и мое любимое занятие. — Джон помахал над головой полицейским значком.

— Веселый парень, — хмыкнул негр и отвернулся к стойке.

— Никаких проблем, — поддакнул усатый и тоже повернулся к полицейскому спиной.

У Джона была отличная реакция. Он успел отскочить за стойку.

Бгам… Бгам… Бгам… Одновременно разрядились три пистолета, и охота человека на человека началась.

Маклейн перелетел через транспортер и спрятался в глубине ниши. Те двое бросились за стойку.

Они застыли, притаились среди металла, живые существа из мяса, костей и крови. Такие крепкие и такие хрупкие. Готовые расстаться с жизнью, дарованной им, и взять чужую, не ими созданную.

За одиннадцать лет службы в полиции Джону приходилось многих убивать, и многие пытались убить его. Ни то, ни другое ему не нравилось. Вернее, он ненавидел всю эту бойню. Но таковы издержки профессии — чтобы защищать людей и себя, приходилось делать ЭТО.

Тому тоже не доставляло удовольствия убивать. Но это тоже была его работа. Либо ты, либо тебя.

А Нил… Нил просто не задумывался над такими мелочами. Дело есть дело.

Джон отпрыгнул за перекрытие и затаил дыхание, вслушиваясь в каждый шорок, напряженно вглядываясь в сумрак за стойками. Эти парни на его вопрос ответили пальбой. Интересно, что они уже успели натворить?

Ухватившись за перекладину, Маклейн подтянулся и осторожно взобрался на перекрытие, тянувшееся над транспортером. Ему казалось, что здесь он невидим. Под ним поехали чемоданы, сумки… Но как же тихо… Тишина обманчива… Он знал, что сейчас она взорвется грохотом пальбы.

Том и Нил прижались к стойкам в десяти шагах от места, где прятался этот проклятый коп. И какого черта он сюда сунулся? Ну что ж, сучий потрох, здесь ты и останешься.

Том молча сделал знак Нилу. Указательный палец левой руки трижды ткнулся вверх. Друг кивнул — понял — и, сунув пистолет в карман, чтобы легче было выхватить его в нужный момент, ловко, как обезьяна, стал взбираться по металлическому каркасу перекрытий. Он надеялся накрыть врага сверху.

Джон затаился. Он заметил силуэт* карабкающийся к верхним балконам. Бандит был осторожен, но и Маклейн не новичок.

Бгам, бгамбгамбгам… — негр выскочил из укрытия. Пули свистели рядом, отскакивали от металла, впивались в вещи, проезжавшие мимо и мешавшие целиться. Джон втянул голову в плечи и спрыгнул вниз. Он стрелял в скачущее черное чудовище, пытаясь поймать его на мушку. И в этот момент… Твою мать… Он даже застонал. Идиотская сумка, сброшенная вниз пулей негра, врезалась в руку…

— Господи… — выдохнул отчаянно Джон.

Его пистолет, его «смит-вессон» 45-го калибра, тихо поплыл вверх рядом с дурацким чемоданом, одинокий, потерянный хозяином.

Маклейн до крови закусил губу, лихорадочно соображая, что же ему теперь делать. Одному, безоружному, против двух вооруженных головорезов. А то, что они парни серьезные, в этом он не сомневался. Неужели конец?

Черная спортивная сумка с яркой белой надписью «Спорт», скалясь расстегнутой молнией, проплыла мимо. Правильно, осталось только в гольф играть — она была набита клюшками…

Том Байер не мог понять, почему этот тип перестал стрелять. Он где-то прячется. Затаился, гад! Ну ничего, мы тебя все равно сделаем.

Боком, держа «штар-даймлер» перед собой, он стал пробираться к месту, откуда только что раздавались выстрелы. Рука слегка подрагивала от напряжения, во рту чувствовался солоноватый привкус страха.

Том не был трусом, но не любил драться с невидимым противником. Он шел, оглядываясь по сторонам, вертясь всем корпусом.

Страшный удар чем-то тяжелым обрушился на его плечи и руки. Револьвер отлетел далеко в сторону, и пока

Байер успел повернуться, он потерял и радиотелефон, вылетевший из кармана…

…А почему бы и нет? — подумал Джон и выхватил одну клюшку. Когда из-за поворота появился кучерявый негр, он изо всех сил врезал ему своим новым оружием по плечу, стараясь выбить «кольт». — Ну? Кто скажет, что гольф — скучная игра? — Бандит взмахнул рукой и клюшка, прочертив в полумраке серебристую дугу, последовала за пистолетом и радиотелефоном.

