- Вы… ничего… не можете без этих своих… Штук, - прерывисто выдохнула я и часто задышала. - Вы… сами по себе ни на что не способны. Я реагирую на вас, потому что вы вынуждаете меня. Силой своей мысли. Если бы не это… Если бы не это… а-а-ах…
Его ладони легли на мои колени, разводя их по сторонам ещё шире. Сам ша-эрец приподнялся, возвышаясь надо мной.
Было странно видеть контраст наших тел. Алебастрово-белое и иссиня-чёрное, как священный знак гармонии мужского и женского начал.
- Но разве ши не насылают иллюзии? - спросил он, вынуждая поднять взгляд на его бесстрастное лицо. Впрочем, чувствовалось, что мои слова его задели.
- У людей всегда есть выбор - принимать правила игры ши или нет, - выдохнула я. - Они отдаются нашим иллюзиям добровольно.
- Выбор, - задумчиво проговорил шэ-арец. - У женщины не может быть выбора. Право мужчины - предоставить ей возможность выполнить свой долг перед ним. Долг покорности. Долг любви. Восхищения. Что ж, если не хочешь мысленных приказов, попробуем по-другому. Ты сама увидишь, что это ничего не меняет.
Я не успела ничего ответить, а в следующий миг стало поздно.
Он накрыл властным горячим ртом самое сокровенное местечко на моём теле. Я забилась, затрепетала, но его руки на моих бёдрах держали крепко. Он принялся играть с чувствительным бугорком влажным, немного шершавым языком. Описывал им круговые движения, касался самым кончиком, а потом резко надавливал, нежил и посасывал, словно пил меня. Пил и не мог напиться.
Я извивалась на алых простынях, время от времени выгибаясь дугой и кусая губы в кровь, чтобы не кричать от острого, беспощадного наслаждения.
Я словно попала в водоворот сплошного желания, бесполезно было пытаться выплыть, чем больше я сопротивлялась, тем сильнее меня тянуло на дно…
Тогда я словно разжала пальцы и понеслась, полетела куда-то вниз.
Кажется, на какое-то время меня не стало, потому что следующее, что я услышала словно издалека мой собственный, полный безысходности и наслаждения крик.
Следующее, что я увидела - склонившееся надо мной лицо шэ-арца. Он вглядывался в мои глаза, скользил взглядом по губам с видом циничного, жестокого превосходства.
Я показал тебе твою слабость, ши, - говорил этот взгляд. - И это только начало…
Тогда я впервые осознала, что это не сон. Это явь. Я в доме шэ-арца. Захватчика. Полностью в его власти. Сломленная. Но не покорённая.
То, что он прекратил своё воздействие на меня, давало мне надежду. И, какую-никакую, а уверенность.
- Ты как, девочка? - спросил он, усмехаясь. - В наши планы не входит, чтобы ты отключилась на всю ночь, не так ли?
С трудом переведя дыхание, я проговорила, пристально глядя в его глаза:
- Бывало и получше.
И облизала губы.
В следующий миг его рука легла у основания моей шеи. Мягко, как лапа гигантского леопарда. Он не давил, не сжимал пальцы, но у меня отчего-то потемнело перед глазами.
- Никогда не ври мне, ши, - сказал шэ-арец и я поспешно закивала. Тьма отступила. - И обращайся ко мне господин. Привыкай.
Воспользовавшись тем, что он отнял руку, я попыталась отползти. Не вышло.
- Меня зовут Лилейн, - вырвалось у меня. Подумалось, как странно представляться после того, как он раздел меня и ласкал… там.
Шэ-арец посмотрел на меня с любопытством.
Его ладонь легла мне на грудь, ощутимо сжала, вторая скользнула между бёдер. По коже побежали предательские удары тока. Я едва в себя пришла от пережитого удовольствия, а тело, похоже, жаждало повторения…
- Лилейн, - он перекатил на языке моё имя, словно пробуя его на вкус. При этом его руки продолжали хозяйничать на моём теле, - это такой цветок. Красивое и подходит тебя. Но оно, как и твои глупые планы и надежды, девочка, осталось в прошлом. Я буду звать тебя Лила, что значит, игра богов.
- Мне нравится, - дерзко ответила я. По-крайней мере, хотелось верить, что дерзко… - Лилой называется озеро на вашем священном спутнике. Вы проходите в нём посвящение.
