Читаем без скачивания Новогодний Экспресс. Постарайся простить - Кария Гросс

прямо в столовой. Я испугалась так, как не боялась никогда. Я помню, как над ним стояли доктора, а я с замиранием сердца ждала вердикт. Казалось, в воздухе разливается запах нюхательных солей и напряжение.

– Мадам, – негромко произнес доктор, выводя меня под руку из комнаты.

Я помню, как мы стояли возле дверей, а я все порывалась зайти.

– Ситуация безнадежная, – произнес доктор, тут же придержав меня. – Ваш супруг… Он…

– Что это? – спросила я шепотом.

– Это болезнь магического характера, – заметил доктор. – Она не заразна. Простолюдины лишены магии. Так что это – болезнь аристократов, которые обладают магическим потенциалом. Где-то он превысил свои магические возможности. И теперь магия покинула его. Его тело теперь ему не подчиняется…

– Погодите, – прошептала я. – Он парализован?

– Да, полностью… – заметил доктор.

Звон в ушах, внутренний крик, боль, которая хотела вырваться слезами из моей груди, – все это смешалось в дикую фантасмагорию перед глазами. Я уже не видела ни роскошных стен, ни обоев, ни золотых подсвечников. Я не видела перед собой ничего.

– Соли! Нюхательные соли! – слышала я далекий голос, а мне под нос ткнули ароматную магию.

– Так что крепитесь, мадам, – произнес доктор, глядя на меня по отчески и сочувственно. – Вы еще так молода…

– Он не умрет? – спросила я, опомнившись. Доктор, который уже шел по коридору, повернулся и вздохнул.

– Даю год – полтора, – произнес он. – Некоторые доживают до двух… Могу посоветовать хорошую сиделку. Она недавно освободилась. Она ухаживала за графом Ковентсбри, который умер месяц назад от того же…

Я помню свой страшный крик, на который сбежалась половина дома, пытаясь меня утешить.Все повторяли: “Вы еще так молоды! Мадам, все образуется!”.

Я вспомнила, как впервые вошла в комнату, в которой лежал мой муж. Я помню, как сидела и плакала, уткнувшись мужу в грудь. Но он лежал и смотрел на меня, пытаясь утешить.

– Хильди, прошу тебя… Не надо, – слышала я его голос. – Я скоро поправлюсь…

Он был удивлен, обескуражен и старался держаться.

В этот момент сердце разорвалось от жалости. Молодой, красивый, но обречен умереть у меня на руках в расцвете лет. И только в этот момент я поняла, как он мне дорог. Как сильно я люблю его.

– Хильди, не бросай меня, – слышала я тихий голос. И тут же целовала его руку, уверяя, что не брошу. Никогда не брошу.

Я перевела тонну бумаги, отправив письма всем, кто мог помочь. Еще тонна бумаги ушла на пафосные извинения за то, что не пришла на очередной бал, званый ужин или свадьбу.

“Мадам похоронила себя в комнате вместе с мужем!”, – шептались слуги, глядя на меня сочувственно. – “Кто бы мог подумать!”.

Тогда я приняла решение.

Я сделаю все, чтобы спасти жизнь мужу.

Несколько сиделок заботились о нем, пока я ездила по докторам. Кучер уже знал все адреса, а я цеплялась за каждый слух о великом чародее, которому удалось это исцелить.

Я охотилась за ним, вычисляла, платила каждому, кто мог бы пролить свет на таинственную личность, сумевшего победить непобедимое.

И спустя почти год я нашла того самого мага. Он менял имена, места жительства, боясь преследований за запрещенные ритуалы.

На вид он выглядел, как сумасшедший. Таких в приличные дома на порог не пускают. Бомжеватого вида личность осмотрел пациента, а потом повернулся в мою сторону.

– Я так понимаю, вы ищете способ спасти супруга? Знаете, у всего в мире есть своя цена, – произнес чародей, поправляя треснувшие очки и глядя на меня. – И вам цена не понравится.

Глава 11

– Мадам, гоните его в шею! Он шарлатан! – слышала я возмущенный голос служанки. – Он хочет от вас денег…

Я отослала ее, глядя на старика. Тот молча слушал все упреки, усмехаясь и вытирая очки.

– Про меня много чего рассказывают. Но речь идет не о деньгах. Кому-то придется отдать свою магию больному, – заметил доктор. – И тогда он снова вернется в норму. Я смогу провести ритуал. Но предупреждаю сразу. Обратного пути нет. Если вы вдруг передумаете, я не смогу вернуть все, как было.Как вы уже знаете, магия есть только у аристократов. Есть ли у вас знакомый аристократ, который способен отдать свою магию другому? В прошлый раз мне удалось исцелить сына магией отца. Я не буду называть фамилии.

– А что будет с тем, кто лишится магии? – спросила я. – Его тоже парализует?

– Нет, что вы! Вы не понимаете суть болезни, впрочем, как и все, – заметил доктор. – Понимаете, эта болезнь поражает древние магические рода. Это… Что-то вроде вырождения магии… Естественный процесс. Более молодые рода почти не подвержены заболеванию. Они имеют вливания, так называемой, немагической крови. И поэтому могут существовать как с магией, так и без нее. Чего не скажешь о древней крови и древней магии. Ваш род, мадам, молод. Тогда я готова отдать свою магию! – выдохнула я, глядя на бледное лицо мужа.

– Вы подуйте дважды. Нет, ну мало ли! – пожал плечами доктор. – Многие потом жалеют. Мое дело вас предупредить.

Я всю жизнь прожила без магии. Для меня ничего не изменится.

– Отдать магию? – прошептала я. – Я готова! Берите! Берите, сколько надо!

Я чуть ли не закатала рукав роскошного платья, словно предлагаю свою кровь.

– Всю магию, которая в вас есть! – произнес чародей, отводя мою руку в сторону. – Конечно же такое запрещено законом, и то, что я делаю, является незаконным. Так что кроме оплаты я попрошу молчание. И магическую клятву.

– Хорошо, – прошептала я. – Я отдам всю свою магию, чтобы его спасти…

Часы гулко пробили полночь. Я очнулась, стоя у окна поезда, слыша длинный свистящий гудок. Пол покачнулся, что-то под ногами что-то загрохотало. Послышался скрип.

“Северный экспресс” тронулся. Он выпустил столб пара, который туманом застелил окно. Я услышала стук колес. Прощальный гудок огласил покрытый снегом перрон со старинными витринами, укрытыми снегом скамейками и сосульками на крыше похожего на дворец вокзала.

– Ах… – выдохнула я, видя, как в окне ускоряется перон, как машут руками провожающие.

Дамы посылали воздушные поцелуи. Мужчины махали руками. Снег оседал на их накидках. Лица быстро менялись.

В открытое окно залетали