- Мне повезло, что в начале 80-х годов я познакомился с Владом Макаровым ("Тектоника" писала о нем в своем четвергом выпуске в прошлом году - ред. ). Он и открыл мне глаза на мир музыки. Я считаю его своим учителем. Через него я познакомился в Риге с Николаем Судником - человеком, который занимается некоммерческой музыкой и который предложил мне участвовать в группе "Зга". В 1984 году мы записали наш первый альбом, который послали в Англию. Там им заинтересовался известный барабанщик и продюсер Крис Катлер. Ему музыка понравилась, но он предложил еще над ней поработать. Не прошло и 3-4 года (улыбается), как вышла, наконец, наша первая пластинка в Англии.
- А чем ты занимался до 1982 года?
- Я был простым студентом мединститута. Вуз я окончил в 1984 году, поэтому какое-то время совмещал учебу и музыку. Потом 7 лет отработал врачом...
- Вообще-то врач и музыка - явление довольно редкое...
- Почему? Скажем, Розенбаум - врач скорой помощи.
- Я имею в виду музыку современную, нетрадиционную. Выходит, ты свою реальную музыкальную деятельность начал не в Смоленске, а в Риге?
- Начал я в Смоленске с Владом, а в Риге просто значительно усилил. Со "Згой" я ездил на фестивали в Канаду, Америку, Европу. Мы были вторые после С. Курёхина российские участники на Всемирном фестивале авангардной музыки в Монреале. В том составе участвовал еще один смолянин - Вадим Петренко. Скоро должен быть издан еще один компакт-диск в Америке. По крайней мере, ведутся переговоры.
- А как складывались смоленские дела?
- В Смоленске мы создали несколько лет назад трио "Дисциплина": я, Петренко и Мосейкин. Мы выступили пару раз в Смоленске, затем в Риге. Были определенные планы, но какие-то жизненные проблемы не позволили сохранить группу. И сейчас я сотрудничаю с группой "Сабвей".
- Ты доволен?
- Я думаю, они сильно изменились с тех пор, как играли рок-н-ролл. Сейчас это другая музыка, и мне нравится. Музыканты очень хорошие и главное - могу работать сколько нужно.
- Как ты оцениваешь сегодняшнюю ситуацию с музыкой в городе?
- Меня радует, что жизнь очень оживилась. Проходят большие концерты, много приглашенных. Взять хотя бы Юру Мешковского... Это все очень здорово.
- А какая ситуация сейчас с аппаратурой, с базой. Цены-то ого-го... Не является ли это все тормозом?
- Конечно, раньше было проще. Например, был в Доме молодежи рок-клуб. Я считаю, это был очень хороший период к жизни смоленского рока. Если бы клуба не было, неизвестно, как вообще бы все сложилось. По крайней мере, наверное, не было бы таких составов, как "Дисциплина", "Магма", "Нянечка"... Это был сильный толчок в творчестве.
- А почему все-таки закрылся рок-клуб, как ты думаешь?
- Я думаю, что у музыкантов не было должной ответственности, не ценили то, что для них делалось. Как следствие, все развалилось. Очень жаль.
- Ты только что вернулся из Финляндии. Расскажи подробнее о вашем выступлении.
- Нас пригласил Сергей Курехии. Часть "Зги" - как часть оркестра Курёхина. Мы выступали в зале на 800 человек. Само представление Сергея длилось где-то часа два. Это было настоящее шоу с каскадерами, танцовщицами, балетом. Все выступление было построено на каких-то парадоксах. Например, Курёхин исполнил песню "Постой, паровоз, не стучите колеса" под аккомпанемент "Зги" (улыбается). Диск-жокеи делали всякие миксты между собой и вместе с Курёхиным. Какие-то старушки выходили, а под конец была даже специально спровоцированная драка. Все построено на абсурде, сарказме и иронии...
- Михаил, ну вот ты уже достиг определенных высот, а что можно пожелать начинающим?
- Главное - относиться к музыке серьезно. Если хочешь чего-то добиться. Заниматься и заниматься.
С. Горцев, ("Тектоника", №-18, октябрь 1995)
Михаил Юденич.
Что такое "22"
Есть в нашем городе ансамбль, не похожий ни на кого. Его не сопровождал ажиотаж, как, например, группу "ЭШ", он не имеет столь буйных поклонников, как "Экзорцист", он не заботится о своей известности, как заботится "Элегия"...
А между тем труппе "22" уже 10 лет, а ее лидеры Владимир Хаит и Александр Алимов в возрасте Христа (им по 33 года). Вот наша беседа с ними.
