балки, чем вызывали недоумение со стороны Дэна), а Криг просто устал. Правда, девушки начали прожигать ребят своими взглядами, так что им пришлось подчиниться.
– Возможно цифры – это буквы…
– Мы уже пробовали, получилась какая-то белиберда, – перебил Дэн свою двоюродную сестрицу.
– А, может быть, вы алфавит не знаете! – вздёрнула нос та, не желая расставаться со своей теорией. Кристина прокомментировала это громким фырканьем. Та-что-не-любила-сдаваться лишь закатила глаза и, вздохнув, пояснила:
– Не везде есть буквы Ё и Й! Может быть…
– Мы перепробовали все четыре варианта и, даже, по нескольку раз, – нетерпеливый Криг снова перебил Катерину. Девочка смешно надулась. Через десять минут в подвале раздался торжествующий крик:
– Ты дурень, братишка! Вы же на русский переводили, а это немецкий язык, сейчас я напишу, что получается.
На бумаге появились символы, начертанные корявым почерком: L – SB – 16 – 12 – 1941 – Alexandrov – Les. pr.
– Вау, ты знаешь немецкий? – удивился Петя.
– Нет. Алфавит почти такой же, как и в английском, а ещё метод тыка сработал, – неохотно призналась Катя, которая никогда не искала сложных путей.
– Мда… – насмешливо протянул Михаил, обращаясь к Дане и Кристине, – ну вы и…
Договорить ему не дал шутливый, но крепкий подзатыльник Крис, которая быстро оказалась рядом и, не давая Михаилу продолжить, насмешливо спросила:
– Ну раз ты такой умный, то, как ты думаешь, что это значит?
– Ну, э… L означает Ленинград, – горделиво улыбнулся парень, но тут же стушевался под скептическим взглядом компании, ведь об этом все уже догадались. Мишка надулся, ушёл в дальний угол и стал там топтаться с важным видом. Петя присоединился к брату, беспрестанно над ним подшучивая.
– Ну а что, по-вашему, означает SB? – продолжила, как ни в чём не бывало, Катерина.
– Сиреневый баклажан.
– Серая бадья.
– А может… синий берег?
– Синими бывают моря, а не берега!
Предложения так и сыпались, как нормальные, так и бредовые. И среди этого гвалта Дэн спокойно произнёс:
– А может, Сосновый Бор. Все ваши предложения бредовые, потому что на немецком языке эти слова могут начинаться с другой буквы, а названия и имена не переводятся. А Les. pr. наверняка означает Лесной проспект. Тогда получается Л – СБ– 16 – 12 – 1941 – Александров – Лесной проспект.
На миг повисла тишина, и вся компания уставилась на рыжего. Петя удивлённо присвистнул:
– Ну голова у тебя и варит!
– Я же говорил, что увлекаюсь не только баскетболом, но и криптографией, – самодовольно усмехнулся Дэн.
– Это логика, – остудил его пыл Михаил. Криг пропустил его слова мимо ушей.
– Но кто такой Александров?
– «Анатолий Петрович Александров – советский физик, академик АН СССР, доктор физико-математических наук, педагог, профессор. С 1943 года Александров участвовал в создании атомного оружия», – на одном дыхании процитировала «Википедию» Катя. – А в Сосновом Бору стоит ЛАЭС, с ней он тоже как-то связан. В Ленинграде у него есть сын и жена. Возможно, его хотят завтра выкрасть для создания какого-нибудь опасного оружия, когда он приедет за сыном по Дороге Жизни. Это же катастрофически изменит ход истории! Вот, оказывается, чему мы должны помешать!
Побледневшие ребята переглянулись, понимая, что самый младший член «спасательной» группы очень и очень права.
– Да, малышка, ты права. И у вас, может быть, всё и получилось бы, если бы вы действовали скрытно. Но, увы… – с еле уловимым акцентом произнесли у входа.
В дверном проеме кто-то стоял. Этим кто-то оказался мужчина лет сорока. Он следил за ребятами с самого начала их путешествия. Слишком поздно Даня сообразил, что следовало закрыть девчонок, теперь за действиями друзей пристально следили два ярко-голубых глаза, похожие на стеклянные шарики. Чужак шагнул внутрь и нахмурился. Детей было всего четверо, в то время как он видел пятерых. Где же ещё один? Неизвестность обеспокоила незнокомца. В следующий миг на него сзади набросились и огрели по затылку чем-то тяжёлым. Раздался громкий непривычный звук. Крис тоненько вскрикнула, но тут же всех успокоила:
– Кожу на плече зацепило.
Парни благодарно посмотрели на Мишу, отбросившего огромный камень в сторону, а девчонки с визгом кинулись обнимать их спасителя.
– Он умер? – спросила Катя, дотронувшись до поверженного врага.
– Нет, просто без сознания, – ответил ей Дэн.
– Walter P-38. Значит, немец, – произнёс Миша, прикарманивая пистолет. – А что? – вскинулся он в ответ на удивлённый взгляд брата. – Военный трофей!
– Держите, – Крис кинула ребятам верёвку. – Свяжите его, только крепко. Не вы одни такие запасливые. Проверьте, нет ли у него ножа.
Ножа не нашли. Пока мальчишки связывали немца, Кристина с Катей подготовили спальные мешки: как-никак уже было девять часов вечера, и всем пора было отдохнуть. Пацанов отправили по очереди сторожить дверь – не стоило пренебрегать мерами предосторожности. Как только голова Крис коснулась мягкой ткани, девушка сладко засопела. В подвале повисла тишина. Утром в шесть часов всех растормошила Катя. В весьма хмуром настроении, которое присуще каждому невыспавшемуся человеку, Крис первым делом осмотрела царапину, наскоро забинтованную перед сном. Выглядела она неважно, да и нарывала немного. Ребята насильно накормили немца, чтобы хватило на некоторое время, укутали в спальный мешок, чтобы не замёрз, и отбыли, захватив все вещи. Они надеялись, что в течение двух дней подвал будут проверять, что кто-то спасёт мужчину от голодной смерти, или к тому времени они уже вернутся сами.
Через пару часов усталые, сонные и взлохмаченные ребята патрулировали Лесной проспект, надеясь, что жена и сын Александрова появятся в поле их зрения. Криста, Данила, Петя и Миша искали глазами женщину с ребёнком 9 лет. А Катя побежала ждать приезда машин с Дороги Жизни на Финляндский вокзал, где должен был находиться Александров, так как только она видела его портрет в Интернете. Правда, отпустили Катерину с большой неохотой, осознавая все опасности, которым может подвергнуться этот непоседливый ребёнок. Но отправить кого-то ещё было невозможно, так как даже четверых не достаточно, чтобы патрулировать весь проспект, ведь путешественникам не было известно ни время, ни точное место. Но удача улыбалась ребятам вот уже второй день.
– Юра! Юра! Куда ты так бежишь? Папа придёт попозже.
– Ну, мам… – протянул женщине в ответ детский голос.
Крис посмотрела на свои часы и кивнула ребятам. Михаил и Пётр сорвались с места. Объяснение сложившейся ситуации девушка взвалила именно на их плечи, потому что мальчишки обладали «даром» внушения. И это только каждый в отдельности, работая же в паре, братья могли кого угодно убедить, что чёрное – это белое и наоборот. Из-за угла, куда свернули пацаны, доносились тихие переругивания, причём интонации женщины были скорее оборонительными. Крис знала, что, как
