Сейчас для меня главным было сделать всё возможное, чтобы моя маленькая сестрёнка жила нормальной жизнью. Могла влюбляться, выходить замуж и не бояться, что её тайну узнают и назовут чудовищем. Чтобы на неё смотрели с любовью, а не с брезгливостью! Ради этого я терпела жадность отчима и его ежедневные стенания о тяжком бремени в образе старой девы, которая мешает ему блистать в обществе. То есть, меня.
Видимо, приняв моё молчание за согласие, граф скользнул ко мне с грацией хищника и, нависнув смертельно-опасной скалой, выдохнул в висок:
— Скажи имя заказчика, и получишь ещё одну.
Я судорожно вдохнула, чтобы ответить, и тут же пожалела. От мужчины одуряюще пахло свежескошенной травой и нагретым на солнце деревом… М-м-м-м! Мой любимый запах летнего леса! Я будто на миг перенеслась из заснеженного города на опушку, где вокруг ни души, лишь моя звериная суть и мир, полный свободы. Так нестерпимо захотелось оказаться там, что я невольно подалась вперёд и прижалась к графу.
Глава 6
Эйр
Когда она прильнула ко мне, саркастично хмыкнул:
— Не такая девушка? Что же вы тогда делаете?
— Э… — она подняла голову, глянула на меня с некоторой растерянностью и предположила: — Греюсь?
Казалось, что незнакомка сама от себя не ожидала подобного поведения. Да и я, честно признаться, был слегка озадачен. Вот если бы гостья попыталась воткнуть в меня нож или ударить смертельным артефактом, ничуть не удивился бы. К тому же, когда девушка крепко прижалась, не оставляя простора для фантазии, стало ясно, что никакого оружия при ней не было.
Зато имелись аппетитные округлости, а ещё от незнакомки так сладко пахло замороженными ягодами, что захотелось вкусить этого популярного зимнего блюда. Может, она им позавтракала и поэтому её губы такие алые, словно измазаны в красном соке? Ощущая растущий интерес своего тела, я сухо поинтересовался:
— И как? Вам уже теплее?
— Д-да, сп-пасибо, — слегка заикаясь, ответила девушка.
— Рад слышать, — ещё холоднее произнёс я. — А теперь сделайте шаг назад!
Она отпрянула, будто обожглась и сделала не один, а несколько шагов в сторону. При этом зарделась так, что покраснели даже кончики ушей, и пробурчала едва слышно:
— И не надо вести себя, как оскорблённая невинность! Сам только что деньги предлагал.
— За информацию, — я дал понять, что слух у меня очень тонкий. — А не за постельные услуги.
— Да как вы смеете так говорить о бл… — возмутилась незнакомка и вдруг прижала обе ладони ко рту и испуганно посмотрела на меня.
— О ком? — прищурившись, я скользнул к девушке, и они отступила ещё на несколько шагов, но упёрлась спиной в противоположную стену. Не давая гостье и шанса сбежать, я вкрадчиво уточнил: — Как я смею так говорить о «бл»? У меня есть две версии того, что едва не вырвалось у вас. Первая как раз легко берёт деньги и не говорит, что она не такая девушка. А вторая…
— Я не собираюсь играть в ваши игры! — вдруг громко перебила незнакомка и, сжав кулаки, выпрямила спину. Злость явно придала сил и смелости, поэтому гостья выпалила: — И не раскрою имя своего заказчика, но передам его слова. Вам советуют забыть о барышне Кустер и жениться на ком-то, кто больше подходит по статусу и положению в обществе. Надеюсь, вы поймёте довольно прозрачный намёк, ведь это для вашего же блага. Прощайте, Ваше Сиятельство!
И, отпихнув меня, кинулась к двери. Замерла у выхода и, обернувшись, полоснула меня таким взглядом, что ёкнуло в груди. С сожалением посмотрев на монету в своей руке, бросила мне в ноги и выскочила из комнаты, едва не сбив Сарчу. Слуга недоумённо проводил взглядом девицу и прикрыл за собой дверь.
— Что это с ней? — спросил, разглядывая мои босые ноги и сверкающую монетку на полу. — Лицо было такое, будто за ней дракон гнался!
— Снова нарываешься? — предупредил его взглядом.
