Читаем без скачивания Темпоград. Научно-фантастический роман - Георгий Гуревич

Но пока надо начинать с покорения Верха. Обстановка благоприятная: владыка Верха стар и немощен, сыновья его смотрят косо друг на друга, знают, что победитель обезглавит всех братьев. Если младших поддержать против первенца — законного наследника, каждому обещать по уделу…

Время подходящее: колодцы полны после весенних ливней. Но на небе кровавая звезда. Что означает это знамение?

Кто обольется кровью — Верх или Низ? Старший жрец — Уста богов — говорит, что надо обождать. Сколько ждать? Надоело ждать! Надо еще раз спросить, пусть скажет точно!

— Эй, слуги, есть тут кто-нибудь? Великого Толкователя ко мне!

Устами богов называли верховного жреца, Толкователя знамений.

Он и сам верил, что боги через него выражают свою волю, подсказывая слова и мысли. Ему было легко жить: всякая мысль от богов. И трудно жить: ошибся, значит, не понял богов, значит, боги им недовольны, выберут другие уста.

Боги представлялись ему подобием земных владык, только мощнее, но такими же жадными, самолюбивыми, самодовольными и капризными.

Жадность их насыщалась жертвами. И к счастью — без труда. Неосязаемые боги охотно питались дымом, не протестуя, чтобы мясо поедали жрецы; довольствовались не жертвами, а изображением жертв и соглашались, чтобы преподнесенные меха, золото и медь хранились в храмах.

Самодовольство богов удовлетворялось торжественными празднествами, обрядами, униженно льстивыми молитвами.

С капризами труднее всего было. Как известно, пути богов неисповедимы. О своих намерениях боги молчали, изредка отделывались невнятными знамениями, которые можно было толковать так и этак. Кровавая звезда распухла! Явное знамение. Кто-то обольется кровью, но кто?

Долгий опыт научил Толкователя рассуждать, угадывая будущее.

Ведь и капризный смертный владыка может задумать все, что угодно, но при всем своем великолепном могуществе он не всесилен. Приказ он может дать, может повелеть войску выступить в поход хоть сегодня. Но чтобы выполнить приказание, нужно время. Войско пойдет пешком от колодца к колодцу, двадцать дневных переходов от столицы Низа до столицы Верха. И уже дней через пять стражи колодцев предупредят вражеского властителя. У него будет пятнадцать дней, чтобы приготовиться к отпору. Силы примерно равны, но нападающие устанут в походе. Можно предсказать исход битвы?

Приказы мгновенны, на походы потребно время на Реке и на небе.

Боги могут занести карающий меч, послать кровавую звезду куда угодно. Звезда послушно поскачет по небесным степям, будет скакать и скакать из созвездия в созвездие. Глядя на небо еженощно, можно подсчитать, когда и куда придет небесный огонь. Вот ныне Красный демон послал свой пылающий ковчег на государства Реки. Такое было, бывало шесть веков назад. Но обошлось. Ковчег пришел и прошел. Солнца разошлись, словно всадники на скаку, помахав саблями. Когда разойдутся на этот раз? Если скоро, колодцы не успеют пересохнуть от лишнего жара, можно выступать в поход. Если не скоро, воды не будет в колодцах; кто первый выступит, тот и останется без войска. Но огненному ковчегу нужно время. Сколько?

— Эй, кто там, призовите ко мне жреца Красного демона!

Любопытство было главной чертой Клактла.

С детских лет ему хотелось знать все: тайны суши и моря, тайны камня и дерева, тайны души и тела, жизни и смерти, тайны страны Реки и чужих, заморских.

Тайны были ведомы только жрецам.

Сам Клактл вышел из простого сословия — купеческого, но он упросил отца отдать его в обучение жрецам. Отец понес в храм дары, братья были довольны — и стал Клактл послушником, старательным, даже истовым: по ночам твердил священные тексты старинных книг, изнурял тело и закалял дух постами. Заслужил посвящение в первую степень, потом во вторую… Все равно главные тайны ему не открыли. Младшим жрецам приоткрывали только часть тайн: или тайны исцеления тела, или тайны Реки, или тайны стихий, или тайны светил, и то далеко не все. Например; «Планета Айтл, встречая Тектл в доме Ящера, порождает мошенников и воров».

Клактлу поручили следить за планетой Цхоктл — самым ярким из светил — красным Глазом Демона.

Клактл был прилежен, отмечал положение Глаза ежедневно, подметил, что Глаз перемещается все быстрее и становится ярче.

Сам Великий Толкователь — Уста богов — выслушал его со вниманием и похвалил усердие.

Мало того: приказал докладывать о Глазе регулярно.

Клактл не ведал, что жрец Уста богов знал о предыдущем сближении двух солнц шесть веков назад. Клактл был потрясен прозрением Толкователя.

А Глаз рос и рос, стал как уголек, как фонарь, как пламя костра. И уже на Глаз непохож, на звезду непохож, как бы второе солнце оказалось на небе, а ночь съежилась чуть ли не вполовину.

Вновь Великий Толкователь — Уста богов — призвал Клактла, сказал внушительно:

— Сын мой, трижды помолившись богу Техохтлу, проси, чтобы дал тебе разума для трудного дела. Закрой-лицо закопченной слюдой, чтобы дерзким взором не оскорбить Демона, не то поразит тебя слепотой. Вбей в грунт два столба, как наставляли тебя в годы послушничества и с молитвой измерь угол между тенями. Проси богов, чтобы не скрыли от тебя точного срока, когда сойдутся на небе Солнце и Демон и когда испуганный Демон решит удалиться в свою звездную нору.

Клактл униженно склонился, но в душе он ликовал. Понимал, что ему поручено важное дело… и, если расчеты сойдутся, ворота главных тайн будут открыты для него.

А Толкователь думал, стоит ли затевать поход на Верховья.

Все они — любознательный Клактл, Толкователь, Властелин Низа, Властелин Верха с многочисленными сыновьями, солдаты той и другой сторон, мастер, видящий скрытую красоту камня, влюбленная девушка, воинственный пастух и голодный охотник — все должны были испариться через два месяца — 18 июля по земному календарю.

3. ТЯЖКИЙ ТРУД БЕЗДЕЙСТВИЯ

Юстус оказался в томительной роли бездейственно ожидающего. Вынужден был сидеть перед экранами и взывать: «Свен, что ты предпринял? Свен, отодвинься, дай рассмотреть».

Впрочем, и спрашивать слишком часто не рекомендовалось. Свен действовал, ему некогда было комментировать каждый шаг.

Сразу же он сказал решительно:

— Извините, учитель, но вам придется остаться на вокзале. Ваше дело — астрономия, а контакты — мое.

Юстус пытался было слабо возражать, что Свен ничуть не опытнее, поскольку за всю историю человечество только трижды вступало в космические контакты.

— Меня специально готовили, — отрезал Свен. И добавил после паузы: — Грош цена мне будет, если я упущу такую возможность. Жалкий полководец, ни разу не нюхавший пороха.