- Давайте начнем с истории группы "22". Как все началось, что означает ваше название?
В. X.: Познакомились мы давно, наверное, в 1981 году. Где-то дома играли акустические песни... Название ничего особенного не означает - просто нам показалось достаточно оригинальным.
- Лет десять назад вы работали на электроламповом заводе и музыка для вас была хобби...
А. А.: Раньше было больше возможностей заниматься творчеством. Сейчас просто не с кем. Те ребята, что с нами играли когда-то, теперь с нами не работают. В 1989 году мы окончательно связали свою судьбу с музыкой, и теперь она уже не хобби, а профессия. Играем сейчас на танцах в зале "Молодость" и иногда в ресторане.
- Вы уже много лег музицируете. А с чего все началось, что привлекло вас в музыке?
А. А.: Музыка привела нас к музыке. Началось все с прослушивания. Как и у всех тогда, это были "Битлз", "Пинк Флойд", "Дип пепл", Элтон Джон... Они и сейчас являются примером. Мы поклонники старых названий.
- За это время вы учились где-то?
A. А.: Специально музыкального образования у нас нет никакого. Я закончил наш энергоинститут, по специальности инженер-светотехник.
B. X.: Я учился в техникуме связи, потом в культпросветучилище, но так их и не закончил. Как-то не сложилось...
- Многие музыканты сейчас тепло вспоминают времена смоленского рок-клуба в Доме молодежи. Вы стояли у истоков клуба в 1988 году. И, помнится, были такой "белой вороной". Играли значительно более "легкую" музыку, чем остальные группы. И отношение к вам, помнится , было настороженное... Кое-кто утверждал, что это не рок-музыка. Как вы к этому относитесь?
А. А.: Мы относимся спокойно. Мы играем и играли, как могли, и то, что нам нравилось. Другое дело, что была другая мода. У нас был свой стиль, и это было, по-моему, хорошо. Ведь чем был и хорош рок-клуб - там нашли себе место музыканты самых разных вкусов и в общем уживались...
- Вы уже давно играете на танцах. Здесь есть своя специфика. В чем она?
A. А.: С одной стороны, мы свободны в выборе репертуара, а с другой стороны, есть определенные рамки с точки зрения танцевальности и популярности. По правде говоря, мы стараемся так составлять программу, чтобы самим было приятно. И еще очень важно, что мы играем "в живую", т. е. стараемся не использовать фонограмм. Кроме того, приходится часто обновлять репертуар, а потому часто репетировать.
- Кто из вас двоих больше влияет на формирование репертуара?
B. X.: У нас нет единоначалия. Обычно начинаем репетировать, когда песня нравится всем.
А. А.: Свои песни у нас нетанцевальные. Потом очень сильно влияет текучка в составе. Ведь свои вещи репетировать надо гораздо больше.
- Вы уже три года играете в танцзале "Молодость". Что-то изменилось за это время? Я слышал, руководство там другое?
A. А.: Изменения в руководстве нас не коснулись. Если сравнивать со старыми временами... Народу стало поменьше. . Причем не только на танцах, но и в ресторанах.
- Чем это можно объяснить?
B. X.: Конкуренция возросла. Если раньше кроме танцев и кино пойти было некуда, то сейчас количество мест для развлечений резко возросло. Одних ночных клубов уже несколько.
- Приносит ли работа на танцах какое-то удовлетворение?
В. X.: Если сравнивать с концертами, то удовлетворения, конечно, меньше. На концертах работать было гораздо интереснее. Ведь играли свои песни. Мы с удовольствием вспоминаем время, когда Дом молодежи организовывал для нас выездные концерты.
- Вы слушаете радио, смотрите телевизор? Какие программы предпочитаете?
В. X.: Нет, радио не слушаем. На телевидении нравятся "Кафе Обломов", "Программа А", "Меломания". Хорошо и оригинально сделаны.
- Кто нравится из современных музыкантов?
А. А.: "Дайр Стрейтс", Эрик Клаптон, "Пинк Флойд", из наших - "Квартал".
- А кто из смоленских музыкантов у вас вызывает, так скажем, уважение?
А. А.: Все вызывают уважение (улыбается). Но если уж выделить, то можно отметить Игоря Петрова, Яшу Йоффе, Андрея Комарова, Улитина... Двое последних играют сейчас в московском ансамбле "Аш-Бенд" и приезжали недавно в Смоленск. А также Петра Станкевича - одного из лучших клавишников города.
В. X.: Мы были на фестивале современной музыки в "Молодости" и, к сожалению, не увидели там каких-то ярких талантов. Общая беда - стремление кому-то подражать. Это было очень заметно.