- Ты хорошо образована, - с этими словами шэ-арец ущипнул меня за сосок и я ойкнула. - Но сейчас ошиблась. Место нашей священной инициации называется Лилу.
Не успела я открыть рот, как на него легла горячая ладонь.
- Ты слишком разговорчива для невольницы, ши, - прошептал шэ-арец, и, склонившись к моему лицу, прикусил мочку уха. Затем поцелуи спустились на шею, наполняя нутро жарким трепетом.
Вторая рука шэ-арца продолжала хозяйничать на моём теле. Которое, как назло, отзывалось на умелые ласки самым бесстыжим способом.
Захватчик не солгал: он больше не воздействовал на меня ментально, но лучше бы не прекращал... Лучше бы я думала, что меня подчиняют нечестным способом, чем в такой момент находиться в этой ослепляющей ясности. Когда осознаёшь, что сама реагируешь на близость шэ-арца. И не просто реагируешь. Ждёшь чего-то большего. Жаждешь этого… Всем телом. Всем существом.
- Вот так, ши, - прошептал захватчик в то время, как его руки продолжили творить невообразимое с моим телом. - Так гораздо лучше.
- Меня зовут Лилейн, - простонала я сквозь зубы в тщетной попытке убрать его руки.
Я не успела понять, что произошло. Пришла в себя, тяжело дыша, уткнувшись лицом в простыни. Одной рукой шэ-арец придерживал меня за шею, как нашкодившего котёнка, второй оглаживал спину, ягодицы, бёдра.
- В любой другой раз я не стал бы говорить с тобой, ши. Ты заслужила наказание за длинный язык. Скоро ты убедишься, я умею наказывать… Но сегодня твой первый раз. От него многое зависит, не так ли, девочка? Он должен стать для тебя особенным.
С этими словами он прикусил моё плечо и я вскрикнула. Не от боли, от неожиданности.
Ведь это в крайней степени неожиданно, когда твоё тело превращается в сплошное желание. Хмельное, исступлённое. Неистовое.
Его пальцы скользнули между бёдер, поднялись вверх, раздвигая складочки и принялись настойчиво гладить бесстыже мокрое местечко, вынуждая меня жадно хватать ртом воздух.
Лучше бы он воздействовал на меня ментально!!
Лучше бы приказывал испытывать удовольствие, лучше бы ломал, подчинял своей воле!
Мелькнула мысль, что я больше не смогу смотреть в зеркало, видеть своё отражение… Смотреть на ту, что самым постыдным образом таяла в руках ненавистного захватчика…
- Горячая девочка, - прошептал на ухо шэ-арец. - Настоящая ши. Жадная до удовольствия сучка…
Я ахнула, пытаясь привстать, вырваться, но шэ-арец держал крепко. Впился грубым поцелуем в шею, будто заклеймить хотел, при этом между ног упёрлось что-то горячее и твёрдое, что-то пугающих размеров.
- Хочешь, чтобы тебя оттрахали сзади, девочка? - хрипло прошептал шэ-арец.
Я что-то промычала, надеясь, что это выглядит протестом. К своему стыду и позору это больше походило на призыв…
Меня грубо, рывком, развернули.
Горячий рот накрыл один сосок, пальцы второй руки принялись щипать за второй.
Он одновременно нежил меня языком, посасывал, прикусывал, перекатывал между губами и… щипал, оттягивал, дёргал… до боли. До сладкой ноющей боли между ног, до тумана, окутывающего сознание. До какого-то иступлённого, эйфорического желания.
- Запомни, девочка, - хрипло проговорил шэ-арец и я завозилась, застонала под ним, проклиная себя за эту слабость. Было мучительно больно оттого, что он прекратил… - Воины Шэ-Ара больше всего ценят покорность в своих женщинах. Будь покорна и благодарна - и тебе будет хорошо в моём доме. Будь истинной ши. Послушной шлюшкой.
Он ломал меня. Жёстко. Беспощадно. Низводил до места домашней зверушки, которая радуется хозяину. Которая горло перегрызёт за его ласку. Но в то же время что-то внутри оставалось незатронутым. Неприкосновенным. Ши верят, что чтобы ни происходило, душа останется незатронутой. А значит ему не сломить меня!
- Пожалуйста, перестаньте, - выдохнула я. - Прекратите мучить меня…
Захватчик пристально посмотрел мне в глаза. Я подумала, что ещё секунда - и я закричу. От этой бесстыжей безысходности. Порочной, развратной… Жаркой до боли.
