По донесениям Гестапо и по решению самого Адольфа Гитлера, генерал Власов считался, однако, нежелательным лицом. В июне 1943 года Гитлер дал прямой приказ немецкой армии, запрещающий сотрудничать с генералом Власовым и его Освободительным движением. Поэтому Гиммлер старался вместо генерала Власова найти кого-либо другого среди русских. Сначала выбор остановился на Зыкове и Жиленкове, но Зыков,подозреваемый в еврейском происхождении, и марксизме, был устранен окончательно, а Жиленков никогда не стал так популярен, как генерал Власов.
Наконец, Гиммлер, подробно рассмотрев все доводы, приведенные д'Алькеном, а также под впечатлением начавшегося наступления КА, решился поддержать формирование Освободительного движения во главе с генералом Власовым, независимо от предшествующих директив Гитлера.
Первая встреча Гиммлера с Власовым должна была состояться 21-го июля, но за день до встречи, 20-го июля, было совершено неудачное покушение на Гитлера. Гиммлер сразу же занялся чисткой среди генеральского и офицерского высшего состава, и поэтому телеграммой сообщил генералу Власову, что свидание откладывается на неопределенное время.
Встреча состоялась лишь 16-го сентября. Гиммлер начал переговоры следующими словами: «…Должен честно признаться, я глубоко сожалею, что эта встреча произошла только теперь»..[6] Поражения на восточном фронте способствовали тому, что, наконец, они стояли друг перед другом: «Унтерменш» — бывший русский генерал, один из тех, кто разбил германскую армию под Москвой, и самый первый и ярый пропагандист теории о второстепенных народах, (который в то время, впрочем, уже начинал сомневаться в победе немцев). Главной темой разговора было обсуждение, каким путем в качестве равноценных партнеров достигнуть свержения сталинского строя.
С согласия Гитлера, выраженного весьма неохотно, А. А. Власов был назначен главнокомандующим Добровольческих частей в чине генерала. Ему были предоставлены полномочия по формированию двух дивизий, и дано обещание на создание дальнейших в будущем. Генерал Власов ожидал большего. Его интересы носили преимущественно политический характер, а его целью было создание независимой, свободной России. Он предложил Гиммлеру реорганизацию всей Восточной Европы, создание новых географических государственных единиц, из которых только некоторые стали бы составной частью Нового строя, как нацистская идеология называла новый политический порядок в Европе. Для этой цели наличие лишь двух дивизий было недостаточно. Но это было долгожданное начало. Генерал Власов надеялся на будущее осуществление военно-политической силы на Востоке, после победоносного завершения войны. В какой именно мере его представления о новом порядке в Европе были действительно связаны с Новым строем, остается под вопросом. При наличии потенциала, который был бы ему подчинен, он не должен был бы безоговорочно принимать приказания немцев. Согласно свидетельствам участников, именно так представляли себе дальнейшее развитие событий и некоторые немцы.
Затем последовало соглашение о создании политического центра, в действительности же, речь шла о правительстве с политической программой, которому подчинялась бы вновь организованная Освободительная армия. Генерал Власов к тому времени уже разработал программу и намеревался это временное правительство назвать Комитетом.
Тем временем Гиммлер стал командующим Резервных дивизий и его претензии росли соответственно тому, как Гитлер отдалялся от реального мира. Однако, претензии и проекты великодержавного характера всегда находятся в зависимости от возможностей, необходимых для их реализации. К концу 1944 года этих возможностей у Третьего Рейха было не так уж много. Командиры всех участков фронта требовали прислать новые дивизии, которых просто не было. Гиммлер ломал себе голову над созданием европейских частей СС и предложение генерала Власова о формировании новой армии приветствовалось, хоть и произошло это с двухлетним опозданием.
Гиммлер, впрочем, продолжал жить в сфере расовых иллюзий и поэтому, вместо армии, дал согласие на формирование лишь двух дивизий.