— Шутка, — миролюбиво отозвался он. — Ясно, зачем девушка пробралась в спальню молодого привлекательного мужчины. И не секрет, почему сбежала, красная, как спелое яблочко. Только жалко бедняжку! Могли бы и приголубить красотку. Видно, что с такой внешностью мало ей внимания от мужиков достаётся.
— А что с её внешностью не так? — не понял я.
— Чернявая, — пожал слуга плечами. — И будто дикая какая-то. А ещё такая худая, будто голодом морили. На скамье и то полежать будет удобнее!
— А мне советовал приголубить, — хмыкнул я и наклонился, подхватывая монетку. Задумчиво покрутил в пальцах. — Может, я последовал бы твоему совету, но она не такая девушка.
— А какая? — жуя мой «завтрак», который принесла девушка, уточнил Сарча.
— Дикая, — с улыбкой ответил я. — Как ты верно подметил. Иначе и не скажешь. А теперь возьми деньги, купи для меня приличный костюм, зимний плащ, сапоги и найми карету. О себе не забудь, ты должен выглядеть, как приличный слуга столичного бездельника. Надеюсь, намёк ясен.
— Пустить пыль в глаза, — оскалился мой слуга, который выглядел рохлей, но был весьма смекалистым и проворным, когда требовалось.
— Верно, — кивнул я и подкинул монетку на ладони. — Пора нам наведаться к господину Кустеру. Мне до смерти интересно познакомиться с девушкой, от которой так отчаянно желает избавиться отчим и о которой распускают неприятные слухи, отпугивая претендентов на её руку... Но перед этим заглянем в местное отделение королевского ведомства, хочу засвидетельствовать своё почтение главе.
К вечеру, когда по негласным правилам провинции было вежливо посещать дома благородных господ с визитами, мы подкатили к скромному двухэтажному дому господина Кустера. На губах моих блуждала довольная улыбка, ведь визит вежливости, который до этого был нанесён главе ведомства города Леверетт, получился весьма познавательным. Господин Ризеган, невысокий лысоватый человек с бегающими глазками, постоянно кланялся и предлагал свой дом в качестве ночлега.
— Местная гостиница не соответствует уровню дракона Его Величества, — подобострастно проговорил он. — А вот мой дом весьма удобен и просторен. Не говоря о том, что обставлен с изысканным вкусом… Не побоюсь заявить, что это самый уютный дом в Леверетте!
Он гордо сверкнул глазами и прикрикнул на одного из служащих:
— Что стоишь столбом?! Неси Его Светлости подставку под ноги. А ты опусти свои бесстыжие глаза, — рыкнул на бледную испуганную девушку. — Вместо того, чтобы пялиться на Его Светлость, беги к мадам Ногли и принеси мой заказ!
Пинками выпроводив обоих из кабинета, он снова начал кланяться:
— Мадам печёт лучшие торты в Леверетте! Для начинки использует варенье, которым славится наш городок. Вы, наверное, слышали? Я накануне делал заказ, ведь на балу в честь Новогодья у моей дочери помолка с сыном губернатора…
Я демонстративно зевал, кивал невпопад и делал вид, что совершенно не слушаю собеседника. Показывал позой и выражением лица, что считаю этот визит обременительной и скучной данью уставу нашего ведомства, и мечтаю никогда больше не переступать порога провинциального отделения.
— Слышал, что вы приехали на смотрины, — продолжал лебезить глава местного ведомства. — Я был бы безмерно счастлив познакомиться с будущей госпожой Хартш! Всенепременно ожидаем вас и вашу невесту на новогоднем балу.
Было ясно, как день, что депеши не врали и у господина Ризегана рыльце в пушку. Мало того, что он подворовывает, так ещё и злоупотребляет своим положением, используя стражей порядка в качестве своих рабов.
Об этом я размышлял, поднимаясь по лестнице к парадной двери дома Кустера. Слуга постучал в дверь, и нам открыл хозяин. Пир виде меня он расплылся в улыбке:
— Как я рад видеть вас так скоро, Ваша Светлость! — И махнул девочке лет пяти: — Кнопочка, позови сестру! Пусть немедленно спускается! А вы проходите, располагайтесь в гостиной. Может, налить вам бренди?
Я с интересом окинул взглядом комнату, где старая потёртая мебель была по-домашнему уютно украшена накидками и подушками с узорами, вышитыми вручную. Обратил внимание и на еловые веточки, заботливо увитые яркими лентами, украшающими камин. Провёл кончиками пальцев по столешнице и не заметил нигде ни пылинки.
