чего мог добраться. И, конечно, пришлось в некоторых вопросах идти на свой страх и риск, однако, в данный момент я способен противостоять ядам, пусть и в небольших количествах.
Сейчас я хорошо стреляю (хоть и не назову себя великолепным стрелком), неплох в рукопашном бою и владею холодным оружием. И давайте не будем вспоминать, чего мне это стоило — синяки, царапины и травмы лечились хоть и быстрее, но вот я нисколько не люблю боль. До мастерства мне слишком далеко, поэтому приходилось мучить себя и изводить. За четыре года невозможно стать Мастером, если только ты не гений.
Но, к сожалению, в Раккун-сити не было никого, с кем можно было сходить на спарринг. Чувствовалось, что обычных тренировок и разминок, что я делаю каждое утро, мне перестало хватать.
Радовало, что у нас в участке есть тир, где можно было в свободное время пострелять. Даже лейтенант Брана частенько заходил сюда, чтобы отвести душу после общения с Айронсомом. Сам я практически каждый вечер оставлял лишний час в тире, как, например, сегодня, и чувствовал себя очень хорошо. Если хотел потренироваться стрельбе из винтовки или ружья, то отправлялся за город.
Выйдя из тира, я бросил взгляд на часы и жалобно выдохнул. Сегодня, к сожалению, самая ужасная ночь, во время службы почти любого полицейского. Ночное дежурство. Для каждого офицера ночное дежурство сродни аду. Даже здесь, но по другой причине.
На фоне других городов, Раккун-сити город достаточно спокойный. Ночью, в основном — алкаши за рулём, или в парке, достающие людей своими криками и песнями. Те, кто уже некоторое время работает в полиции, на дежурство попадали раз в три дня, но бывали случаи, когда поступали новенькие, или кто-то косячил на работе. Например, я хоть и сержант, но тут был новеньким, поэтому сразу же загремел в ночь. Но, всё-таки, на фоне офицеров, мне было легче. Хотя бы потому, что я был выше по званию, а значит, у меня больше свободы, особенно, когда лейтенанта нет.
Офицеры, попавшие на ночное дежурство, как я говорил ранее, делятся по большей части на две категории: новички и косячники, и в ночь их десять человек. Делятся примерно по половине — шестеро на трёх машинах отправляются на патрулирование, остальные четверо остаются в участке, занимаясь бумажной работой. Также, на смене находится два сержанта, которые следят за обстановкой, реагируют первыми, если что-то произошло, ну и проверяют, чтобы никто не спал. Сегодня из сержантов были я и Фред Дэвидсон. Который сейчас точно уснёт, сидя на стуле, а нам дежурить до шести утра. Хм.
— Ай! Что з… Кас! Ты что творишь?!
— Муху сбил, — спокойным голосом отвечаю, держа в руке свёрнутую газету, которой и огрел напарника по голове. — Ты так слился с местностью, что они приняли тебя за часть интерьера.
— Очень смешно, — недовольно проговорил Фред. — Сам знаешь, что ночное дежурство это ад. Заняться нечем. Даже бумажная работа была выполнена полностью!
— Ага, я уже видел. Ну, можешь пойти сыграть с остальными в карты, только не на деньги, как в тот раз. Я сделаю вид, что ничего не видел.
— Нет, спасибо. Когда я в последний раз брал их в руки, то лишился почти трети своей зарплаты. И причём, часть из этих денег я проиграл тебе!
— Ну, я же купил тебе потом пива. И, между прочим, ты сам виноват, раз не послушался моих предупреждений.
Фред в ответ лишь фыркнул, снова развалившись на стуле. Скука была смертная. Дать что ли офицерам задание — разобраться в архиве? Хотя нет, думаю, этим займутся другие, есть у меня на примете парочка особо умных новичков, у которых помимо ума ещё и дури много. Вот и будут всю ночь заниматься архивом.
И, кстати, нет ничего такого в том, что я могу отдавать приказы и ставить задачи. Система рангов — сержант имеет в подчинении несколько офицеров и детективов (что, в сущности, одна и та же должность, различие лишь в чуть большей зарплате). А у лейтенанта уже в управлении несколько сержантов, которые помогают ему. Я планировал получить эту должность, и даже начал заочное обучение на получение высшего образования.
Но, к сожалению — уже не успею стать лейтенантом, если бы только у меня была пара лет в запасе. Я и так должность сержанта получил, пройдя по нижней границе. Обычно, для звания нужно отслужить от трёх до пяти лет, иметь хорошую репутацию и рекомендации. И у меня всё это было, даже отслужил минимальные три года. Эх, не повезло.
Тем временем, стрелки на часах продолжали идти со скоростью усталой черепахи. Фред уже второй час, как спал, откинувшись на спинку стула, а я… Скажем так, как мне сказал мой тренер, обучавший бою на ножах — чем бы боец не занимался, главное, чтобы он задолбался. Так что скучать офицерам не придётся. Да и небольшая перестановка в кабинетах не помешает.
Осторожно, чтобы не разбудить Фреда, я подошёл к нему поближе, и громко гаркнул:
— Доброе утро, лейтенант!
Сержант, едва не навернувшись со стула, резко встал и выпрямился, имея растрёпанный, сонный вид, и секунд тридцать смотрел в стену, пока не пришёл в себя и не огляделся.
— Блядь, Мэтисон!
— Хватит спать. Я уже два часа слушаю твой храп, лучше иди, обрадуй наших работой, — с гаденькой ухмылкой произношу, передавая напарнику блокнот с записанным. Тот минуту гипнотизировал листы, пока не осознал, что я тут написал.
— Не боишься, что тебя потом всем отделом будут ненавидеть? Впервые на моей памяти в ночную смену хотят устроить перестановку.
— Уж лучше так, чем, если сейчас что случится, а все наши будут спать. Так что иди, неси благую весь начальства.
— А ты?
— А я ненадолго отлучусь. Вернусь через полчаса.
Недалеко от полицейского участка находилась небольшая кафешка, что работала круглосуточно, и где можно было перекусить или взять еду на вынос. И по ночам чаще всего посетителями были именно что полицейские. Поэтому туда я и направился, чтобы накормить всю нашу небольшую бригаду, пусть и всего лишь сэндвичами. Зато вкусными.
За полчаса я всё же управился. Взгляды новичков и правда не слишком пылали любовью ко мне, но зато мгновенно наполнились благодарностью, когда каждый получил поздний перекус. За напитками каждый шёл уже сам, так как автоматы с баночными напитками были неподалёку.
Я же пошёл в главный зал, где стоял мой любимый автомат. Любимый, потому что он готовил очень вкусное зерновое кофе с молоком. Не знаю, спасибо за
