Читаем без скачивания Фрейлина Нефритовой госпожи - Ольга Крючкова

Нарихира за ужином заметил сложное душевное состояние старшего брата.

Чуть позже, когда тот насытился и отдохнул, Нарихира не преминул поинтересоваться:

– Что-то стряслось, дорогой брат? Ты сам не свой…

– Это сложно объяснить… – задумчиво ответил министр земледелия. И воскликнул: – Воистину, воля богов удивительна!

Младший брат настороженно воззрился на него. Юкихира же, тем временем, пояснил:

– Пожалуй, лучше, поведать обо всём по порядку…

Нарихира кивнул и поудобнее расположился на татами, намереваясь выслушать рассказ брата. Министр земледелия глубоко вздохнул…

– Не так давно, я воспылал чувствами к одной из юных фрейлин наложницы микадо, госпожи Катоко, её имя Оно-но Комати…

При упоминании о вдохновившей его даме, Нарихира невольно округлил глаза. Старший брат, не обратив на это внимание, продолжал:

– Вчера, как и подобает в подобных случаях, я послал ей письмо со стихотворением и признанием в любви. Она вежливо ответила слуге, передавшему послание, что должна подумать… И, увы, сегодняшним утром, я получил вежливый отказ в изящной стихотворной форме…

Юкихира вздохнул и понурил голову. Но после небольшой паузы заговорил вновь:

– Не успел я огорчиться, как буквально полдзиккена спустя, после прочтения послания, меня вызвал к себе сам микадо. И, о чудо! Мои чаяния сбылись! Ибо вскоре, меня назначают губернатором Синано! Конечно же, я согласился! Всё уже решено, и вскоре я отбываю на новое место назначения! Воистину, не знаешь, где найдёшь, а где потеряешь!

Нарихира ещё больше удивился назначению брата. Его всё-таки назначили губернатором! И скоро он покинет Хэйан…

Мальчика охватило отчаяние: ближайшие пять лет вряд ли они увидятся. Придётся довольствоваться лишь редкими письмами. Но, видя радость Юкихиры, он пересилил себя и, улыбнувшись, произнёс:

– Я рад, что ты получил желаемую должность…

Через несколько дней, удалив все формальности, связанные с переводом на новую высокую должность в провинцию Синано, Юкихира начал собираться в дорогу.

Он был человеком неженатым и неприхотливым и потому все его вещи вместились в две седельные сумки. Из сопровождения он решил взять с собой трёх верных буси[27].

Ещё через несколько дней, новоиспеченный губернатор простился с домашними и двинулся в дальний путь. Нарихира тяжело переживал разлуку с любимым старшим братом, но старался держаться. Юкихира же, пребывал в приподнятом настроении. Он был рад покинуть столицу и связывал с новым местом назначения свои потаённые чаяния.

Он и сопровождающие его буси выехали верхом на лошадях из столицы и поскакали по тракту в направлении Синано.

Провинция возникла сравнительно недавно в результате захвата земель у племен эмиси[28]. Этому предшествовали ожесточённые воины. Многие эмиссии погибли в сражениях, а те, что выжили предпочли принять власть Хэйана. В противном случае диким племенам (как называли их в столице) грозило полнейшее истребление.

В последнее время в Синано активно развивалось коневодство. И дальние полудикие земли прославились своими отменными скакунами. Это была необычная местная порода. Многие столичные аристократы не жалели денег, чтобы приобрести такого коня. Поэтому практичный Юкихира уже по дороге обдумывал, как построит несколько конюшен и займется непосредственным улучшением породы. А затем наладит поставку скакунов в Хэйан и столичные провинции.

Юкихира Аривара и сопровождающий его отряд проскакали весь день. На дороге, по которой они следовали, поселения встречались редко.

Первый день пути выдался очень утомительным. Но к счастью, он прошёл без неприятностей и завершился благополучно. Путешественники остановились на ночь на достаточно приличном постоялом дворе.

На второй день отряд следовал без остановок. Им не попадалось ни одного подходящего места для отдыха! И к вечеру стало понятно: они достигнут ближайшего постоялого двора лишь поздней ночью, ближе к полуночи.

В итоге, лошади выдохлись окончательно, и перешли с галопа на шаг. И как назло, погода тоже стремительно ухудшалась. Дул сильный ветер, подгоняющий тяжёлые темные тучи, которые полились на землю обильным дождем.

Мрак сгустился до того, что Юкихира всерьёз опасался, как бы его конь и лошади и его сопровождающих не сорвались в пропасть. И когда силы лошадей и путников иссякли окончательно, и казалось, что спасения нет, впереди вдруг показались очертания деревьев, трёх ив.

