Я не расстроился, потому что у меня были еще вопросы:
— А вообще, — покрутив рукой, и не зная, как сформулировать, я неуклюже закончил — Каждый человек может что-то такое делать?
— Ну что ты, сынок, — отец улыбнулся немного снисходительно. — Дар сам по себе есть у каждого, только далеко не у всех он просыпается. Мы с тобой — прямые потомки богов, аристократы. Считается, что божественные предки чуть пристальнее смотрят за дальней родней, чем за всеми остальными, поэтому и помогают пробудить манны намного чаще, чем простым людям. Среди потомков богов способность проявляется процентов у сорока. У простолюдинов — намного реже. Конечно, бывает, и обычному человеку удается пробудить дар, в этом нет ничего удивительного. Не только от крови это зависит. А вот отчего кроме нее? — отец задумчиво пожал плечами, — Никто не знает. Дар проявляется по-разному. Кто-то однажды просыпается со знанием, как делать что-то необычное. Как это было со мной, например. У кого-то это происходит в сложных ситуациях, из-за потрясений.
— А какие еще бывают способности? — я спросил то, что интересовало больше всего.
— В каждом роду они разные, сын. Есть манны, полезные в быту и в работе, как у меня. Есть очень сильные способности, как у Марии, — он кивнул на маму. — Сильные, но опасные, потому что очень легко можно навредить.
— Винсенте не совсем прав, — вмешалась мама. — На самом деле у меня дар так и не проснулся. Силы, о которых говорит папа, дает мне Геката, и применять их я могу по ее воле. В то время как манн — это то, что присуще каждому человеку от рождения. Он может спать, а может однажды проявиться. У меня, к сожалению, он так и не проснулся — в свое время я очень расстраивалась из-за этого. Однако все к лучшему.
— Да-да, — покивал отец, снова оторвавшись от трубки. — Все так и есть, просто обыватели обычно не видят разницы. — У дара бывает разная направленность. Некоторые рода славятся тем, что их члены могут повелевать огнем, или стальными лезвиями, появляющимися из воздуха. Чаще всего это те, кто уже многими поколениями служат в армии или даже претории. Есть семьи, у которых не слишком полезные способности — например, способность менять цвет своих глаз или волос. Впрочем, любой санн можно развить до такой степени, что она начнет приносить пользу, вот только часто игра не стоит свеч. Что-то касается изменения внешности — подобное всерьез обычно развивают женщины, наверное, из-за их извечного стремления совершенствовать свою внешность.
Естественно, я сразу же проникся желанием тоже заполучить манн. Однако, как выяснилось, определенного рецепта для того, чтобы пробудить дар не существует. С разными людьми это происходит по-разному, и ни древность рода, ни личные достижения, ни попытки умаслить богов не станут гарантией. Дар можно развивать самостоятельно, но получить его можно только по воле богов.
— Не думай об этом, милый, — сказала мне тогда мама. — Вулкан прикоснется к тебе тогда, когда будет нужнее всего. А если нет — значит, все, чего тебе нужно, ты сможешь добиться и без манн.
Честно говоря, я немного расстроился тогда. Мне было уже десять, и никаких способностей я в себе не ощущал, что выбивалось из общей статистики, ведь обычно у тех счастливчиков, у кого просыпались манны, это случалось в детстве. Я даже подумал, что меня, как чужака в этом теле, боги решили обойти своим вниманием. И с каждым годом все больше уверялся в этой мысли, тем более, особых склонностей к технике я, несмотря на старания, так и не проявил. А потом мне стало не до того. В мир явился чистый бог, и наше благополучие стало таять.
