на воду“, не иначе как с краткою молитвою, оправдывающей вынужденный прием».
Подобное нередко случалось и на Днепре. Найденные на его просторах иконы каким-то образом обновлялись, приносили нашедшим людям счастье.
В первой половине XIX века киевский гражданский губернатор Иван Фундуклей писал: «Икона святителя Николая Мокрого — одна из древнейших икон, существующих в Киеве. Она находится на хорах на левой стороне верхних галерей, в придельной церкви сего святителя, и издревле славится чудесами. Первое чудо, происшедшее от нея, относят к временам княжения Всеволода 1-го.
Сказание о сем чуде состоит в следующем. Двое супругов из высшего сословия, с своим ребенком ехавшие на лодке по Днепру в Киев, были застигнуты бурею, во время которой, от колебания лодки, младенец был выброшен в реку и утонул; но потом он через несколько дней, у подножия сказанной иконы, найден был живой и невредимый. Один только оставался признак предшествовавшего потопления: младенец найден был мокрым, от чего и чудотворная икона получила название Николая Мокрого».
Людей, утонувших, а затем «чудесным образом возвращенных Днепром в прежнюю жизнь» здоровыми и невредимыми, киевляне особо почитали. В Средние и более поздние века предсказатели приглашали их на свои «речные» сеансы гадания. Присутствие «возвращенных Днепром» якобы помогало понять знаки будущего, подаваемые великой рекой.
На то он и вечный
В старину киевские предсказатели часто гадали по полету птиц над Днепром. Особое предпочтение они отдавали «вечному ворону». Жила вещая птица, согласно преданию, на огромном дубе. Одни считали, что это дерево росло на уступе Печерской горы, неподалеку от Аскольдовой могилы, другие полагали — на Замковой горе.
Вечный киевский ворон редко попадался на глаза людям. Но уж если ясновидцы замечали его летящим над Днепром, то возвещали о предстоящих грозных событиях и важных переменах в городе.
Покидала вещая птица свое убежище перед началом войны, мора и голода, крупномасштабных засух и наводнений. Якобы видели вечного ворона над Днепром и в декабре 1240 года, когда монголо-татарское войско разорило город, и в апреле 1986 года, когда произошла трагедия в Чернобыле.
Правда, и в древности, и в наше время предсказаниям о надвигающейся беде верили не многие. Конечно же, семь веков не живет ни одна птица. Но любители мистики считают, что это не относится к киевскому ворону-предсказателю. На то он и вечный.
«По отклику зозули»
«Редкая птица долетит до середины Днепра…» — писал Николай Васильевич Гоголь. Возможно, классик преувеличивал ширину великой реки и многие пернатые без труда преодолевают ее. Но вот для кукушки, привычной к коротким перелетам, Днепр действительно серьезная преграда. И если она все же решалась перелететь — это означало приближение лихой годины.
С языческих времен славяне приписывали этой птице мистические свойства. Ведь она не вьет гнездо, не высиживает птенцов и откликается на вопросы человека.
Примерно в XVIII столетии один киевский предсказатель даже написал своеобразное пособие — «Гадание по отклику зозули». О волшебных способностях кукушки (по-украински — зозуля) в старину немало было сложено песен, преданий, сказок.
Прилетела зозуленька — з темного лесочку;
Села, пала, закувала — в зеленом садочку.
Ой як вышла Марусенька — в ней запытати,
Скажи мене: чи довго ще — суженого ждати?
А зозуля куе, куе — коло ее двора,
Будешь, мила, ждати только — сей день до вечора!..
(Из украинской песни XVIII века)
Киевские ведьмы во время своих мистерий пили кровь кукушки. Это, как они полагали, позволяло им лучше видеть будущее и распознавать знаки грядущих перемен.
Иногда предсказательницы выходили на берег Днепра и пускали по воде перья кукушки. Затем гадали по тому, как они плыли. Если вода быстро прибивала перышко к берегу — значит, жить человеку, которому гадали, недолго. Если перо кружилось на воде, это означало предстоящие хлопоты и недобрые перемены в судьбе. А когда оно уносилось прямо по течению реки — человеку предстояла долгая жизнь.
«Девятисмерть, не коснись меня!»
В старину у киевлян сорокопуд тоже считался вещей птицей. Величиной он со скворца, имеет небольшие загнутые крылья и крючковатый клюв. В прошлые века украинцы называли его девятисмерть. Почему-то считалось, что сорокопуд восемь насекомых убивает и выбрасывает, а съедает лишь свою девятую жертву.
Эту птицу киевляне чаще всего встречали на берегах днепровских притоков. Там вплоть до середины XIX столетия совершались гадания, связанные с сорокопудом. В основном они проводились на речках Старик, Черторой, Почаина.
В 1847 году знаток истории Киева Николай Закревский писал: «От самой древности до наших времен Днепр протекает мимо Киева многими рукавами… между ним и Подолом протекала Почаина. <…> Другой рукав Днепра, теперь называемый Стариком, образующий в четырех верстах выше Подола довольно обширный остров длиною в шесть верст, а шириною в 2,5 версты, по самому названию своему показывает древнее течение Днепра. <…> Третий рукав есть быстротекущая и глубокая Черторыя, начинается близ устья Десны, протекает луговую сторону в двух с половиною верстах от Киева и соединяется с Днепром против Аскольдовой могилы. <…>
Черторыя и Днепр образуют остров под названием Труханов. На этом острове заметны следы древнего озера <…> По соседству Черторыи с Лысою горою, можно догадываться о происхождении ее названия».
Сорокопуды устраивали гнезда на деревьях по берегам малых речек. В апрельские дни XVIII–XIX столетий в Киеве часто слышались скрипучие песни самцов этих птиц. Ворожеи предсказывали судьбу, вслушиваясь в их голоса, и предостерегали: «Если встретишь девятисмерть, глядящего в речки Черторыя и Почаина, отступи назад, не оглядываясь, на семь шагов, а потом трижды повтори: минуй меня, девятисмерть, не коснись меня ни взором, ни когтями, ни клювом…»
«Дом „страшного деда“
Не только птицам, обитающим вблизи Днепра, приписывали в старину волшебные свойства.
О Трухановом острове, расположенном в пределах Киева, упоминается в летописи еще в X веке. В те времена здесь располагалось поселение Ольжищи, которое принадлежало великой княгине Ольге.
Примерно столетие спустя на острове была построена летняя резиденция жены киевского князя Святопол-ка Изяславича. В 1534 году этот живописный участок Киева стал владением Пустынно-Никольского монастыря. А в самом конце XVII века остров был возвращен городу.
В давние времена на Трухановом острове находилось озеро. По-разному называли киевляне этот водоем: „бездонной погибелью“, „проклятым оком“, „домом страшного деда“. Такие устрашающие названия появились якобы из-за огромного сома, обитающего в озере. Как водится, если в преданиях упоминалась эта рыба, то обязательно ей приписывались людоедские качества и прочие жуткие свойства.
Киевляне именовали сома с Труханова острова „страшным дедом“. Даже в XIX столетии, когда озеро