Теперь они оба были безоружны.

Черные глаза с ненавистью впились в голубые. Рот Тома оскалился, и оттуда вырвалось грозное «Х-а-а!» Одновременно с этим рычанием взметнулась нога, и тяжелая «джамп-бутса» врезалась в грудь противника. Том был достойным учеником полковника Стюарта. И если бы Джон оказался чуть послабее, это «Ха-а-а!» вполне могло бы стать последним, что он услышал в жизни.

Маклейн отлетел к стойке, стукнувшись о нее спиной.

Хпрр — захрипел металл от сильного удара, когда в него врезался человек.

Джон, качаясь, поднялся, и, когда негр приблизился, правым крюком отбросил его голову, чуть не оторвав ее от шеи. Тот замотал башкой и, придя в чувства, снова нанес сокрушительный удар ногой в плечо противника.

«О, господи! Где он научился так махаться?» — мелькнуло в помутневшем сознании полицейского. Ноги подкосились, и он тихо осел на корточки.

И человек бросился на человека, чтобы добить его, разорвать.

Джон из последних сил вцепился в распахнутые отвороты куртки и рванул негра на себя. Хрясьсьсь — лицо Тома встретилось со сталью стойки. Не отпуская противника, полицейский поднялся на ноги и дважды головой ударил в черную физиономию, с уже слегка окосевшими глазами.

Они дрались, как звери. Нет, хуже зверей. Звери никогда не дерутся до смерти. Но там ставка — самка или территория. Здесь — жизнь.

Маклейн понимал, что если он не уложит этого парня сейчас, потом будет поздно. Вмешается другой, а с пулей сами понимаете, особенно не поспоришь. Он вложил всю силу в последний удар. В прямой правый, неотразимый, как называли его в полицейской академии.

Это было что-то страшное. Том почувствовал, что голова его наполняется чем-то тяжелым и гулким. Она рванулась назад, унося за собой тело, которое перелетело через транспортер, увлекая за собой поклажу пассажиров.

Теперь он был в нокдауне! Перед глазами прыгали белые искорки, собираясь в замысловатые пятна и снова разбегаясь отдельными точками. Где же этот засранец Нил? Почему он не стреляет? Том, шатаясь, поднялся на ноги и увидел плывущий мимо огромный чемодан. Собрав все силы, он рванул его с транспортера, неимоверным усилием воли оторвал от ленты и бросил в ненавистную харю.

Вот это он сделал зря. Пасть чемодана распахнулась, из него полетели дамские платья, юбки, кофточки, блузки, сорочки, трусики, бюстгальтеры, баночки и флакончики.

И вдруг тугая едкая струя ударила Тому в лицо. Он закричал и зажмурил глаза, вытирая руками дезодорант, розовый от крови, сочащейся из разбитого лица.

Джон успел пригнуться, увидев летящий в него красный ящик. Тысячи бесполезных женских штучек посыпались на бетонный пол. И тут прямо к самым ногам подкатился пестрый флакон дезодоранта. Он подхватил его и ткнул прямо в окровавленную рожу этого ублюдка. Негр замахал руками, стараясь защититься от жгучих, выедающих глаза брызг, а Джон все жал и жал на пластмассовый колпачок.

Дзинь! — флакон вылетел у него из рук, разорвавшись в воздухе.

Усатый, появившийся на верхней площадке, вступил в схватку.

Будь ты проклят! Джон метнулся в сторону, перепрыгивая через балки и транспортеры. Он вскочил на один из них и, проехав несколько метров, перепрыгнул на мостик.

Дзинь! — вдребезги раскололся фонарь, и стекла брызнули ему на голову и руки.

О-о-о, мать твою! Маклейн выругался, как плюнул, и скрылся за лестницей.

Нил Кокренс не мог вмешаться раньше. Когда шла перестрелка, он как раз взбирался на очередное перекрытие. А после Том и коп сплелись в один прыгающий клубок, и стрелять в такой момент решился бы только полный идиот. Лишь после того, как они оказались на расстоянии полуярда друг от друга. Нил выпустил несколько пуль в этого гада. Заколдованный он, что ли? Флакон разорвался, фонарь раздолбался, а эта погань уже куда-то ускакала.