Сначала о последователях чистого бога говорить было неприлично. О них ходили какие-то невнятные слухи, которые ни один здравомыслящий человек всерьез не воспринимал. Маленькая, закрытая секта, члены которой фанатично утверждали: «Нет богов, кроме чистого бога, а все, которым поклоняются прочие — то и не боги вовсе, но грязные демоны, живущие во тьме и пожирающие силы своих последователей». Те, кто слышал эти проповеди, только смеялись, и на протяжении многих лет секта оставалась никому не интересной. Однако в последнее время она стала постепенно разрастаться, заманивая в свои ряды все больше щедрыми обещаниями. На них и велись в основном всевозможные маргиналы, люмпены и прочие отбросы общества, винящие в своих бедах и неудачах кого угодно, кроме себя. И в том числе богов — куда ж без этого. Говорили, что чистый бог и сам из таких — разве может скрывать свое имя тот, кому нечего стыдиться? Говорили так же, что особого счастья предавшие своих богов ради неизвестного чужака не добились, и что жизнь у них стала хуже, чем в тюрьме. Но все равно желающие находились. А потом, как-то незаметно, оказалось, что паствы у чистого бога становится все больше. На последователей чистого по-прежнему старались не обращать внимания, но теперь для этого приходилось прилагать определенные усилия. Очень уж яростно они проповедовали свою веру, и очень уж много было тех, кто вверил свою душу и тело всеочищающему свету.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Игнорировать последователей чистых стало невозможно после того, как у них появился флогистон[11]. Неизвестное ранее вещество, своими чудесными свойствами вызывало жгучий интерес у тех, кто с ним столкнулся. Сначала только среди ученых, что совсем не удивительно. «Чистая энергия, превращенная в жидкость» — так об этом писали газеты. «Для чего нужен уголь, которого нужно сжечь более шести длинных тонн[12] для перегона паровоза на две сотни миль, если всего сто грамм флогистона достаточно для того, чтобы в паровозном котле, поддерживалось необходимое давление без всяких иных видов топлива?» Вопрос для любого читателя звучал риторически. Жаль только, никто так и не смог выяснить, как производить или где добывать столь полезную жидкость. Ее можно было получить только у последователей чистого бога. И до поры они делились волшебным элементом щедро и безвозмездно, причем давали его в достаточных количествах почти любому желающему — конечно, если эти желающие могли применить его на благое дело.
«Истинный бог стремится к очищению. Остановите топки на заводах, прекратите коптить небо, выбрасывая в него облака дыма и гари. Пусть ваши паровые машины работают на чистой энергии. Уберите топки с паровозных котлов, и ваш паровоз будет тащить втрое больше вагонов, не отравляя вонючим дымом чистый воздух» — говорили иерархи секты, которая таковой уже не являлась. Они почти ничего не требовали взамен. Разве что просили передавать преступников, для работы на добыче флогистона, которого, постепенно, стало не хватать. Ничего удивительного. Столь эффективный и безопасный источник энергии быстро завоевал сердца фабрикантов и железнодорожников, прибыли выросли в разы, а затраты на производство упали соответственно. Недовольны остались только владельцы угольных шахт, да рабочие, которых раньше не хватало, а теперь стало даже слишком много. Но кому интересно их недовольство, когда наступает подлинный золотой век. Даже фермеры, традиционно относившиеся ко всему новому с опаской и недоверием, быстро сменили гнев на милость после того, как получили возможность покупать дешевые трактора и прочую сельскохозяйственную технику, которая раньше была доступна лишь крупным землевладельцам. «Флогистон уже стал причиной второй промышленной революции», — писали в газетах. — «Благодаря флогистону открываются новые заводы, строят новые, чистые паровые машины, с коэффициентом полезного действия приближающимся к девяноста процентам!»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Так что преступников чистые получали столько, сколько просили. Благо последних, в связи с «новой промышленной революцией» стало даже слишком много. Люди теряли рабочие места, там, где раньше работало сто человек, теперь было достаточно десяти. Многие оставались без средств к существованию, а потому быстро пополняли собой колонны каторжников, отправляющиеся в автономные области, переданные во владения чистым. Да и в других вопросах чистые не знали отказа. Конечно, секрет флогистона пытались выведать, но чистые свято хранили свои тайны. В секту пытались внедрить агентов — и правительство, и другие заинтересованные лица. Безуспешно. Агенты никуда не пропадали, однако пройдя обряд посвящения чистому богу, напрочь отказывались сотрудничать с прежними хозяевами, проникались истовой верой в нового покровителя.
