он за неделю, а ему с Марьяшей жить,
Царствовать над местным людом, государством управлять…
Худо, худо, очень худо географию не знать!
Закрутилось, завертелось все вокруг них как во сне,
Где-то солнце, где-то месяц, то ль в зиме ли, то ль в весне.
Глава 3
Вот Емеле очутился в Антарктиде! Боже Мой!!!
На какой-то белой льдине распластался наш герой…
А вокруг– то холодища! Уши сжались от ветров…
Ураган нещадный свищет!!! Не видать во мгле домов!
«Ничего себе учеба! Где ж тут разум выдают?
За неделю лишь хвороба сможет подцепиться тут!»
И пошел, склонясь от ветра, к белым скалам вдалеке
Силы тают, с каждым метром тяжелей ступать ноге.
Снег глубок, и холод страшен, лишь во мгле поземка вьется…
«Что ж, прости меня, Марьяша, видно, олух не вернется!»
Ну, а скалы так далеки, жжет лицо злой ураган…
Да трудны, порой, уроки, что дают за глупость нам.
Вот очнулся он в пещере, дева перед ним сидит,
Та, что щука в самом деле, и чего-то там твердит.
Под вуалью лицо скрыто, в том же платье белоснежном,
Словно в детстве позабытом его гладит нежно-нежно.
Он прислушался, стараясь, разобрать ее слова,
А она, его касаясь, говорит едва-едва:
«Вспомни сердце, как любило, ты ведь помнишь наизусть,
Как летело, ввысь парило, как охватывала грусть.
То знобило как в простуду, то болело ты от мук…
Вспомни, вспомни это чудо, что с небес явилось вдруг…
Тот щемящий пламень сердца, что светил тебе в пути,
Вспомни, дай себе согреться, пламень, сердце, возроди…»
Вспомнил тут наш царь Марьяшу, слезы тихо полились:
«Нет на свете ее краше!» И к нему вернулась жизнь!
Радостно вздохнула дева и сказала тихо: «Жив!…
Все ж любовь тебя согрела, ураган злой сокрушив…
Смерть ты одолел любовью, ею одолей и зло,
Лишь любовью, лишь с любовью можешь совершать добро!
Видно, ты дружок, родился под звездой в счастливый час,
Коль ожил и не сломился, жизнь вернулась в этот раз».
Тут Емеля приподнялся:
– Что же это за чертог? Как я вдруг тут оказался?
– Это Бог тебе помог!
Встав, пошла во глубь пещеры, и пропала там во тьме,
Царь глазам своим не верил: « Примерещилось все мне?
А пошла не обернулась, эх, и щука мне в пути!
Напоследок улыбнулась б, да куда ж теперь идти?
Он поднялся, и припомнил: «Антарктида…, где ж обед?»
Ощутив себя голодным, он пошел за щукой вслед.
Странно, но в пещере этой холод злой не донимал,
Было в ней довольно света, но откуда он слетал
Так Емеля и не понял, стены в росписях цветных
Блеск от них как от короны… «как таинственно у них!»
Что скрывает грот огромный, ему было неизвестно,
И, когда урчит живот, роспись мало интересна.
Вот идет он по пещере, чудно все и там и тут,
Видит, вроде бы, как стены, зеркалом пред ним встают.
Подошел поближе точно, посмотрелся, красный нос…,
Чуб торчит, да… вид порочный! В общем, клоун в злой мороз!
«Эй ты, ржавая картошка!»,– сам себе вдруг подмигнул,
Повздыхал еще немножко, руку к носу потянул,
Палец в зеркало вонзился и в него как в пар вошел,
Наш Емеля удивился: « Тут проход? Что ж, хорошо!
Вдруг поем там до отвала, и научат, наконец»
И пошел куда – незнамо наш Емеля– удалец.
Вышел он из зазеркалья: ба! зеленая трава!
Вдалеке виднелись скалы, а над ними синева,
Облака летят неспешно, тишина стоит вокруг,
Птаха лишь щебечет нежно, да у сердца слышен стук.
«Эх, какая красотища, там за стенкою мороз…
Ну, а здесь-то теплотища! хорошо, что не замерз!»
В небе облако скрутилось, превратилось во дворец,
И легонько опустилось пред Емелей, как ларец.
Дверь открыл он осторожно, а там света благодать!
Да, пером тут невозможно красоту всю передать…
Как из нежных нитей солнца соткан был чудесный храм,
Изумрудные оконца, розы в вазах тут и там.
Света радужные блики, и картины на стене,
Да, Емеля наш не видел красоты такой нигде.
Зал струится нежным светом, лестница наверх ведет,
Вдоль стены висят портреты, не спеша идет вперед.
Вот балкон, сидит там кто-то, наш Емеля чуть струхнул,
Что-то пишет, за работой, царь тихонечко прильнул
К стенке, чтоб уйти обратно.
– Что таишься, выходи!-
Слышит голос он приятный и насмешливый, уйти
Было поздно, он выходит, как нашкодивший юнец…
– Это ты, Емеля, бродишь? Нас нашел ты, наконец?!
Вижу, долго добирался, что ты хочешь здесь узнать?
– ..Долго я уже скитался… Как мне царством управлять?
Научите, как мне править, чтоб народ доволен был,
И чего уж там лукавить, чтобы он меня любил…
И Марьяша б полюбила, чтоб разумным стал скорей,
А то всем я опостылел, дайте мудрых мне идей…
От волненья заикался, но все честно говорил,
Великан к нему поднялся…, он таким прекрасным был…,
Волос русый, очень строен, из очей струится свет…
– Хорошо, но будь спокоен, дам тебе на все ответ…
Ты ведь думаешь, случайно ты на царствие попал,
Потому что изначально щуку в проруби поймал…
Только дело ведь не в щуке, так Совет Святой решил…
Знаем, был ты криворукий, пил, ленился и грешил…
Только в лидеры мы ставим тех, что заслужил народ.
Коль народ в спиртном угаре, то правитель тоже пьет.
Если деньги – главный идол, то правитель казнокрад,
Потому народный лидер – ты, и ты не виноват…
– Только жить и царством править я как раньше не могу,
Как все к лучшему исправить, чтоб позор не тлел в мозгу.
– Лишь когда идеи света, милосердия, любви,
Победят на всей планете и в умах, тогда не ты
Будешь править государством, Бог пошлет наверняка
К управлению над царством лучшего ученика.
Царь ссутулил свои плечи, неприятно, что уж там,
Слышать вот такие речи, что тебе не по зубам…
– Что же я совсем никчемный, нет мне светлого пути?
– Почему? Сеанс лечебный сам назначь себе, иди,
Возвышай свое сознанье, просвещение неси
В своем сердце, на признанье не надейся и не жди.
Помогай преодолеть всем тяжесть жизни, устремляй
Их к Божественности истин, да и сам их познавай.
Путь указан, он известен – поднимать духовность ввысь,
Каждому из вас и вместе, для того дана вам жизнь…
– Что за истины такие, помогите разобрать,
Чтоб стране моей, народу была Божья Благодать?
– Вы опутаны обманом, паутиной липкой лжи,
Льющейся со
