Читаем без скачивания Дивнариум - Кира Измайлова

Они проскакали по куче барахла и вновь нырнули в ежевичник.

Там орк заверещал вовсе уж дурным голосом, и я содрогнулся. Не хочу знать, что с ним там делают.

Я продолжал сортировать паучьи сокровища по принципу: это мне, мне, это снова мне, а это тебе… Арагог кушал, деликатно почавкивая. Сколько ж в него влезает! Я подумал, что человеком он мог, наверное, объесть всю деревню, так что в виде паука получалось как-то даже экономнее.

В ежевичнике трещало и вопило.

— Скоро ты там? — крикнул я подруге. Меня сильно нервировали крики.

— Так помоги! — ответила она, задыхаясь.

— Не-не, это твоя шкура! — тут же отказался я. Перепутает еще в пылу борьбы…

А мне моя была дорога. К тому же, она не знает про заклепки. А они вполне могли вылететь, если с меня примутся снимать скальп.

— Можа, мне пособить? — спросил Арагог, отвлекшись от очередного орка и аккуратно вытирая лапой хелицеры.

— Право, не стоит, — вздохнул я, услышав особенно протяжный вопль. Причем не понял, чей именно. — А то мало ли… Вы кушайте, кушайте..

— Эт верно, впрок надоть… а то никто тут не ходит, а с вас чего взять? Кожа да кости…

Я отсел подальше. Ну просто на всякий случай.

Тут вопли смолкли, а из кустов выбралась моя подруга, растрепанная, исцарапанная и почему-то в разорванной рубахе.

Я деликатно отвернулся.

— О, как кстати! — заметила она бронелифчик и тут же защелкала застежками.

— Ты его добила, я надеюсь? — спросил я.

— До победного конца! — гордо сказала она. — Гляди, как на меня делали!

Я искоса посмотрел на нее.

— Это тебе от меня, — сказал я искренне.

— От нас, — уточнил Арагог, а я поспешил согласиться.

И мы отправились домой, правда, так и не достроив дорогу, зато выяснив, что в окрестностях появились орки. Кстати, найденный в горе хлама клинок моей подруги явственно светился, а это кое-что да значило! А вот мои трофеи не светились. Только руны на них почему-то сделались багровыми. Красивый цвет, надо будет рубиновую заклепку в ухо поставить…

Явившись домой и доложив по всей форме королю нашему Трандуилу, мы выловили Леголаса и, озираясь, рассказали ему о том, кого встретили в Паучьем овраге. И как сильно он изменился за пару лет.

Принц явственно побелел, быстро схватил походный плащ и колчан с луком и был таков.

Пропал он на неделю. Мы бы заволновались, но было некогда: подруга начищала бронелифчик и думала, как лучше расположить жемчужины, а я прикидывал, как бы нам смыться к гномам и реализовать наилучшим образом сапфир. Неделя в этих раздумьях пролетела незаметно. И вот на седьмой день (когда я совсем уже решил, что сапфир может и полежать у меня дома, потом на рубин обменяю) я был разбужен радостным криком с улицы: "Леголас приехал!"

Леголас не просто приехал. Папа (в смысле, король наш Трандуил) привез его перекинутым через седло оленя, как харады, я слышал, возят похищенных невест. А я-то думал, куда олень запропал…

Впрочем, сопротивляться принц не мог — он был любовно обмотан паутиной. Я сразу узнал работу Арагога. Подруга тоже — она радостно взвизгнула и бросилась бережно разматывать драгоценную нить.

— Я ему… Арагорн… — бубнил Леголас сквозь паутину. — А он… неблагодарный…

Король посмотрел на нас и сурово сдвинул брови.

Я посочувствовал принцу. Впрочем, я предчувствовал, что сочувствовать придется мне, точнее, нам. И посочувствовал нам тоже.

Для короля я сделал невинно-вопрошающее лицо: за что, мол, караешь. Хотя карать он еще не начинал…

— Дорога где? — спросил он и сделал милое лицо.

— Дорога на месте! — отрапортовал я. — Согласно приложенному плану. Для запутывания вражеских агентов и диверсионных групп.

— Запутывается она отлично! — загремел Трандуил, шевеля бровями. Я представил, как из них вылупляются бабочки, и решил, что такой макияж королю пойдет. Надо подруге сказать, похихикаем. — Я еле оленя выпутал!

"Сам ты олень", — читалось во взгляде напарницы.

— А зачем вы с ним на дерево полезли? — ляпнул я.

— Для спасения своего единственного сына! — грозно сказал король. — Чем вы заманили его в это ужасное место?

Мы переглянулись.

— Так он сам побежал, — сказала напарница, — как только услышал про Арагога.

Пылающий взгляд короля обратился на принца.

— А кто сказал ему про этого… Арагога! — рявкнул он. — И зачем тебе понадобился этот старый хрыч Арагог?!

