малины, росшие недалеко от пещеры. Тина порою останавливалась и прислушивалась. Сердце тревожно стучало и слегка замирало в звериной груди. Вот показалась поляна, а на ней среди мелких кустов стояла клетка. Осторожно ступая, тигрица вплотную подошла к металлической западне и замерла. Тело Дениса лежало посередине. Зверь ласково урчал и пробовал перегрызть прутья. Но это ей не удавалось. Попробовала рыть землю рядом с клеткой, а в это время с крайней ветки выстрел прозвучал. В спину тигрицы вонзилась «особенная» пуля и через десять минут, она крепко уснула. Вместе с пленником её доставили в лагерь и поместили в другую железную клетку. Первым проснулся Денис, а следом в себя пришла и тигрица. Мужчина понял, что произошло, но надежды не терял. В глубине души надеялся на девушку Жилан, которая уже однажды помогла ему. Помощь неожиданно пришла не только от неё, но и от другого существа.
Глава 7. Месть Ван Хенга.
– Понимаешь, я должен, должен строго наказать их всех, но особенно тигрицу, – произнёс китаец, обращаясь к дочери.
– Папа, твоя Джингуа, не меньше тигрицы заслуживает строгого наказания. Она так нагло опозорила тебя, что была бы моя воля, я бы убила её. Ты говорил, что твои люди проверили её прошлое. А почему только сейчас? Ведь столько времени она играла на твоих чувствах. Не зря, я с первых дней невзлюбила её, но ты не хотел меня слушать.
– Я очень её любил, и моя любовь была слепа. Но узнав, что Джингуа профессиональная проститутка и всё это время обманывала меня, притворяясь порядочной девой, я её сильно возненавидел.
– Так в чём дело? Отомсти ей.
– Я всё уже обдумал. Она своё получит. Завтра с раннего утра ей поставят на теле два позорных клейма. А на другой день полностью обнажённую, привяжут во дворе к позорному столбу.
И как только солнышко взошло над тайгой, месть Ван Хенга осуществилась. Рядом с клеткой Дениса и тигрицы установили третью и под конвоем вывели супругу Ван Хенга во двор. Она упиралась и жалобно во весь голос рыдала, прося прощения у супруга, но китаец был неумолим. Двое здоровых молодчиков держали её за руки, а третий, раскалённым железным прутом на бедре и левом плече женщины выжег большие орхидеи. От невыносимой боли Джингуа потеряла сознание, а когда пришла в себя, то лёжа пластом в клетке, сильно стонала. Денис, несмотря на то, что когда – то проститутка обидела его и сгубила его лучшего друга, всё – таки по – человечески жалел её. Тигрице предстояла ещё страшней участь. В планы китайца входило – в течение недели каждый день снимать со зверя шкуру. Её опять усыпили, надели намордник и крепко связали лапы. Когда она очнулась, то двое китайцев, орудуя острым ножом, от хвоста зверя стали вживую снимать с неё шкуру. Зверь огрызаясь, громко рычал, но сделать ничего не мог. Где – то на двадцать сантиметров в длину и десять в ширину, вдоль позвоночника, шкура была снята до мяса. Сочилась кровь, но зализывать рану намордник не позволял. Денис, видевший эту картину, до боли в сердце переживал за Тину. Его же самого тоже наказали. На ноги обули чугунные башмаки и цепью приковали к щиколотке. Каждый был весом три килограмма и с трудом позволял переставлять ноги. Пленника выпустили и, усмехаясь, проговорили, мол, на здоровье иди и ходи. Присев возле клетки Тины, Денис старался поддержать зверя. Слушая ласковый голос человека, тигрица немного успокоилась. На следующий день наказание продолжили. Здоровый охранник целых три часа гонял Дениса по двору. Не разрешал останавливаться и приседать. А если это происходило, то бил пленника тонким железным прутом по спине. Денис, стиснув зубы мужественно терпел. Но к концу дня, несмотря, что имел хорошую физическую форму, выдохся и упал на землю. Ударив пленника, ещё пять раз, по приказу хозяина охранник отошёл. Роба на теле от пота промокла, хоть выжимай. Ног не чувствовал, да и на спине кровавые полосы от прута болели. Охранники не стали затаскивать пленника обратно в клетку, решили, что в таком состоянии никуда не денется. Джингуа на ночь закрыли в подвале, где она совершила измену. Охрану не приставили к двери, но замок повесили. У тигрицы Тины сняли очередную часть шкуры, но уже с живота и до утра оставили в покое.
Глава 8. Побег из лагеря
Ночью было прохладно. Денис лежал на спине и смотрел на звёздное небо. Стояла звенящая тишина. По двору бесшумно по направлению к нему двигалась человеческая фигура. Опустившись рядом с пленником, она прошептала:
– Это я.
Денис сразу узнал Жилан и сильно обрадовался.
– Я знал, что ты рискнёшь и придёшь ко мне.
– Я принесла ключи от клеток, подвала и башмаков. Я выкрала их у отца. Спасайтесь все!
– Нет! Жилан, я не приму такую жертву. Они очень жестоки и накажут тебя.
– Не волнуйся, отец не кинется сразу, это запасные ключи. Возьми и спрячь в кармане робы, а лучше положи под клетку, но чтобы было удобно их достать. Завтра я напою охрану вином с порошком снотворного. Охранник Лея без памяти в меня влюблён и за ночь, проведённую со мною, готов помочь. Тем более повод к этому есть. Завтра годовщина смерти моей мамы. Отец велит всех угостить, а сам напьётся до «отключки».
– Жилан, я благодарен тебе за помощь, но такую жертву я не приму. Как можно отдаться не любимому мужчине? Тем более ты девушка ещё.
– Он получит моё тело, а душа моя принадлежит тебе. Ты же за это не разлюбишь меня? Я сильно полюбила и хочу спасти тебя. Меня ничего не остановит.
Денис хотел сказать девушке, что любит другую женщину – Дашу. Но не успел. Жилан перебила его:
–Всё, я убегаю! Завтра ночью приду.
А в это время, все эти дни медведь Миша ждал тигрицу. Но звериное чутьё волновало его. И не выдержав одиночества, однажды вышел из пещеры и направился на поиски вглубь тайги. Медведь, выросший среди людей, их не боялся и поэтому приблизился к лагерю. Но всё – таки осторожность не позволяла выдавать себя. Днём прятался в кустах и наблюдал. Охранники уже в пятый раз снимали куски шкуры со зверя. Неосторожное движение и нож глубже вошёл в тело. Тигрица громко зарычала, и этот звук услышал Миша. В голосе Тины слышалась злоба на врагов и в тоже время звериная боль. И в ответ медвежий рёв пронёсся над тайгой. Весь лагерь слышал, но
