что придает им беспорядочный вид «я только что встал с постели». У него прямой нос, а на его точеной, гладкой челюсти заметен тик. Он одет в темные джинсы, обтягивающие его бедра, черную футболку, демонстрирующую его широкие плечи и мускулистые руки, и тенниски. Раят Арчер стоит и выглядит таким же взбешенным, как и каждую секунду каждого дня.
— Извини, — бормочу, поправляя очки на носу. Этим утром я слишком опаздывала, чтобы тратить время на то, чтобы возиться со своими линзами. Ненавижу их.
Протягивая руку, я жду, когда он схватит ее и поможет мне подняться.
Парень разжимает руки и засовывает ладони в передние карманы джинсов, давая мне понять, что я сама по себе. Его взгляд опускается на мою грудь, и он наклоняет голову в сторону, глазами прослеживая путь по моему животу и голым ногам. Потом медленно переводит взгляд на мою футболку и джинсовые шорты. Мое дыхание учащается, и страх ползет по позвоночнику, как паук по коже. Парень смотрит на меня так, словно я проблема, с которой ему нужно разобраться. Что-то на его пути к завоеванию мира.
Волоски на моей шее встают дыбом, а соски твердеют, когда его взгляд останавливается на моих ногах. Все во мне кричит о том, чтобы бежать — любая другая девушка сбежала бы, но я остаюсь распростертой на полу, как идиотка. Воздух становится гуще, становится трудно дышать, что только заставляет мои сиськи подпрыгивать, когда мне удается сделать глубокий вдох.
Он делает шаг вперед, кончик его ботинка врезается в подошву моего.
— В этих залах бродят животные. Если ты не будешь осторожна, один из них поймает тебя, — этот угрожающий взгляд снова встречается с моим, и Раят улыбается мне. Улыбка ничуть не дружелюбнее, чем его взгляд. Вместо этого у меня возникает ощущение, что он хочет разорвать мне горло своими идеально белыми зубами — на ум приходит улыбка на миллион долларов.
Я нервно сглатываю, во рту внезапно пересохло.
— Я…
— Блейкли? Боже, Блейкли? — я слышу знакомый голос. — Почему ты на полу? — Мэтт подходит ко мне сзади. Наклонившись, он хватает меня за под мышки и поднимает на ноги.
— Что случилось?
Я не отвечаю. Мэтт собирает мои книги, сумку и расписание, а я просто стою здесь и смотрю на Раята, как олень, застывший в свете фар. Его глаза не отрываются от моих с тех пор, как он произнес угрозу. Я точно поняла это. Это то, чего вы ожидаете от любого, кто учится в Баррингтоне.
Жестокость.
Зло.
Комплекс Бога.
Вот что происходит, когда дети вырастают, получая все, что хотят. И я не говорю о плюшевом мишке из магазина. Нет, я говорю о единственной в своем роде машине за два миллиона долларов еще до того, как они получили права.
— Здесь все в порядке? — спрашивает Мэтт.
Я смотрю вниз и вижу, что он оставил мои книги стопкой на полу у наших ног. Перевожу взгляд на Мэтта, но все его внимание приковано к Раяту. Они не друзья. Во всяком случае, уже нет. Когда-то были, но что-то случилось в прошлом году, и, скажем так, теперь они ненавидят друг друга.
— Блейкли? — рявкает Мэтт, заставляя меня подпрыгнуть.
Вместо того, чтобы ответить ему, мой взгляд снова устремляется на Раята.
Раят выгибает на меня темную бровь, его зеленые глаза все еще сверлят меня. Теперь они не такие угрожающие, а более игривые. Для него это игра. Здесь все в порядке?
— Да, — отвечаю Мэтту.
Я не очень хорошо знаю Раята, но мне известна его репутация. Ты точно не захочешь оказаться в его дерьмовом списке.
Раят моргает, разрывая контакт, и смотрит на Мэтта. Стерев улыбку со своего лица, он делает шаг к бывшему другу. Я задерживаю дыхание, когда Мэтт трусит.
— Держи свою сучку на поводке, — затем смотрит на меня, его глаза снова быстро пробегают по моему телу, заставляя мое дыхание участиться. — Иначе можно подумать, что она бродяжка. — Он возвращает свое внимание к Мэтту. — И, скажем так, ты, как никто другой, должен знать, что кто-то может решить забрать ее у тебя.
С этими словами он протягивает руку вперед и толкает Мэтта в стену, а затем проходит мимо нас, чтобы продолжить свой день.
— Какого хрена? — шипит Мэтт, отталкиваясь от стены и наблюдая, как Раят уходит, не удосужившись даже взглянуть на нас. — Блейкли? — Он кладет руки мне на плечи. — Он толкнул тебя вниз? — Его руки поглаживают мои руки.
— Нет… не совсем, — я продолжаю наблюдать за Раятом. В коридоре немноголюдно, но даже если бы это было так, вы все равно смогли бы его заметить. В нем примерно шесть футов три дюйма роста и двести пятьдесят фунтов мускулов. Он идет с легкостью, как будто у него есть целый день, чтобы добраться туда, куда тот направляется.
— Он прикасался к тебе? — рычит Мэтт.
Раят достает из кармана мобильник и набирает сообщение, прежде чем свернуть направо в другой коридор, исчезая из виду.
— Блейкли?
— Что? — огрызаюсь, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Мэтта, когда Раят окончательно исчез.
— Что, блядь, случилось? — требует он. — Ты разговаривала с Раятом? — Мэтт, подозрительно прищурившись, смотрит на меня.
Конечно. Теперь Мэтт злится на меня. Другой человек угрожает его отношениям со мной, и это моя вина. Всегда я виновата.
— Ничего, — я отталкиваю его. — Что между вами произошло? — требую я, скрещивая руки на груди. Они живут в одном доме — Доме Лордов. Оба являются членами L.O.R.D. — Leader, Order, Ruler, and Deity[2] — тайного общества, созданного много веков назад мужчинами, чтобы подпитывать их женоненавистнические и эгоистические взгляды. Я знаю только то немногое, что Мэтт рассказал мне за последние три года, а это практически ничего. Их клятва не позволяет им говорить об этом.
— Откуда, черт возьми, мне знать? — он пожимает плечами.
