или успешно прошедшие установленные вступительные испытания по определённым предметам. Как и в других учебных заведениях Российской империи, обязательным при поступлении на курсы было предоставление справки с места жительства о благонадёжности.
Будущая революционерка легко получила документ о своей благонадёжности, поскольку в те годы ещё не определилась со своими политическими и партийными предпочтениями. Как позже указывалось в её автобиографии, Варвара «уже с первого курса начала втягиваться в общественную жизнь курсов, а также стала входить в различные кружки на курсах, занимавшиеся политическим самообразованием»[19].
С начала 1900‐х годов обучение на МВЖК проводилось на двух отделениях, ставших затем факультетами: физико-математическом и историко-филологическом. Позже был открыт ещё и медицинский факультет. Обучение осуществлялось в течение четырёх лет, причём на платной основе – 100 рублей в год. Сумма по тем временам немалая. Варвара Николаевна нигде не упоминала о том, кто оплачивал её обучение – родители или у неё были свои заработанные деньги, поскольку, по некоторым сведениям, она с 1901 по 1905 год давала частные уроки в Москве[20]. Получается, что одновременно с частной практикой она продолжала свою учёбу на курсах Герье.
Судя по всему, революционная активность помешала ей вовремя окончить МВЖК. Вместо четырёх лет она проучилась на курсах 6 лет. В именном комментарии к изданию «Архив ВЧК» приводятся сведения о том, что она окончила обучение на курсах в 1907 году, сдав необходимые выпускные испытания на математическом факультете[21]. Здесь, видимо, допущена неточность, поскольку факультет МВЖК назывался физико-математическим. В этом же комментарии приведены и другие сведения, вызывающие новые вопросы касательно учёбы В.Н. Яковлевой. Например, указано, что она «училась на естественном факультете Московских высших женских курсов, окончила 1,5 курса в 1910 г.»[22]. Получается, что после окончания обучения на физико-математическом факультете МВЖК в 1907 году она вновь поступила на некий «естественный факультет» тех же курсов. При этом не уточняется, идёт ли речь о получении Варварой Николаевной второго образования или это какая-то неточность в изложении её биографии? Могло ли такое быть на самом деле, учитывая её довольно частые аресты, сроки пребывания в тюрьмах и ссылках? Чисто теоретически, учитывая тот факт, что в период с января 1909 по апрель 1910 года Яковлева находилась в Москве, такое могло быть. Однако никаких документальных или просто подтверждающих фактов не приводится. Да и само существование на курсах в Москве некоего «естественного факультета» требует документального подтверждения либо опровержения. На данный момент, по сведениям из открытых источников, существование на МВЖК факультета с таким названием не подтверждается.
При этом необходимо учитывать и тот факт, что, как отмечается в её биографии, в это время она находилась в Москве на нелегальном положении. Очевидно, ежедневно открыто посещать учебные занятия было бы вовсе не безопасно, учитывая то, что после побега она была занесена в розыскные листы полиции на всей территории империи. Но про учебу на протяжении полутора курса на естественном факультете МВЖК тоже упоминается. Продолжить обучение Варвара не могла по объективным причинам. После ареста в 1906 году из-за участия в вооружённом восстании в Москве она была выслана в Тверь. Спустя время она бежала из ссылки в Москву, где перешла на нелегальное положение. Однако осенью 1910 года вновь была арестована и сослана в Сибирь. Вновь бежала с места ссылки в Нарыме. Затем почти два года проживала за границей, активно участвуя в жизни русской эмиграции. Вернувшись в Российскую империю, вновь оказалась под арестом с последовавшей ссылкой в Астраханскую губернию. После отбытия срока ссылки вновь отправилась в эмиграцию, где оставалась до лета 1916 года.
Скрывала подробности личной жизни
По каким-то причинам, о которых можно только догадываться, она долгие годы скрывала своё замужество и в арестных листах и протоколах допросов продолжала числиться девицей. При этом она фактически состояла в брачных отношениях с примкнувшим к революционерам учёным из Московского университета. Муж был почти на 20 лет старше Варвары, но в те времена это не вызывало каких-то морально-нравственных озабоченностей или пересудов в обществе.
Известный московский учёный-астроном Павел Карлович Штернберг был выходцем из орловских разночинцев, имевших германские корни. Способный юноша после окончания классической гимназии в Орле сразу же поступил на математическое отделение физмата Московского университета. В достаточно зрелом 40‐летнем возрасте астроном-исследователь примкнул в 1905 году к социал-демократическому подполью в Москве.
Он участвовал в подготовке Московского вооружённого восстания 1905 года, однако накануне был отправлен от Московского университета в заграничную командировку. Вернулся на родину лишь в начале 1906 года, когда вооружённое выступление пролетариата было подавлено. Когда и где он познакомился с Варварой Николаевной – неизвестно. Это могло произойти на курсах Герье, где она училась, а он преподавал. Такая встреча могла состояться на почве общих интересов к астрономии. Могли они близко познакомиться и на конспиративных встречах в московском революционном подполье, поскольку Варвара с 1904 года состояла в рядах социал-демократов, а Павел Карлович примкнул к большевикам в 1905 году.
Однако по какой-то причине при заполнении опросного листа по прибытии в томскую ссылку в 1911 году она назвалась девицей. Тем не менее у назвавшейся девицей Яковлевой родилась дочь Ирина, отцом которой был П.К. Штернберг. Так случилось, что девочка с грудного возраста была вовлечена в революционные события, поскольку вместе с матерью участвовала в побеге из ссылки за границу. После ареста матери Ирина Павловна была тоже арестована и осуждена как дочь «врага народа» на 5 лет заключения с последующим ограничением в правах. После освобождения некоторое время жила в Пензе.
Касательно брачных отношений Яковлевой и Штернберга неизвестно, когда и в каком месте они оформили свой брак и оформляли ли они его официально вообще. Ведь в Российской империи признавался законным только церковный брак, а социал-демократы и революционеры-марксисты были атеистами. А гражданские браки в империи не признавались и считались «богопротивными деяниями».
В её ранее упоминавшейся автобиографии указано, что из ссылки в Нарым она бежала дважды – в феврале 1912 года, а затем в декабре 1913 года[23]. По нашим подсчётам, дочь Ирина родилась в год начала Первой мировой войны. Варвара Николаевна в то время находилась в ссылке в Астраханской губернии. Место отбытия наказания в Нарыме было ей
