– Ты не шаман.
– Нет, я не шаман, – раздраженно отозвался Кантор. – Ты не мог бы отвязаться от меня, а?
– Ты здесь случайно, – так же уверенно констатировал странный мальчик.
– И не по своей воле.
– В таком случае оставь старушку в покое и уходи отсюда. Я могу показать тебе дорогу, если сам не можешь найти.
– Да нет уж, спасибо! Чтобы она опять за меня взялась? Лучше уж я останусь. Тут мне по крайней мере никто иголки в голову совать не станет.
– Я вижу, у вас конфликт серьезный… – Мальчишка покачал головой и уселся прямо на песок, поджав ноги. – Но все равно, убийство – не лучший способ улаживать дела. Давай спокойно обсудим проблему и поищем более гуманное решение.
Кантор заколебался. С одной стороны, не хотелось рисковать и бросать недобитую волшебницу без присмотра, того гляди, очнется и сбежит. С другой стороны, было очень соблазнительно пообщаться с новым знакомым – таким же человеком Лабиринта. А с третьей, можно ли ему доверять, этому невесть откуда взявшемуся нахалу? Кантор остановился и задумался, между делом изучая пришельца. Вблизи «взрослый шаман» выглядел лет на четырнадцать, не более, а то и моложе. Невысок ростом, тонок в кости и гибок, как эльф. Длинные волосы уложены в странную прическу, причем посреди общей черной массы сияла ярко-рыжая прядь. Скуластое лицо с чуть раскосыми глазами свидетельствовало о наличии в роду выходцев из Хины, но где-то очень далеко, поскольку хинского в мальчишке было даже меньше, чем в господине Флавиусе. А одежда больше всего напоминала Ольгину – такие же джинсы, только не голубые, а черные, и обувь сильно смахивала на ее кроссовки, только без шнурков. И еще два тонких серебряных браслета на запястье. Колоритный шаман, ничего не скажешь.
А еще у Кантора возникло смутное чувство, что кого-то с рыжей прядью и такими же браслетами он уже видел.
– Что, если злодейка сбежит, пока мы будем с тобой говорить? – наконец сказал мистралиец.
– Мы никуда не уйдем, – заверил мальчишка. – Сядем прямо здесь, чтобы за ней присматривать. А почему тебе так важно, чтобы она не сбежала? Нет, впрочем, давай по порядку. Кто вы такие и что не поделили?
– Она пытается меня просканировать, – кратко пояснил Кантор.
– Как именно? – удивленно поднял бровь юный шаман.
– Магически, как же еще! – рассердился Кантор. – Тоже мне маг, не знаешь, как это делается?
– Постой, – уточнил собеседник, – а из какого ты мира вообще?
– То есть как – из какого?
– Вот так, из какого именно? А то тут шляется народ из пяти разных миров, сразу и не поймешь, с кем имеешь дело. Я почему-то решил, что ты шархи, как и я, но сейчас понимаю, что ты странные вещи говоришь. Так из какого ты мира?
– Откуда я знаю, как он называется в четырех других? – растерялся Кантор.
– Ну да, конечно… А сами вы, как и все, называете его просто землей… Ну давай тогда так: из какой ты страны?
– Из Мистралии.
– Вот теперь все понятно. Значит, ты из мира Дельта. Это чтоб ты знал, если кто спросит. Только что-то я не слышал, чтобы в вашем мире водились люди Лабиринта… Ах, извини, я отвлекся. Итак, эта невезучая бабулька – волшебница, и она пытается тебя просканировать? На предмет чего? Ты преступник?
– Это они преступники! – оскорбился Кантор. – Мало того что кинули нас, так еще и убить хотели! Ребята сбежали, а я попался. А теперь вот эта зараза пытается от меня узнать, где все остальные. Понимаешь, что будет, если она меня просканирует? Я столько знаю, что может пострадать куча народу. Если уж ты такой дремучий гуманист, прикинь с этой стороны. Что будет… гуманнее. Или ты, может, думаешь, что я вру?
– Нет, – серьезно ответил мальчишка, пристально его изучая, как это обычно делают видящие маги. – Врать ты мне не можешь. Здесь Лабиринт. Просто всякое утверждение субъективно и поддается толкованиям… А покажи-ка ты мне свое настоящее лицо, а то как-то даже неловко говорить о серьезных вещах с таким малышом…
Он резко вскинул руки, сложив их перед собой, а затем так же резко рванул в стороны, разрывая пространство, будто раздвигая занавески.
– Больно, засранец! – вскрикнул Кантор, поскольку ощущение было такое, будто он на миг вернулся в свое многострадальное тело. Зато теперь было уж предельно ясно, что перед ним действительно взрослый маг, знающий о Лабиринте несоизмеримо больше, чем он сам.
– Не ругайся, – виновато попросил маг, сочувственно всматриваясь. – Я не знал, что это будет для тебя так болезненно. Зато теперь прекрасно вижу причину твоей ненормальной агрессивности. Кто же это тебя так? Тоже она?
– Нет, это другой… специалист. По своей методике, чтоб ему… Слушай, парень, а ты мне покажешь свое настоящее лицо? А то ведь, по идее, мне следует обращаться к тебе «почтенный мэтр», но выглядишь ты так, что язык не поворачивается.
– Смотри, – пожал плечами мальчишка. – Мне это будет небольно, так что можешь открыть.
– А как?
– Не умеешь? Ну тогда извини. Чтобы ты мог увидеть меня, ты должен сам открыть. А чтоб не было так уж обидно, могу тебя утешить: это и есть мое настоящее лицо. Так я выглядел тридцать лет назад. Так что сделай поправку на возраст – и представь себе. Да, и этот рыжий вихор я, разумеется, больше не ношу, вышел из того возраста.
– А что он означает? – полюбопытствовал Кантор, так как, согласно мистралийским обычаям, всякая прическа что-то означала.
– Так было модно во времена моей юности, – засмеялся «почтенный мэтр». – Я был ярым поклонником Кангрема, а тот был рыжим, поэтому все фаны красили себе одну-две пряди в рыжий цвет. Краситься полностью считалось признаком непомерной гордыни. Да зачем они тебе, эти детские дела, давай лучше подумаем, что же с этой незадачливой старушкой делать, не убивать же ее, в самом деле…
– А почему ты ее называешь старушкой? – не удержался Кантор. – Ты ее так видишь?
– Да, именно так. Дамой весьма почтенного возраста. Представь, как вы жутко смотрелись – маленький ребенок, избивающий глубокую старушку… А знаешь что! Ты ее свяжи. Чем-нибудь из того, что на ней есть, тогда это будет для нее реально, и она будет сидеть тут, пока не освободится, на что у нее уйдет уйма времени. Да и выход из Лабиринта она будет искать долго и нудно. Только не думаю, что это тебе особо поможет в твоем положении. Либо тебя вернут к тому специалисту, который тебя так разукрасил, либо найдут другого мага.
Кантор вздохнул. Предположение было очень резонным.
– Ты хорошо ориентируешься в Лабиринте? – спросил он.
– Как у себя дома. А ты хотел куда-то попасть? Или сам не найдешь выход и тебя проводить?
– Зачем мне искать выход, сейчас на меня там выльют ведро воды – и вынесет как миленького. Ты мне покажи, где тоннель.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