Когда Аривара и его спутники подъехали ближе, то к своему вящему изумлению узрели бедную хижину, прилепившуюся к ивам. Она была крыта соломой, почерневшей от времени.

Новоиспеченный губернатор и буси несказанно этому обрадовались. Они поспешили спешиться, взяли лошадей под уздцы и подошли к хижине. Юкихира решительно приблизился к затворенным воротам и громко постучал…

В скором времени, ворота отворила старая и совершенно седая женщина. При виде промокших путников, она почувствовала сострадание и воскликнула:

– Ах, молодые господа, сразу видно, что вы благородного происхождения! И вы так сильно вымокли! Недолго и заболеть! Прошу, проходите в дом! А ваших коней мы сейчас же отведем в сарай, что стоит за домом. Муж оботрет их соломой и накормит сеном.

Юкихира и его спутники крайне обрадовались этому предложению. И проследив, что коней отвели в сарай, поспешили зайти в хижину.

Там царило тепло. Сухие стволы бамбука полыхали в очаге в главной комнате, благодаря чему распространялось живительное тепло. Подле огня расположились пожилой мужчина и молодая девушка. Увидев нежданных гостей, они вежливо поклонились и пригласили их к очагу.

Женщина тем временем начала готовить ужин для путешественников, а мужчина поспешил подогреть рисовую водку-сакэ, дабы Аривара и его спутники согрелись и не заболели. Он расспрашивал гостей про их путешествие, про постоялый двор, где они останавливались прошлой ночью. Юкихира охотно поддерживал беседу и отвечал на вопросы, в отличие от своих спутников, буси. Они мало говорили, предпочитая в основном молчать.

– Мы не желаем причинять вам беспокойство и стеснять вас, – молвил новый губернатор Синано. Он смерил цепким взглядом помещение хижины и добавил: – Мы только обогреемся и продолжим свой путь.

Пока Аривара беседовал со стариком, девушка покинула очаг и скрылась за выцветшими ширмами, что разделяли помещение на две части. Юкихира уже обратил внимание, что хозяйская дочь на редкость привлекательна, хоть и облачена в бедные одежды, а её длинные волосы неухожены.

"Как странно видеть девушку столь редкой красоты в бедной крестьянской хижине, – подумал он. – Ей пристало бы блистать в Хэйане, а не прозябать в нищете…"

Из размышлений его вывел голос старика:

– Господин, следующее жилье находится очень далеко отсюда. А буря, тем временем, усиливается, дороги точно размыло. Посему, сегодня не стоит продолжать путь. Это очень опасно – можно заблудиться или даже сорваться в пропасть… Конечно, наша хижина бедна, в ней отсутствуют многие удобства, но всё же она защищает от непогоды. Оставайтесь с вашими людьми до утра. Ваши лошади тоже должны отдохнуть, а мы в свою очередь, как следует их накормим.

Юкихира принял предложение хозяина с благодарностью. Мысленно он обрадовался возможности ещё немного полюбоваться его дочерью.

Наконец, старая женщина подала гостям простую и обильную еду. Из-за перегородки вышла девушка, дабы поднести гостям вино. Она уже привела себя в порядок: переоделась в простую но чистую одежду из домашней шерсти и искусно причесала и заколола свои длинные прекрасные волосы.

Девушка взяла в руки глиняный кувшин с вином и склонилась над чашей Юкихиры. Тот не мог не отметить необычайную грациозность её движений. Ему не приходилось видеть подобного изящества и красоты даже у придворных дам Хэйана…

Вдруг старик запричитал:

– Господин, наша дочь Аояги[29] родилась в этих горах и выросла в полном одиночестве. Посему не имеет ни малейшего представления о хороших манерах. Умоляем вас простить её бестолковость и невежество.

Аривара с жаром возразил:

– Ваша дочь преисполнена изящества и грации. Я не припомню ни одной дамы при дворе, которая могла бы подать вино лучше!

Мужчина вновь устремил на девушку восхищенный взор. Та в ответ смущенно покраснела, от чего стала казаться ещё краше. И после этого молодой человек больше не мог спокойно ни есть, ни пить. Он постоянно смотрел на прелестницу.

От матери Аояги не укрылось, что Юкихира в отличие от своих спутников не притрагивается к пище. И сказала:

– Господин, я понимаю, что грубая крестьянская пища вам непривычна. Но прошу вас отведать её, ибо вам нужно набраться сил, дабы продолжить свой путь до провинции Синано.

Решив не огорчать стариков, Аривара принялся с аппетитом есть и пить. Аояги продолжала прислуживать гостям, и всё больше очаровывала молодого аристократа. Вдруг он поймал себя на мысли, что желает постоянно слушать её голос и любоваться ею.