— Ты не можешь быть таким глупцом. Следуй за мной.
Мои волосы всё ещё пребывали в беспорядке. Я плеснул на них немного воды и зачесал назад, постаравшись привести в максимально аккуратный вид, а потом пошёл за Ситхом, блестя и пощёлкивая об каменный пол своими лакированными туфлями.
— Кто будет на вечеринке? — спросил я Ситха, когда догнал его. Я не покидал своих комнат до сего момента. Вся моя жизнь состояла из еды, сна и возвращения в себя. Помимо того, я не испытывал желания сходить на экскурсию по Арктис-Тору. Последний раз, когда я был здесь, то разозлил фэйре. Типа, вообще всех. Меня не восхищала мысль наткнуться в тёмном коридоре на злобного страшилу, жаждущего расплаты. Дверь, ведущая из моих комнат, открылась сама по себе, и Ситх вышел, а я последовал за ним.
— Высшие и могущественные среди Зимних сидхе, — сказал Ситх. — Важные фигуры из Диких. Возможно, даже делегация от Летних.
Как только мы оказались в столице Зимних, коридоры изменили свой вид с того, что выглядело более-менее гладким, литым бетоном на хрустальный лёд всех оттенков синего и зелёного. Цветные полосы объединялись и переплетались. Вспышки света танцевали в глубинах льда подобно ленивым светлячкам — фиолетовым, алым и холодным небесно-голубым. Мои глаза хотели следовать за огоньками, но я им не позволял. Не могу сказать, почему, но инстинкты предупреждали, что это может быть опасно, и я их слушался.
— Походит на большое событие, — заметил я. — Думаешь, будут проблемы с папарацци?
— Можно надеяться, — ответил Ситх. — Расправа с виновными во вторжении была бы приятной.
Воздух был арктически холоден. Я мог чувствовать глубину укусов мороза, но его клыки не могли пробить мою кожу. Это было не очень комфортно, но значения не имело. Я не дрожал и не трясся. Я приписал это силе Мэб, данной мне.
Ситх привёл меня в более тёмный коридор, и мы пошли через полосы глубокой темноты и холодного, тусклого света. Наши тени танцевали и тянулись. Спустя несколько секунд я заметил, что тень Кота Ситха была больше моей. Раз этак в семь или восемь. Я сглотнул.
— Последний раз, когда я был на сверхъестественной тусовке, меня отравили, а потом пытались убить все, кто ни попадя. Я сжёг то место дотла, — сказал я.
— Уместный способ расправляться с врагами, — ответил Ситх. — Возможно, ты обнаружишь, что Арктис-Тор не настолько горюч.
— Никогда не встречал места, которое не смог бы взорвать, сжечь или разнести вдребезги при достаточной мотивации, — отметил я. — Думаешь, кто-нибудь на вечеринке захочет меня убить?
— Да. Я хочу тебя убить.
— Потому что я тебя раздражаю?
— Потому что мне это нравится, — Ситх взглянул на меня на мгновение. Его тень на стене, размером с рекламный щит, отразила движение. — И потому, что ты меня раздражаешь.
— Таков мой дар. Другой — задавать раздражающие вопросы. Кроме тебя, есть ещё кто-нибудь на вечеринке, к кому не стоит поворачиваться спиной?
— Ты теперь один из Зимних, чародей, — он снова отвратил от меня свои золотые глаза. — Не поворачивайся спиной ни к кому.
Глава 3
Кот Ситх повёл меня по бесконечным коридорам, которых я не видел во время своего предыдущего визита в средоточие власти Мэб. Чёрт возьми, тогда я думал, что дворец состоял лишь из окружающей внутренний двор стены и одной зубчатой башни. Я никогда не видел комплекса подо льдом во дворе. Он был огромен. Мы шли минут десять, практически не меняя основного направления, прежде чем Кот Ситх сказал:
— В эту дверь.
Указанная им дверь была сделана изо льда, как и стены, хотя вделанное в неё массивное кольцо, по-видимому, было серебряным. Я схватился за кольцо, потянул, и дверь легко открылась в небольшой вестибюль: маленький зал ожидания с несколькими удобными креслами.
— Что теперь?
— Заходи, — ответил Кот Ситх. — Затем жди указаний. Следуй инструкциям.
— Я не умею ни того, ни другого, — огрызнулся я.
Глаза Ситха вспыхнули.
— Отлично. Мне приказано убить тебя, если ты не будешь повиноваться приказам Мэб, либо иным способом подорвёшь её авторитет.
— Почему бы тебе сначала не узнать у Старейшего фетча, насколько этот приказ лёгкий, Мягкие Лапки, — сказал я. — Брысь.
На этот раз Ситх не исчез. Он просто медленно растворился в тени. Его золотые глаза остались на несколько секунд, потом пропали.
— Всегда кто-то ворует у великих, — пробормотал я. — Наследники Льюиса Кэрролла должны требовать с него лицензионный сбор.
Хотя, конечно, может быть, и наоборот.
Я вошёл в зал, дверь захлопнулась за моей спиной. Там стоял столик с самодельными леденцами. Я не стал их трогать, но не потому, что беспокоился за свою стройную фигуру, а потому, что стоять в центре опасной страны фэйре и сосать непонятные леденцы не казалось мне блестящей идеей.
Рядом с конфетами находилась старинная книга, она стояла точно напротив чаши. Её название было написано на немецком языке: «Детские и семейные сказки». Я наклонился и открыл её. Текст тоже был на немецком. Книга была по-настоящему старой. Страницы были из бумаги отличнейшего качества, тонкой и хрустящей, с кромкой, обрамлённой в золотую фольгу. На титульном листе, под заголовком, стояли имена — Якоб и Вильгельм Гримм, и год — 1812.
Это оказались автографы, тут же была дарственная надпись: «Для Мэб». Я не мог читать текст, поэтому обошёлся иллюстрациями. Всё лучше, чем читать глупые журналы о знаменитостях во всех остальных приёмных — и, скорее всего, реальности в этих изображениях было больше.
Пока я рассматривал книгу, дверь беззвучно открылась, и в комнату вплыло видение, одетое в бархатное платье цвета тёмно-сине-фиолетовых сумерек. Когда дверь закрылась за ней, она оглянулась в сторону коридора, тут я увидел, что декольте её платья глубокое до предела. К платью прилагались великолепно дополняющие его длинные оперные перчатки, натянутые выше локтя, и венок из барвинков на тёмных волосах. Потом она повернулась ко мне и улыбнулась.
— Ого, — сказала она. — Хорошо выглядишь, Гарри.
Я вежливо привстал, при этом мне потребовались несколько секунд, чтобы выдавить из себя:
— Сарисса. Вау. Ты… вы только посмотрите на неё.
Она посмотрела на меня, выгнув бровь, но по уголкам её рта я увидел, что ей понравилось.
— Подумать только. Это был почти комплимент.
— Недостаток практики, — отшутился я. Потом указал на стул. — Может, присядешь?
Она одарила меня сдержанной улыбкой и села, двигаясь с естественной и плавной грацией. Я протянул руку, чтобы помочь, хотя ей это не было нужно. Так или иначе, она слегка сжала мои пальцы. Когда она уселась, я вернулся на своё место.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