Леголас что-то промычал и посмотрел на папу умоляюще. Рот ему моя подруга предусмотрительно заткнула мотком паутины.

— Дружишь? — не поверил тот. — С этим старым… оркоедом?

— Может, он его с Арагорном спутал? — предположил кто-то.

— Точно, — добавил другой. — Он ведь так и сказал!

Леголас сделал брови домиком. Получилось не так выразительно, как у папы, но тому хватило. Он сверкнул глазами, взял недораспутанного сына подмышку и унес во дворец.

Олень остался. Мы тоже. Я поковырял землю носком сапога.

— Какой он все-таки сильный… — мечтательно сказала подруга, глядя вслед королю.

А меня больше интересовало, что связывает Трандуила с Арагогом…

05

Вниз по Андуину

Судя по всему, королю нашему Трандуилу мы надоели хуже торгующихся гномов, потому что именно нам с подругой выпала сомнительная честь отправиться в на берега Андуина с так называемой дипломатической миссией. Письмишко, в общем, передать. Запечатанное и прошнурованное, с сургучными печатями, как полагается. Весточку. Спасибо, не любовную записку. Хотя как знать, как знать…

В общем, король непререкаемым тоном произнес:

— Пойдут Хвандир и Афадель.

Кто-то выдохнул с облегчением, а кто-то застонал от ужаса. Но с королем спорить не принято…

С нами (а лучше вместо нас) рвался Леголас, но папа сказал ему "сидеть, к ноге!" Не такими словами, конечно, но смысл был именно этот.

Афадель поковыряла печать ногтем, присмотрелась к оттиску перстня короля нашего Трандуила и глубоко задумалась. Зная ее, я мог точно сказать, что на второй день путешествия мы уже ознакомимся с содержимым конверта.

Разумеется, пешком мы дошли бы до цели хорошо если к следующему году. Ну и год обратно пилить. Отличная дипломатическая почта! Оленя, однако, нам не доверили. Выдали ладью средней степени потрепанности и выпнули на среднее течение Андуина.

Плыть по великому Андуину — одно удовольствие! А грести — тут нужно другое довольствие. К счастью, нам грести практически не пришлось — течение несло нас куда нужно. Я старался отогнать от себя мысль о возвращении на веслах…

С другой стороны, всегда можно было сказать, что ладья села на мель и мы пробили дно или ее у нас украли, поэтому мы возвращаемся пешком. Я же сказал, видеть нас при дворе явно не желали.

Правда, собственно при дворе мы и не появлялись. В лесу нам было гораздо удобнее. Но тот факт, с какой готовностью нам поручили это важнейшее дело. наводил на размышления. Похоже, король наш Трандуил всерьез нам доверял…

Промелькнули золотые деревья Лориэна. Тут мы все-таки сели на весла и поставили парус, хотя идти пришлось галсами: встречаться с некоторыми нашими сородичами из этих мест откровенно не хотелось. Особенно после того, как Афадель, перебрав вина, перепутала Халдира с Румилом. Вернее, решила, что у нее двоится в глазах, и полезла целоваться с мэллорном. А это оказалась Владычица. Хорошо, не Владыка. Иначе мы бы так легко не отделались. От Владычицы. Потому что Владычица может и в глаз дать, в отличие от Владыки (чем я и воспользовался, к стыду своему)…

Так что мы отказались от мысли погостить у сородичей и постарались как можно быстрее покинуть Золотой лес. Напоследок из кустов вылетела приветственная стрела и впилась в борт нашей ладьи. Мы налегли на весла.

— Проскочили, — Афадель утерла пот со лба и осушила весла. — Повезло.

"А жаль", — явно прочитали мы друг у друга в глазах.

Мимо проносились берега, заросшие веселенькой зеленью. К счастью, места были малонаселенные, и если кто нас и заметил, тот не успел никуда стукнуть, как мы исчезали вдали вместе с секретным письмом.

— Вниз по Андуину… — мурлыкала Афадель, осторожно распарывая шнуровку на дипломатической весточке. — Вниз по Андуину…

— А дальше? — не выдержал я, сматывая особо прочную дипломатическую бечевку из паутинного шелка. Обратно-то мне зашивать, у Афадэли руки не оттуда растут, она только шарфики вязать умеет.

— А дальше я слова забыла. А ты?

— Я и не знал никогда. Слушай, может, не стоит этого делать?

Главным минусом нашего путешествия было то, что пункт назначения был обозначен как-то туманно. Но я надеялся решить эту проблему на месте.

— Поздно! — ответила Афадель. И действительно, было поздно. Смеркалось. Но не это послужило причиной того, что я не смог прочитать записку (надушенную какими-то духами). Причиной скорее было то, что надпись была сделана нолдорским письмом — так называемыми письменами Феанора. Я читать по-нолдорски не умею, Афадель, как выяснилось, тоже. Мы уныло посмотрели друг на друга.