II
Комитет Освобождения Народов России — КОНР
Создание Комитета Освобождения Народов России — КОНР — и образование Русской Освободительной Армии — РОА — было провозглашено на конференции разных группировок из оккупированных территорий Советского Союза, 14-го ноября 1944 года, в Праге.[7] Подготовка этой конференции началась сразу же после встречи Власова с Гиммлером. Сначала велись обсуждения относительно выбора места. Первым был предложен город Дабендроф,[8] где тогда находился ограниченный штаб генерала Власова, затем город Потсдам, но немцы считали его неподходящим для переговоров с русскими. Подыскивалось место и на территории тогдашней оккупированной Польши и, в конце концов, выбор пал на Прагу, главным образом, из-за старинного славянского замка, — как пишет в своих воспоминаниях д-р Курц… (Генрих Курц Пропаганда-министериум, Абтейлунг Ост, II Политик), которому была поручена организация конференции. Власов также настаивал на том, чтобы конференция происходила на славянской земле и сам лично предложил Прагу. Германский государственный министр Карл Герман Франк протестовал против этого, т. к. опасался роста панславистского чувства среди чехов. Позднее, однако, он выразил желание помочь в меру своих полномочий и возможностей, несмотря на то, что ни к русским, ни к Освободительному Движению он никогда не питал полного доверия.
Подготовка конференции в самой Праге началась приблизительно за месяц до ее открытия и осуществлялась органами СС, которые составили протокол, выбрали делегатов и приняли меры по расквартированию, транспорту и обеспечению безопасности. Это была рутинная работа, но в военных условиях, конечно, не столь уж легкая. То обстоятельство, что органы СС принимали такое большое участие во всех подготовительных мероприятиях, может теперь показаться, что конференция, в сущности, не являлась делом Власова или, что его роль в этом деле была лишь второстепенной. Необходимо, однако, учесть, что в то время Власов и его движение не были официально признаны, а правомочность его де-юре вошла в силу лишь с момента опубликования Манифеста 14-го ноября. До этого времени у Власова не было даже административного аппарата, который мог бы осуществить организацию конференции. Далее, необходимо указать, что под выбором делегатов подразумевался выбор официальных немецких представителей правительства и гостей. Выбор же русских делегатов и участников конференции был результатом совещаний в штабе Власова в Дабендорфе. Органы СС в эти совещания не вмешивались и можно предполагать, что против избранных демократическим путем русских делегатов и делегатов других национальностей со стороны немецких органов не было возражений. Избранные участники конференции являлись представителями всех существующих тогда политических и социальных группировок, которые включились в Освободительное Движение Народов России.
Соглашение Власова с Гиммлером вызвало, однако, споры между старыми эмигрантскими группировками. Реакция была различная: начиная с полного принятия и кончая полным отрицанием. Причиной расхождения не было соглашательство с органами СС. Многие эмигрантские группировки уже давно сотрудничали с органами СС или же являлись их составной частью. Но Власов был русским человеком и националистом и, вследствие этого, по мнению некоторых представителей нерусских группировок он являлся более опасным врагом, чем сам Сталин. По подсчетам немецкого генерала Эрнста Кестринга,[9] на службе у немцев в то время находилось в военных и вспомогательных частях от 900.000 до 1.000.000 людей ненемецкого происхождения, из этого числа, в русских подразделениях находилось около 400.000. Гиммлер испугался, узнав о такой численности, и не хотел этому верить. По его мнению, такого количества было достаточно, чтобы составить две полные армейские группы. Он с ужасом сознавал, что на формирование Русской Освободительной Армии оп сам дал прямое согласие и, тем самым, способствовал созданию такого положения, когда на судьбу Третьего Рейха начал оказывать влияние кто-то, кому в немецкой идеологии не было места. Ввиду того, что его решение было самостоятельным, без приказа согласия со стороны Гитлера в тех масштабах, в каких Гиммлер их осуществлял, тогда как Верховное командование (ОКВ) стояло на стороне Гитлера, он фактически оказался в положении конспиратора!
К тому времени в Дабендорфе, из первоначального штаба генерала Власова образовался «Комитет Освобождения Народов России», который приступил к объединению различных национальных комитетов в единый Центральный комитет.
