запутавшись в одеяле.
— Прости, это всё Папочка, — бокал покатился по полу, звонко ударившись о стену.
— Папочка?
— Как многого ты не знаешь.
Глава 5
Утро понедельника накатывало безнадежным существованием с самого пробуждения, от ноющей болью по вискам до первой чашки кофе. Полина провела у меня все выходные в ожидании Женьки в колено-извиняющемся поклоне, желательно с лицом полным отчаяния и тоски, вместо этого получила очередные упрёки от свекрови по телефону, и два звонка от ненаглядного, которые её вовсе не устроили.
— Анют, а если это дед, который под старость развлечься решил, — Полина учтиво положила купленный круассан с маком рядом с моей кружкой.
Папочка молчал все выходные, видимо, удовлетворенный тем, что конец Валеры находился от меня на достаточном расстоянии, или решил испытать меня молчанием, ждал, когда я сложу лапки в капитуляции. Сдержалась, хоть и хотелось написать что-то едкое, пакостное, или совсем пошлое, а после заблокировать его новый номер. Валера же рассыпался в извинениях, напоминая мне о том факте, что офисная жизнь полна сплетен.
— Такое крепкое телосложение разве что у пожилого мутанта.
— Слушай, а давай его вычислим, — глаза Полины зажглись софитами, она чуть не подавилась от посетившей неожиданно идее.
— Зачем?
Скептически смерила её взглядом. Подобная мысль посещала меня много раз, и каждый я мучительно отвергала. Помимо нарушения устного договора между нами, была ещё одна весомая причина — ожидания. В голове был детально продуманный образ мужчины, который в реальности мог совершенно нещадно не совпасть в худшую сторону. Крах надежд и разочарование, хотя бы в том, что именно он видел меня в таких позах, о которых и в старости в холодном поту просыпаться придётся.
— Подумай, один раз его увидишь и всё.
— Что всё?
— Магия испариться.
Наверное, именно это и ужасало меня больше любой зависимости перед незнакомцем. Полина потянулась к телефону, и он тут же оказался в моих руках, прижатый в груди.
— Нет-нет, личных границ он не нарушал и я не буду. Мне пора.
— Дуреха, ещё передумаешь. — Крикнула Полина в спину.
Не передумаю. Его сообщения это самое настоящее взрослое ребячество, безобидное баловство, не более. Скоро ему надоест.
Меж тем возврат к рабочим обязанностям случился горьким провалом в памяти, только я взглянула на график дня. Час назад нудно было напомнить о встрече. Час?! Судорожно перебрала пустые листы, сложила их в ровную стопочку. Раньше со мной не случалось такого часто, сейчас же на каждом шагу, личные проблемы занимали слишком много рабочего времени. Выдохнула, робко постучалась и прошла внутрь.
— Дмитрий Станиславович, хотела напомнить вам, — самым тонким голоском, чуть не срываясь на писк.
Генеральный сдвинул очки на кончик носа, посмотрел на меня исподлобья. Синяки под его глазами становились всё более заметными, расстёгнутая на две пуговицы рубашка, небрежно брошенный на стол пиджак. У него явно не задался день, а если посмотреть в целом, то последняя неделя. Прекрасно, ничего не заметил. Качнулась на каблуках и удалилась.
— Валера? — Свободной рукой он гладил себя по животу, машинально, сам не замечая этого, в другой держал букет цветов. — Это мне? Спасибо.
— Решил загладить свою вину, — и протянул мне два билета. — Прости за прошлый раз, я хотел…
— Опера. — Выпалила с досадой, в голове разрывались барабаны здравого смысла и кто-то кажется, кричал «что ты делаешь? Остановись». — Сегодня вечером?
— Ты сказала, что мы не подходим друг другу, но знаешь, за одно свидание сложно такое понять и я тогда растерялся.
— Доставка для Анны Ильиничны.
— От кого? — Наши голоса прозвучали в унисон, и был ещё один, третий.
Посмотрела через плечо, генеральный.
Быстро же он поднялся. Бдит демон, чтобы все только по его указке было. Курьер смущенно посмотрел на бутоны пион, и уголки открытки. Дмитрий Станиславович уже успел сделать шаг, пока Валера приоткрыл в непонимании рот, как в моей голове затрубили барабаны, подобно баскетболисту обогнула препятствие и выхватила букет из рук курьера, прижимая к груди.
— Дмитрий Станиславович, тоже букетик ждёте?
— Выглядит тяжелым, хотел помочь, — длинные пальцы размяли переносицу, брови сжались в одну линию.
Генеральный затуманенным взглядом посмотрел на букет, затем второй и тяжело выдохнул, словно происходящее сулило ему только головную боль.
Валерин букет смотрел довольно скромно с размашистой связкой пионов. Подцепила пальцами открытку, развернула «от Папочки» с сердечком и продолжение красивым размашистым подчерком «Твои фотографии пришлись, кстати, моему утреннему стояку». Почувствовала, как кровь заливает щёки. Закрыла, и погрузила открытку в самые дебри стеблей.
— Отец, он меня балует, знаете, я единственный ребенок в семье, а дочери всегда ближе к отцам, — телефон в кармане завибрировал, от подступающей паники начала нести первое, что приходило в голову. — Дмитрий Станиславович, прошу прощения.
Отягощённая его молчанием тишина становилась осязаемой, густыми клубами поступало в легкие, становилось поперёк горла. Нужно было что-то ещё сказать, дополнить, но физически это становилось уже невозможным. Успел прочитать? Нужно было отвернуться, прикрыть пальцами.
— Папочка? — Генеральный ехидно улыбнулся, наклонив голову на бок. — Не знал, что у вас имеются такие поклонники. — Оправдания мои он слушать не стал, продолжил. — На встречу поеду один, в офисе сегодня меня не будет.
Дмитрий Станиславович поправил пиджак, пренебрежительно посмотрел на Валеру, точно, он же тут всё это время был.
— Валер, мы с тобой уже обговаривали момент рабочего пространства.
— Не удержался, больше такого… — слушать его уже не стали. — Такие поклонники? Это он про меня? — Валера скептически пробежался глазами по букету пионов. — Вечером, не забудешь?
— Да-да, — ответила одними губами, без звука, до конца не понимая на что соглашаясь.
Механизмы в моей голове порядком заржавели, шестеренки крутили по кругу последние пять минут, оставляя меня совершенно недвижимой, только чувство стыда становилось полным, отчего можно было ощутить его вкус во всех красках. «Папочка?» — слова генерального доходили до меня туго, то отдаленно отскакивали от стенок подсознания, то заглушали собой все мысли, представляя, как теперь выгляжу в его глазах. Шикарную я, однако, рекомендацию получу, если придётся уволиться.
Поставила цветы у окна, успокаиваясь. В целом, можно сказать, пронесло, но осадок остался. Мало того что перед боссом стыдно, хоть сквозь землю провались, так ещё змей этот, личные границы перешёл, да как, прямо на работе. В предложении Полины было рациональное зерно, одна его шалость могла встряхнуть мою жизнь, а то и вовсе разрушить.
Посмотрела на экран телефона, опустошённо падая в кресло.
«Давай, малыш, запиши мне голосовое. Хочу, чтобы ты повторяла своим нежных голоском Папочка, как тогда, лежа на моих коленях».
Боль в висках опустилась к груди, иссохшими
