Я улыбнулся Риз.
- Идем, поешь. Я почти приготовил твою тарелку. - Она нервно посмотрела на Аиду и вернула свой взгляд ко мне.
- Она что не может сама себе приготовить тарелку? - спросила Аида ехидным тоном, который мне не понравился.
- Конечно, может. Но ей не нужно этим заниматься. Я же здесь.
Похоже, мой ответ взбесил Аиду, но она больше ничего не сказала. В чем была ее проблема? Не удивительно, что Риз выглядела нервной. Аида не была, как обычно мягкой и пушистой. Риз видела ее плохую сторону.
- Я не против. Я могу сама сделать это, - сказала Риз, направляясь ко мне. Она казалось, стремилась угодить. Это была Риз которую я встретил. Та, которая была не уверена в себе и очень стеснительна. Аида не станет способствовать тому, чтобы вернуть ее к этому — я не позволю.
- Я займусь этим детка, - заверил я ее.
Она прошла к шкафчикам.
- Тогда я разолью нам напитки, Аида ты что предпочитаешь? - спросила она.
Я посмотрел на Аиду, которая выглядела еще более раздраженной, до того, как заметила, что я смотрю на нее. Тогда она улыбнулась.
- Мне бы хотелось сладкого чая, пожалуйста, - ответила она. Ее улыбка не затронула ее глаз. Я собирался поговорить с Аидой. С ней, что-то было не так.
- Мама прислала и чай, - сказал я Риз, передавая галлон чая через столешницу. - Я тоже буду немного чая.
Риз улыбнулась мне, облегчено вздохнула и начала разливать чай в три стакана.
- Я люблю сладкий чай твоей мамы, - сказала она.
А мама любила Риз. Я удивился, что она сама не принесла еду, а отправила вместо себя Аиду.
Я передал тарелку Аиде, перед тем как взять тарелку Риз и пройти к столу, чтобы наполнить ее. Риз расставляла стаканы с чаем на столе. Я притянул ее и поцеловал.
- Кушай больше. Тебе понадобится твоя энергия. - Прошептал я ей на ушко, затем вернулся, чтобы наполнить свою тарелку.
Аида нахмурилась, посмотрела на меня.
- Тебе обязательно делать это, когда я здесь.
- Мой дом Аида. Здесь я могу делать все что захочу. Если тебе не нравится, ты можешь поесть у мамы, - мне надоело ее язвительное поведение. Она никогда не была такой. Я не мог понять, что на нее нашло.
- Это было грубо, - сказала она, обиженно.
- Когда мне захочется поцеловать Риз, я сделаю это. Смирись с этим.
Я не стал ждать, чтобы она сказала что-то еще, я взял несколько кусочков жареной курицы и печенье, перед тем как вернуться к столу.
Риз сидела, смотрела на свою тарелку, сложив руки на коленях, выглядя немного потерянной. - Ты не ешь, - сказал я.
Она подняла глаза, чтобы встретиться со мной взглядом.
- Я ждала, пока вы оба присоединитесь ко мне.
Аида села напротив меня.
- Так мы все еще едем завтра на аукцион скота? Я целую неделю с нетерпением ждала его.
Я продолжал смотреть на Риз.
- Сомневаюсь. Я не жду от Риз, что она захочет так рано встать.
- Риз не обязательно ехать, - ответила Аида.
Она начинала раздражать меня по настоящему.
- Она только приехала домой. Без нее я никуда не поеду.
Я почувствовал, как мягкая ручка Риз коснулась моей руки.
- Если тебе необходимо поехать на аукцион скота, я могу встать пораньше. Не позволяй мне становиться причиной, по которой ты не делаешь то, что тебе необходимо сделать.
Она очень старалась исправить сложившееся положение. Я не хотел, чтобы она думала, что должна это делать. Это был ее дом. Она принадлежала этому месту.
- Моя нужда, чтобы только мне ты принадлежала, вот что удерживает меня от всех дел. Я не собираюсь завтра заниматься каким-либо дерьмом. Я хочу побыть с тобой наедине, в этом доме.
Риз покраснела и, улыбка появилась на ее губах, перед тем как она опустила взгляд на тарелку перед собой.
- Означает ли это, что ты не пойдешь завтра вечером на барбекю к Стоутам? Они будут ждать тебя.
Стоуты владели одним из двух самых больших ранчо в радиусе пятнадцати миль, вторым ранчо владела моя семья. Я вырос с их сыном Хокинсоном. Мы не были близкими друзьями, но мы оба знали, что однажды займем места своих отцов.
Я посмотрел на Риз.
- Готова к Техасскому барбекю?
Она кивнула.
- Звучит весело.
Барбекю будет сносным, если я буду обнимать Риз за талию и представлять её людям этого города.
- Я так понимаю, я потеряла свою пару. С кем мне теперь танцевать? - спросила Аида надувшись.
Она раздражала все больше и больше. Я только собрался ответить на ее глупый комментарий, как она с грохотом уронила вилку на тарелку и встала.
- Ты не хочешь, чтобы я была здесь. Так что я ухожу. - Она развернулась и направилась к двери.
Какого хрена? Куда подевалась моя веселая маленькая кузина? Она превратилась в злую истеричку. Это было совсем не похоже на нее.
- Мне нужно с ней поговорить, - сказал я Риз. - Я не знаю, что на нее нашло.
Риз кивнула и улыбнулась мне одними губами. Это беспокоило меня. Мне нужно утрясти все с Аидой, чтобы она перестала расстраивать Риз.
Я последовал за Аидой, и нашел ее у грузовика, плачущей.
- Что с тобой не так? - спросил я, спускаясь по лестнице и направляясь к ней.
Она посмотрела на меня с заплаканным лицом.
- Я не . . . она . . . теперь когда она здесь, у тебя нет времени на меня.
- Аида, это не соревнование, кто получит мое время. Моя жизнь и мое будущее принадлежат Риз. Она часть меня. Мы одно целое. Я думал, ты будешь счастлива за меня, но ты едва разговариваешь с Риз. Я хочу, чтобы вы были подругами. Ты моя семья, и очень скоро и она станет моей семьей.
Аида вытерла слезы и хмыкнула.
- Так значит, теперь мы больше никогда не сможем заняться чем-нибудь вместе, только я и ты?
Я попытался понять почему, она плакала. Когда Аида гостила у нас, я всегда отдавал ей все свое внимание. Когда мы росли, она не так часто приезжала, но когда это происходило, я относился к ней, как отношусь к моей сестренке Харлоу. Но все поменялось, и теперь мы взрослые. Она больше не была той маленькой девочкой. Я не должен был позволять ей следовать за мной повсюду, и я не был обязан развлекать ее каждую секунду.
- Если ты дашь Риз шанс, я знаю, ты полюбишь ее. Ее так легко полюбить. Каждый, кто встречает ее, любит ее. Мы вместе можем заниматься чем угодно. Я не выкидываю тебя из моей жизни, но ты должна понять, теперь Риз моя жизнь.
Аида всхлипнула и вздохнула.
- У тебя больше не будет на меня времени.
Она была права. Я был не в состоянии все бросить и сопровождать ее везде, куда она захочет со мной пойти.
- Мы выросли Аида. Мы больше не дети. Я не свободный парень, у которого есть время делать все, что ты хочешь. Эти дни прошли.
