пояса Пятна, Максим. Очевидно же, что это животное — откуда-то поближе к центру. Им тут плохо, вне своего ареала они дохнут.
— Слушай, а кристаллы в местной живности тоже начали попадаться примерно тогда же, как говорил Стас?
— Дались тебе эти кристаллы, Макс. С них одни убытки, — видимо вспомнив что-то неприятное, поджимает губы девушка.
— Пока никто не знал, что эти кристаллы рассыпаются песком, мы в рейд за дичью ушли, — смеется Павел, Стас тоже сдержанно улыбается. — Как уходили — они стоили примерно по весу золотом. Как же, редкость неимоверная! А как вернулись, оказалось, что кристаллы эти начали рассыпаться у всех за пару недель. А мы шарились почти без еды и отдыха эту декаду, и ведь добыли целых четыре кристалла! Вернулись победителями, чтобы узнать, что эти кристаллы больше никому не нужны. И через пару дней понаблюдать как мечты на экипировку и полный алхимический сет на выход, рассыпаются почти белым очень мелким песком.
Внезапно все эти кристаллы перестали быть устойчивыми. Ну, а мы получили прекрасный урок.
— И что, никто не знал, что они рассыпаются? — удивляюсь. Так-то я понимаю, почему — кристаллы пси-активные, как только пси в них заканчивается, они становятся нестабильными. То есть можно их держать по чуть-чуть вливая пси, но местным откуда это знать?
— Так они и не рассыпались. Мы когда в Смоленск-2 приехали, про кристаллы никто ничего не слышал. — Разбирая остатки зубов рептилии вспоминает Паша. — Потом из рейда вернулся отряд. Потеряли двух человек, принесли радужный кристалл, очень красивый. Его фотография до сих пор в Доме висит. Его тогда купили за какие-то непредставимые деньги.
— Радужный, ты не ошибаешься? — удивляюсь. Радужный может быть только у маток. И они без охраны не ходят. Не могла малая группа охотников уничтожить такое.
— Да не, не ошибаюсь, — пожимает плечами Павел. — Это бывшие военные были. У них в отряде две стабильные звезды до выхода того злополучного было. Вернулось семь человек. Продали два темно синих кристалла, радужный, оставили описание боя, и расформировались, а ведь до пятого пояса доходили. Очень их подкосила смерть трех членов отряда. Они ж лет двадцать до того момента были вместе. Да и жили большой семьей, похоже. Может и сейчас где живут. В общем не наше дело, но уехали они сразу же, как деньги получили. А гильдейские, увидев успех, как с цепи сорвались. Месяца три, наверное, да, Стас? — парень кивает, не прекращая, впрочем, вырывать зубы из челюсти, и складывать их в отдельный мешочек.
Так, точно не ошиблись. Синие — это охрана. Только их три кристалла должно было быть. Но, может не нашли, или уничтожили. Но это конечно результат. Нужно получше узнать про этих ребят. То есть сейчас на два, получается, Гнезда меньше должно быть. То есть в самом худшем случае Гнезд сейчас — три. Или вообще два. Так.
— Ну вот, только таких же больше не попадалось. Все поменьше, да похуже. Но и их брали. Вот, а потом мы тоже решили поучаствовать. — Смеется Павел.
— Я решила. Не выгораживай. Вы против были. — Ольга чуть надувшись, но с почти появляющейся улыбкой добавляет. — И вот представь. После почти двухнедельного рейда, грязные, но счастливые, мы заваливаемся в Дом Охотника, сразу в бар. Там с порога, как принято после очень удачного рейда, проставляемся всем присутствующим. Ну мы же добыли четыре кристалла — это невероятная удача по тому времени была, что б ты понимал, Макс! Сравнимо с доходом за последний наш с тобой рейд, если что. И представь сначала тишину в баре, когда мы, перебивая друг друга, рассказываем как мы добыли кристаллы, потом лица охотников, которые уже успели за нас порадоваться и выпить кружку. Ну, а на закуску — наши, когда нам рассказали, что вот это вот теперь ничего не стоит. — Не выдерживает и хохочет девушка. — Неделю уже как. Не поверишь, но охотники нам собрали немного золотых тогда. И даже отпаивали в том же баре. Стыдно было ужасно. При этом, мы же определенно герои. Кристаллы это же точно опасные твари. Мы тоже в третий пояс зелеными, по сути новичками, за ними сунулись. И вот так это все обернулось.
— А еще кто в пятый пояс ходит сейчас? — спрашиваю немного не в тему. Если оба гнезда искать, то только там.
— Сейчас? Нет. Очень редко. Смысла нет. — говорит разгибаясь Стас. — Те охотники просто были военными, им рисковать не привыкать, особенно, если риск взвешенный. Да и деньги были нужны, думаю. А так? Думаю, туда если кто и пойдет, то не из-за денег. Это просто не бьется в соотношении риск-деньги.
— Не-не, Максим, — Ольга с беспокойством смотрит на меня. — Не надо тебе туда, ты что задумал?
— Нет, конечно же не пойду в ближайшее время. — соглашаюсь с девушкой. — Но прошу, если кто будет говорить про тварей оттуда, дайте мне знать пожалуйста.
— Хорошо. — меня отпускают тиски техники. — Все, Максим. Ближайшие полчаса резких движений постарайся не делать. И съешь паек — костям нужно то, из чего они восстанавливаться будут.
— Это хорошая идея, — кивает головой Кошкин. — Максим, давайте вы возьмете паек, и мы отойдем недалеко. Нам с вами нужно обсудить один немного не своевременный, но мне жгуче интересный вопрос.
Удивляюсь. Но именно эту последовательность действий и воплощаю в жизнь.
— Присаживайтесь, ученик. — Борис тоже присаживается за стол. Вокруг внезапно мутнеет сфера нескольких метров в диаметре. — Я поставил защиту от подслушивания, Максим. — Я внимательно смотрю на мага. Тот расслаблен, никаких агрессивных действий не предвидится. Ну хорошо. — Максим, — немного мнется Кошкин. — Будьте добры, расскажите мне, это в ваших интересах, я чуть позже объясню почему, каким образом, вы смогли воспользоваться родовой техникой Тобольских князей?
Глава 3
Удивленно смотрю на Кошкина.
— Вы про что, Борис Васильевич? — перебираю последний бой. Так-то из примененного, только у фазового сдвига аналогов я не знаю.
Кошкин чуть задумывается.
— Максим, ты отрезал чем-то лапы монстру. Чем-то, не являющимся магической техникой. Я делаю вывод, что это Память крови. Про кое-что похожее, мне рассказывал мой учитель. Работа с пространством — это известный аркан тобольских князей. Никто другой с ним не работает.
