с восхищением наблюдал, как жена колдует над кастрюлей с картофелем и одновременно следит за духовкой. На кухне Келли умудрялась делать несколько дел сразу, причем с ловкостью, о какой Тому оставалось лишь мечтать.
– Ну как там Джесс? Получше?
– Ребенок просто решил покапризничать, ничего страшного. Я дала ей обезболивающее. А как у тебя на работе?
– Не спрашивай.
Она обхватила его лицо ладонями и поцеловала:
– А хорошие дни у тебя вообще бывают?
– Прости, я не собирался жаловаться.
– Ну так давай поговорим. Я твоя жена, расскажи мне!
Он взял ее лицо в ладони и поцеловал в лоб.
– После ужина. Ты такая красивая и с каждым днем становишься все прекраснее.
Келли с улыбкой покачала головой.
– Тебя подводит зрение. Старость не радость. – Она отступила на шаг и кивнула на себя. – Нравится?
– Что именно?
– Комбинезон.
Том разом помрачнел:
– Новый?
– Ага. Только сегодня доставили.
– А выглядит потрепанным.
– Так и задумано! Между прочим, Стелла Маккартни. Скажи, шикарный?
– Это которая дочь Пола?
– Да.
– У нее вроде дорогая одежда.
– Обычно не купишь, но этот шел со скидкой.
– Кто бы сомневался. – Не расположенный ссориться, Том продолжил смешивать коктейль.
– Я поискала в интернете, куда бы нам съездить, чтобы не слишком дорого. И узнала, когда мама с папой заберут детей – в первую неделю июля. Сумеешь вырваться?
Том достал из кармана портативный ежедневник и глянул расписание.
– В конце июля у нас выставка в «Олимпии», но первые числа подойдут. Только учти, шиковать нам сейчас никак нельзя. Может, выберемся куда-нибудь в пределах Англии?
– Цены на туры просто смешные! – с жаром сообщила Келли. – Недельная поездка в Испанию обойдется дешевле домашних посиделок! Я выписала парочку сайтов, после ужина обязательно посмотри. У Холли из нашего квартала есть подруга. Так вот, она неделю отдыхала на Карибах, в Сент-Люсии, и за все про все отдала каких-то двести пятьдесят фунтов! А мы чем хуже?
Отложив ежедневник, Том привлек жену к себе и поцеловал:
– Пожалуй, дам компьютеру вечером отдохнуть и посвящу время тебе.
Келли прильнула к его губам в ответном поцелуе.
– А мне потом смотреть, как тебя ломает? – лукаво улыбнулась она. – Тем более скоро начнется шоу Джейми Оливера, а ты его на дух не выносишь. Полчасика можешь смело уделить своей игрушке.
– Будь у нас финансовая возможность, куда бы ты мечтала поехать? – спросил Том, вручая жене бокал.
– Куда угодно, где дети не вопят.
– Ты серьезно готова их оставить? Не передумала? Точно?
До сих пор Келли не допускала и мысли о том, чтобы расстаться с детьми.
– Прямо сейчас я бы с удовольствием их продала, – ответила она и одним глотком осушила половину «Морского бриза».
* * *
Через час, в начале десятого, Том поднялся в свой маленький кабинет с видом на улицу. За окном по-прежнему сияло солнце. Том любил долгие летние вечера, и в ближайшие несколько недель они станут лишь длиннее. Через дорогу, между двумя крышами квартир, надстроенных над магазинами, различался крохотный голубой треугольник Ла-Манша. В небе промелькнула и скрылась стайка скворцов. С улицы в кабинет проникали ароматы соседского барбекю, от которого даже у сытого Тома текли слюнки.
В тренажерном зале какой-то бедолага качал пресс под неусыпным взором тренера. Глядя на него, Том невольно вспомнил, что совсем забросил спорт – если не считать коротких прогулок с Леди. Слишком много бизнес-ланчей, слишком много алкоголя – и, как итог, любимая одежда трещит по швам. Келли неоднократно упрекала его, мол, глупо жить напротив спортзала и не пользоваться его услугами. Однако абонемент вылился бы в дополнительные расходы.
Может, погожими летними вечерами ему стоит подольше гулять с Леди. И снова заняться плаванием. Гольф раз в неделю никак не сказывался на талии; в раздевалке Том с отвращением посматривал на обладателей дряблых пивных животов и с горечью понимал, что сам вскоре пополнит их ряды. Он постучал кулаками по животу, как бы давая себе отмашку: «К отпуску на тебе появятся кубики!»
Попивая уже третий немаленький коктейль с водкой, Том почувствовал, как дневные хлопоты растворяются в приятной алкогольной дымке. Отставив бокал, он глянул на веб-камеру на штативе, установленную специально, чтобы периодически общаться с братом, живущим в Австралии, потом разблокировал ноутбук и проверил список входящих. Первым в глаза бросилось сообщение от Роба Кемпсона, его бывшего начальника из «Мотивэйшн бизнес», с которым они поддерживали приятельские отношения.
Том, зацени, какие сиськи!
Роб
Вместо того чтобы перейти по ссылке, Том достал из коробочки забытый жирдяем диск и вставил его в ноутбук. Сразу активировался антивирус, потом на рабочем столе возникла иконка, однако никакой ясности она не внесла. Том дважды щелкнул мышкой.
Экран потемнел, на черном фоне высветилось маленькое окошко:
Адрес «Макинтоша» верен?
Нажмите «ДА», если хотите продолжить. Для выхода нажмите «НЕТ».
Решив, что это стандартная синхронизация между «Виндоус» и «Эппл Макинтош», Том щелкнул «ДА».
Следом возникло новое сообщение:
Добро пожаловать, подписчик. Вы подключены.
Сообщение сменилось надписью:
СКАРАБЕЙ ПРОДАКШН
Буквы практически мгновенно исчезли, экран посветлел, на нем появилось цветное изображение спальни – слегка зернистое, словно транслируемое через скрытую камеру.
Просторная комната явно принадлежала женщине: небольшая двуспальная кровать накрыта пледом и завалена подушечками; непритязательный туалетный столик, большое зеркало в антикварной раме, явно позаимствованное из ателье, у изножья кровати – деревянный сундук, на полу два ковра с густым ворсом, закрытые вертикальные жалюзи. Комнату освещали два ночника у постели, другим источником света служила приоткрытая дверь в ванную. На стенах висели две черно-белые работы фотографа Хельмута Ньютона в стиле «ню». Напротив кровати располагался большой зеркальный шкаф, в котором отражалась дверь, ведущая, скорее всего, в коридор.
Стройная девушка выпорхнула из ванной, поминутно поправляя одежду и нервно поглядывая на часы. Элегантная, красивая, с длинными светлыми волосами, в облегающем черном платье и с единственной ниткой жемчуга на шее, она держала в руках сумочку-клатч, словно собиралась на вечеринку. Внешне она напоминала Гвинет Пэлтроу; на мгновение Тому почудилось, что это она и есть, но потом красавица повернулась, и он осознал, что ошибся, хотя сходство и впрямь было поразительное.
Присев на край кровати, девушка, к огромному удивлению Тома, сбросила туфли на высоких каблуках. Потом встала, начала расстегивать платье, похоже не догадываясь о камере.
За ее спиной распахнулась дверь, и в кадре возник невысокий, коренастый мужчина, весь в черном, вплоть до балаклавы на голове. Рукой в перчатке он прикрыл за собой створку и медленно направился к ничего не подозревающей
