Видеостена позади была настроена на трансляцию новостей с Земли. Намеки на политические неурядицы из-за неудачи с лучом, требования объяснений по поводу потраченных денег. Цитировался Вашингтон, заявивший, что проблема вот-вот будет решена.
Инг начал пробираться в угол, двигаясь вокруг пустых столов.
Перед Вашингтоном стоял пузырь с кофе, из него поднимался пар. Инг изучающе посмотрел на инженера - Сносный Вашингтон (Несносный, согласно утверждениям младших инженеров) был энергичным человеком шести футов и восьми дюймов роста, с широкими плечами, чуткими руками, ярко выраженным мавро-семитским лицом с кожей цвета кофе с молоком и стальными голубыми глазами под темным ежиком волос. (Старший медик компании говорил о нем, как о "самом изумительном броске генетических игральных костей".) Размеры Вашингтона многое говорили о его способностях. Потребовались значительные расходы, чтобы поднять на Луну его лишние килограммы. Уже только поэтому он был достаточно ценен.
Инг сел напротив Вашингтона, махнул рукой глазку "официанта" на поверхности стола и заказал марсианский лишайниковый чай.
- Ты пришел прямо с заседания? - спросил Вашингтон.
- Они сказали, что ты здесь, - ответил Инг. - Ты выглядишь усталым. Были какие-то неприятности с Землей по поводу твоего доклада?
- Только до тех пор, пока я не воспользовался твоим трюком и не процитировал книгу. "Каждый тест в условиях поля будет приближен как можно более к условиям, изложенным в лабораторном прецеденте".
- Эй, а это хорошо, - ухмыльнулся Инг. - Почему ты им не рассказал, что следовал интуиции: у тебя было предчувствие, что у меня есть предчувствие.
Вашингтон улыбнулся.
Инг сделал глубокий вдох. Сидеть было хорошо. Он сообразил, что без перерыва проработал две смены.
- Ты сам выглядишь усталым, - заметил Вашингтон.
Инг кивнул. Да, он устал. Он был слишком стар для такой работы. У Инга не было относительно себя никаких иллюзий. Он всегда был коротышкой, немного слабоват - тощий и с узким лицом. От полного уродства спасали только широко посаженные зеленые глаза и густая копна подстриженных ежиком волос. Теперь волосы поседели, но мозг все еще функционировал удовлетворительно.
Из отверстия в столе появился пузырь с чаем. Инг подтянул пузырь к себе, пытаясь согреть ладони его теплом. Он рассчитывал, что Вашингтон убережет его от официального давления, но теперь, когда все осталось позади, Инг чувствовал себя виноватым.
- Не имеет значения, сколько я цитирую книгу, - сказал Вашингтон, объяснение все равно им не нравится.
- Покатятся головы, и все такое прочее?
- Мягко сказано.
- У нас есть карта расположения каждого упавшего чистильщика, проговорил Инг. - Каждого обломка, насколько это было возможно. Все было изучено. Неповрежденные чистильщики были буквально перебраны по молекулам.
- Сколько еще ждать, пока мы очистим трубу? - спросил Вашингтон.
- Около восьми часов.
Инг откинулся на спинку кресла. Его ноги все еще болели после долгого времени, проведенного в трубе Скорноффа. Плечи тоже ныли.
- Тогда самое время поговорить начистоту, - сказал Вашингтон.
Этого момента Инг и боялся. Он знал, какую позицию займет Вашингтон.
Офицер безопасности у противоположной стены поднял голову, встретился с глазами Инга и отвел взгляд.
"Слушает ли он нас?" - подумал Инг.
- Ты думаешь то же, что и прочие, - сказал Вашингтон. - Что эти чистильщики заброшены "за угол" в подпространство.
- Есть только один способ проверить, - буркнул Инг.
У офицера безопасности определенно приподнялся подбородок при этом замечании. Он СЛУШАЛ.
- Ты не предпримешь эту самоубийственную поездку, - сказал Вашингтон.
- Другие лучи добрались до Семенных Кораблей? - спросил Инг.
- Ты же знаешь, что нет!
На другой стороне комнаты младшие служители прекратили свою беседу, поглядывая в сторону углового стола. Офицер безопасности развернул кресло, чтобы наблюдать сразу за всеми.
Инг отхлебнул чаю и сказал:
- Проклятый чай здесь всегда слишком горек. Нигде, кроме Марса, его не умеют толком приготовить. - Он оттолкнул от себя пузырь. - Вступайте в компанию Хейфа и спасете вселенную для Человека.
- Ну хорошо, Инг, - вздохнул Вашингтон. - Мы знаем друг друга достаточно давно, чтобы говорить напрямик. Что ты от меня скрываешь?
Инг потупился.
- Думаю, мне следует рассказать тебе, - сказал он. - Что ж, полагаю, это начинается с того факта, что каждый передатчик имеет уникальную индивидуальность. Ты это знаешь не хуже меня. Мы нанесли на карту, что известно, и руководствуемся прогнозирующей статистикой. Играем на слух, как говорится. Теперь рассмотрим что-нибудь вне книги. В конце концов, труба - это просто большая пещера в скале, управляемая среда для того, чтобы луч работал. Книга гласит: "С использованием подпространственной передачи любое место во вселенной находится сразу "за углом" по отношению к любому другому месту". Это проклятый способ аналогичного описания того, чего мы толком не понимаем. А звучит так, словно мы знаем, о чем говорим.
- И ты утверждаешь, что мы направляем материю за тот угол, - буркнул Вашингтон, - но ты не сказал мне, что...
- Я знаю, - согласился Инг. - Мы помещаем модуляцию энергии туда, где ее могут УВИДЕТЬ приборы Семенного Корабля. Но это передача энергии, Посс. А энергия взаимозаменяема с материей.
- Ты искажаешь определения. Мы привели крайне нестабильный, совершенно мимолетный феномен отражения в такое положение, что пространственно-временные ограничения изменились. Это тоже по книге. Но ты все еще не рассказал мне...
- Посс, у меня сейчас команда готовит чистильщик для поездки. Мы проанализировали структуру разрушения - это то, чего я хотел от того пробного биения, - и я думаю, что смогу пробраться в подпространство на борту одного из этих диких гусей.
- Дурак! Я пока еще контролер передачи и не позволю тебе...
- Послушай, Посс, успокойся. У тебя нет даже...
- Ну, допустим, тебя вышвырнут за этот идиотский угол, а как ты рассчитываешь возвращаться? И в конце концов, какова цель? Что ты сможешь сделать, если...
- Я могу отправиться туда и посмотреть, Посс. А тот чистильщик, что мы подготавливаем, послужит нам спасательной шлюпкой. Я могу опуститься на Тэту Тельца 4, может быть, даже прихватить с собой контейнер и дать СЕМЕНАМ лучший шанс. А если мы узнаем, как можно пробраться за угол, то сможем проделать это еще раз с...
- Это идиотизм!
- Слушай, - сказал Инг. - Чем мы рискуем? Одним старым дряхлым стариком.
Инг заметил вспышку гнева в глазах Вашингтона и понял странную вещь относительно себя. Он хотел пройти туда, хотел дать контейнеру с эмбрионами лучший шанс. Инг был опьянен той же мечтою, что породила Соглашение о засеивании. И теперь он увидел, что другие ремонтники, те шестеро, которые шли перед ним, попались в ту же паутину. Все они видели, в чем состоит неисправность. Один из них все-таки должен был пройти. В контейнере были инструменты, в месте цели можно было создать новый луч. Это был шанс на возвращение... позже.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
