села под большим деревом и продолжила разглядывать величественную красоту, раскинувшуюся перед ней, утопая в мыслях. Когда ещё ей доведётся увидеть такой пейзаж вживую, не на фотографиях, как обычно. Было бы ужасно, будь это последний раз в её жизни. Но ведь… вероятность этого так велика!
Вернувшись домой, девушка застала удивлённого Генриха в столовой.
– Я думал, вы ещё спите, – произнёс он, поедая полноценный английский завтрак.
– Так долго спать – не по мне. Я просто вышла прогуляться, – ответила девушка, поблагодарив служанку за принесённые фрукты – именно их выбрала Софи из предложенного ей перечня.
– Это даже нам на руку. Утром я, обычно, не занят и могу с вами поговорить, – улыбнулся блондин.
– О, это просто замечательно! – просияла Софи, предвкушая прелесть разговора, который сможет многое рассказать о собеседнике.
– Тогда можем прямо сейчас приступить, – со слащавой улыбкой произнёс Генрих.
– Это отличная идея! – улыбнулась в свою очередь и гостья.
Закончив с завтраком, Генрих и София пошли в кабинет первого. Они поднялись на второй этаж и зашли на полноценную территорию Графимова. Дверь вела в такой же коридор, что и противоположный, только здесь было всего два входа в комнаты. Они повернули налево и оказались в кабинете: у правой стены протянулись полки с книгами, прямо посередине, у окон, стоял огромный дубовый стол и мягкое кресло в тёмных оттенках, напротив всего этого стоял большой кожаный диван, такое же кресло и журнальный столик, тоже из дерева.
– Итак, с чего вы хотите начать? – спросил хозяин дома, вальяжно раскинувшись на диване.
– Пожалуй, пойдём в хронологическом порядке, – улыбнулась Софи, устраиваясь в кресле напротив. – Расскажите о своём детстве, и как оно повлияло на вас.
Девушка включила диктофон и достала ручку с блокнотом.
– Да, что там рассказывать, – махнул рукой Генрих. – Учился в лицее, воспитывался строго, хотя родителей видел редко, частенько веселился с друзьями.
София пребывала в недоумение: слова собеседника противоречили друг другу.
"Придётся хорошо поработать", – подумала девушка, слушая монолог Графимова, а когда тот замолчал, она приготовилась вопросами вытянуть из него всё, что он недоговорил – это был тот самый момент. Но этот огромный шанс прервал стук в комнату, разрушивший её планы. Она не смогла скрыть гримасу злости на своём лице, но надеялась, что это мгновение никто не заметил. Когда гость зашёл, она уже как обычно сияла и доверительно улыбалась.
– Сэр, вот новый сорт чая, как вы и просили, – проговорил парень. Софи с удивлением заметила в его голосе нотки раздражения, которые точно были не свойственны людям, которые, находясь в этом доме, желают заработать денег, а не уважение. Впрочем, Графимов, похоже, этого совсем не замечал.
Парень с чёрными, словно уголь, средней длины волосами, уложенными в современную причёску, и пронзительными светло-серыми глазами был высок и широкоплеч. Взгляд был полон гордости и целеустремлённости. Черты лица и телосложение тоже были точёными, что разительно отличало его от Генриха. Сочетание всего этого показывали в нём серьёзного, умного, наблюдательного, но упрямого человека.
– Я попробую и потом скажу своё мнение. Можешь пока идти, Никодим, – недовольно проговорил Генрих.
– Благодарю вас, сэр, – улыбнулась девушка, продолжая незаметно разглядывать незнакомца.
«Наверное, это тот самый домоправитель, – думала девушка, – но какой-то он странный, не соответствующий этому дому".
Гордость, самоуверенность, упрямство, да даже энергетика, исходившая от него – всё совсем не подходило обычному домоправителю, служащему у богатых людей. Эти черты больше бы подошли хозяину подобного дома. Однако София не стала тратить на подобные мысли слишком много времени. Сейчас ей было не до этого. Стараясь не обращать внимания на внимательный, изучающий и отчасти назойливый, словно у сталкера, взгляд, София повернула голову обратно к Генриху. Дверь захлопнулась.
– И как же вы проводили свободное время? – девушка наклонилась вперёд, стараясь говорить голосом просто друга, любопытного человека, а не журналиста.
Обычно, это располагало к ней людей.
– Проводил время с друзьями, – пожал плечами мужчина, ответив так же, как и в первый раз.
Софи молчала, давая собеседнику свободу говорить всё, что угодно.
– Однажды произошёл забавный случай, – неуверенно начал Графиомов, но вскоре влился в разговор. – Просыпаюсь я как-то после очередной вечеринки у меня дома от звонка. Родители звонили, чтобы сказать о вечере, на котором я обязан присутствовать и о том, что сами скоро вернутся. Я заволновался, всех ребят на ноги поднял и рассказал, что нужно привести дом в порядок за полчаса. Поразмышляли немного. Служанки, уже давно приступившие к уборке, категорически не успевали, вот мы и решили наших ба… женщин поднять. Ой, и возмущались они! Забавно было посмотреть, как они всеми силами оттягивали вниз юбки, водя шваброй по полу, – улыбнулся со смешком Генрих. – Ой как они нас потом ненавидели! Обиделись, разговаривать не хотели, только нам особо до этого дела не было, – Генрих выставлял всё так, будто для него это было не только в порядке вещей, но он даже гордился этим. – Ну так вот, неожиданно раздался звонок в дверь.
Девушка внимательно всё слушала, запоминала каждое слово и жест. Её просто поражало такое отношению её собеседника к людям. Она не прогадала, когда думала, что может многое об этом человеке рассказать и решилась на эту поездку. Софи уже начала погружаться в биографию Графимова, создавать в своей голове новую сюжетную линию, но их разговор прервал очередной стук в дверь.
– Господин, ваш помощник приехал. Просит передать, что у него к вам срочное дело, – сказала вошедшая служанка.
"Господин… Чем он их подкупает? Неужели к него такие высокие зарплаты. Или у служащих такая низкая самооценка?" – с шоком подумала София.
Разница в обращение мужчин-служащих и девушек была разительна, что позволило Софи построить ещё одну теорию в отношении к Генриху, не менее ужасающую, чем остальные.
– К сожалению, на сегодня наш разговор окончен, – улыбнулся Генрих с грустью и большими, но медленными шагами вышел за дверь.
Служанка вопросительно посмотрела на Софи.
– Да, я тоже ухожу, – девушка быстро поднялась с кресла и, поблагодарив служанку, вышла за дверь, думая, чем бы занять себя в остаток дня. Идея пришла сразу же.
Когда Графимов уехал, девушка сразу же пошла искать Никодима, мысль о котором всё не уходила у неё из головы, как бы она её не отодвигала. Не найдя его на первом этаже, она поднялась на второй, но и там его не оказалось.
София вновь спустилась вниз, и, притворившись расстроенной и удивлённой, спросила у первой встречной девушки, где все управляющие, которые могли б ей помочь. Девушка ответила, что Бернард уехал с господином, Никодим отлучился по делам и скоро вернётся,
