Две девушки в легких белых платьях спустились к глади широкого, кристально чистого озера и начали скользить у самой его поверхности, в непринужденной игре касаясь воды кончиками белых птичьих крыльев. Они кружили так минуты две, смеясь и играясь, пока всплеск пространственных искажений не отвлек их от веселья.
Гости?
Обе крылатые девы спустились к островку, что находился в центре озера и притаились за деревьями, наблюдая за парой чужаков, что вышли из развернувшегося портала и направились прямиком к алтарю расположенного на острове храма. Первой шла высокая, плечистая фигура, с ног до головы закутанная в бело-золотую ткань просторного балахона. Ангел нес на своих плечах неказистый фрагмент непонятной конструкции, в которой крылатые девы, присмотревшись, узнали обломок "Темницы душ". Во все времена, лучших ангелов боги подвергали репликации и хранили в "Темницах душ" матрицы для создания новых копий. В этом фрагменте - неповрежденная матрица какого-то героя далеких эпох? Видимо да, раз мусорщик, нашедший артефакт, притащил его своим хозяевам.
Фрагмент был нестабилен и время от времени выдавал энергетические всплески, грозя взорваться и потерять ценность. Держать его под контролем, своему хозяину помогал конструкт - оживленный и наделенный душой артефакт. Девушка в платье, переливающемся всеми цветами радуги, шла за фигурой в белом и перехватывала энергетические всплески, поглощая или возвращая их обратно в силовую структуру "Темницы душ".
-- Это - человек? -- спорила одна из ангелиц у своей подруги, глядя на фигуру в белом. -- Какой рослый! Настоящий великан!
-- Разве ты не знаешь, что мужчины после перерождения часто добавляют себе роста? -- со смешком, отозвалась вторая. -- Чтобы казаться величественнее и значительнее! Как будто рост может чем-то помочь в войне богов! Посмотри на него! Рослый, плечистый, а по рангу... кватарх! Первый, самый низший. Даже мы с тобой, меча в руках никогда не держали, а уже митроархи!
Делая вид, что ничего вокруг себя не замечают, чужаки водрузили свое подношение на алтарь и фрагмент, засияв ярким светом, исчез. Оценен, одобрен, принят. Отправлен в хранилища богов.
-- А конструкт у него ничего так. -- снова сказала одна из ангелиц. -- Красивый и сильный. Впервые вижу конструкта, который был бы сильнее своего хозяина!
-- Их сила зависит не столько от создателя, сколько от материала, из которого конструкт сделан. Даже сейчас видно, что она - творение драконов. От драконов в ней гораздо больше, чем от своего создателя!
-- Странно только что такой сильный конструкт от слабого хозяина не сбежал. Управляющих структур вроде бы нет. Неужели... держит любовью?
Девушки захихикали, представляя романтические отношения между ангелом и его созданием, а объект их внимания и насмешек, фигура в балахоне, сделал своей помощнице знак рукой и она спешно ретировалась, канув в развернувшееся пространственное искажение. Ангел остался один.
Глубоко вздохнув, он поднес руку к своей груди и содрогнулся. Из его тела поднялся алый сгусток энергии. Слабый, почти угасший. Последние искры едва теплились в нем, но они разгорелись ярче, когда ангел поднес его к алтарю. Силовые нити потянулись от алтаря и начали наполнять сгусток новой энергией.
Дело это было обычным для любого воина или слуги Олимпа, ангелицы не придали действиям чужака никакого значения и продолжили весело пересмеиваться.
-- А мусорщики, оказывается, могут найти действительно стоящие вещи! Как думаешь, стоит завести с ним знакомство? Несчастный низший, он, наверное так одинок! Поглажу его ладошкой по плечу, и он мне, на радостях тоже что-нибудь интересное и удивительное из мертвых миров притащит! Вроде тех кристаллов, из которых конструкта себе сделал.
-- Заманчиво, конечно, но если мы хотя бы близко к мусорщику подойдем, на нас все косо смотреть начнут! Это же... это же... низший класс! Дно, ниже которого только "Поток грешников"!
-- Да не пугайся ты так, я же пошутила! Чтобы я к ущербному подошла? От него же вонь такая, что листва на деревьях вянет! Рядом с таким пройдешь, потом по всему телу язвы расползутся! Полетели отсюда?
-- Да, пока он здесь, будем держаться от острова подальше. Надо нашим прислужницам сказать, чтобы дорожку к этому храму помыли и ветра свежего принесли. После такого-то посетителя!
Но улететь они не успели. Почувствовав прибытие нового гостя, крылатые девы решили задержаться, за что и были вознаграждены.
Пространственное искажение, из которого появился воин богов, переливалось багрово-алыми тонами. Огненные крылья взметнулись высоко вверх и хлынули водопадами на окружающий мир. Они не жгли, дарили мягкое тепло и свет, но лишь потому, что архангел был в своих владениях и близ него были лишь верные слуги Олимпа. Будь он в окружении врагов, пламя крыльев серафима в миг сожгло бы их всех в пепел и развеяло бы души до полного, безвозвратного уничтожения.
-- Серафим! -- в изумлении и восхищении, ангелицы пали ниц перед верховным воином богов, а тот прошел мимо, не удостоив их даже взглядом. -- Великий серафим! Он снизошел на нижние уровни! Не может быть! Невозможно! Своими глазами увидеть его...
Ангел в балахоне тоже пал ниц, но даже малой толики восхищения не возникло в его душе, хотя воин в сияющих доспехах действительно был величественен, грозен и прекрасен. Встреча с богом или архангелом были для него крайне нежелательны. Неужели высшие среагировали на крамольные речи и полную возмущения болтовню низшего служителя? Или... или решили спросить с него за дружбу с ангелом другого ордена? Но до сих пор все же было в порядке! Сотни лет! Сотни лет они закрывали глаза на его "ересь", а теперь...
И не абсурд ли? Посылать боевого генерала против болтливого сортировщика мусора? Еще бы лично заявились! Может, все не так страшно, как представляется? Командование там, в главной цитадели, не совсем же еще от божественного нектара мозгами поплыло?
-- Тиромарх Хельмариил, какая честь видеть вас. -- стоя на четвереньках, низший ангел не отрывал лба от мощеной мрамором дорожки у ног серафима. -- Может ли ничтожество вроде меня быть хоть чем-то полезно вам?
Серафим поднял ногу и нанес удар, с силой наступив на правую руку мусорщика. Огонь хлынул на придавленную к земле руку и, без прикосновения проникнув сквозь ткань, принялся жечь живую плоть. Истошный вой и безумные вопли казнимого разнеслись над озером. Обе ангелицы, бледнея, вжались в землю и затряслись от ужаса. Восхищение пламенным красавцем сменилось паникой и желанием бежать отсюда, как можно дальше.
Запах паленого поплыл над островом. Мусорщик корчился и исходил диким криком, пока палач не убрал ногу с его руки. Кряхтя, поскуливая и конвульсивно вздрагивая, низший ангел съежился на земле. Сизый дым поднимался над его рукой, сожженной до костей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
