наверное, до Людиного рождения. Потому, даже когда Люда ехала на нижней полке, она толком не спала. «Ничего», — говорила она себе, — «выспаться можно и дома». Правда, и там это никогда толком не получалось: приедешь на два дня выходных, пока все дела переделаешь и со всеми встретишься, уже и обратно надо ехать. Но нормально спать в поезде она всё равно не могла. Казалось, что стоит ей крепко заснуть, как обязательно при очередном толчке поезда она слетит на пол, и непременно лицом вниз. А если упадёт со второй полки, то головой ударится об столик и порежет себя до смерти об разбитый стакан. Она когда-то поделилась своими страхами с подружкой, но Ирка в ответ только рассмеялась. У Люды был ещё один страх, но о нём она не рассказывала никому, даже Ирке.
Телефон мигнул, показывая, что батарея садится. Можно, конечно, встать и поискать зарядное где-то в сумке, но тут поезд резко остановился, так что Люда чуть не скатилась на пол.
«Где это мы?», — подумала она и, приоткрыв занавеску, выглянула в темноту окна, но понять не смогла. Казалось, что поезд остановился в чистом поле. Телефон в руке зазвонил и высветил на экране «Ира».
— Привет! Уже еду, утром буду.
— Люда! Люда! Слышишь меня? Это ты? С тобой всё нормально?!
— Конечно.
— Мне кто-то только что звонил с незнакомого номера. Женщина какая-то кричала: «Ирка! Это я, Люда! На меня напали в поезде!» и отключилась.
— Что за чёрт?! Это розыгрыш, наверное, какой-то. Извини, телефон садится.
— Тебя утром встретить на вокзале? — Ирка успокоилась.
— Встреть! — сказала Люда, но телефон выключился окончательно, и не было понятно, услышала ли её подруга.
Поезд по-прежнему стоял. Вдруг в коридоре хлопнула дверь, и кто-то пробежал по коридору. Люда встала, чтобы запереть купе, но обнаружила, что защёлка на двери сломана.
Поезд резко тронулся. Что это была за станция и почему они на ней так долго стояли, узнать было не у кого. Люда даже сколько сейчас времени не знала — телефон был мёртв. Достала сумку из-под полки и начала искать зарядку.
— К вам никто не заходил? — голос за спиной заставил её резко обернуться. В дверях стояла знакомая проводница.
— Нет.
— А, ну тогда ладно. Закройтесь! — сказала она и ушла до того, как Люда собралась сообщить про поломанную защёлку.
Зарядки нигде не было.
Люда опять легла на полку и тут услышала движение за стенкой. По звукам тяжело было догадаться, что там происходит, но Людмиле показалось, что она слышит, как кто-то пыхтит от натуги, а потом раздался глухой удар в стенку между купе, но не сильный, а такой, как если бы человек бросил чемодан. Ей стало не по себе. Надо бы выйти, найти проводницу, спросить, что случилось, но было страшно. Это мог быть и новый пассажир, кто-то же пробежал по коридору, когда поезд остановился на станции. Усилием воли Люда всё-таки заставила себя встать и выглянуть в коридор. Там было пусто. Окно в конце было приоткрыто, и сквозняк втягивал в него шторку с синим логотипом «УЗД». В купе для проводников никого не было. Китель висел на плечиках, на столике были разложены какие-то бумаги и никого. Люда на секунду задумалась, стоит ли дожидаться хозяйку, но зайти она постеснялась, а стоять в полутёмном коридоре было неуютно. Своё купе, пусть и с поломанной щеколдой, создавало иллюзию защищённости, и Люда быстро пошла обратно.
Она почти вбежала, и, закрыв за собой дверь, села на свою полку, с трудом переводя дух. «Не будь дурой!», — велела она себе. Взяла стакан с чаем, достав из него ложечку, и только собралась пить, как вдруг прямо перед её лицом с верхней полки свесились две ноги. От неожиданности Люда подскочила и расплескала содержимое стакана. Будь это копыта чёрта, она бы так не испугалась, как увидев перед собой стоптанные ботинки, заляпанные чем-то чёрно-бурым. В фильмах героиня в такой ситуации сразу находит в себе силы заорать как ненормальная. Люду же парализовал ужас. Казалось, что она не может не только кричать, но и дышать.
Сколько она так просидела, рассматривая оказавшиеся перед её глазами ботинки, неизвестно. Возможно, прошло мгновение, а может целая вечность, как вдруг ноги исчезли, но в ту же секунду нечто небольшое, тёмное и вонючее молнией слетело вниз и появилось перед Людой. Она ещё толком ничего не успела рассмотреть, как существо приблизило к ней своё серое, в тёмных выпуклых пятнах лицо с чёрными глазами в глубине воспалённых век и просипело:
— А ну не варнякай!
В ту же секунду Люда заорала. Существо метнулось к ней, протягивая короткие руки с огромными граблями растопыренных пальцев.
— Решения надо принимать быстро, — любила повторять подруга Ирка, прежде чем сделать очередную глупость в своей жизни.
Ложечка, по-прежнему зажатая в руке, изо всей силы воткнулась в бездну левого глаза существа. Люда отстранённо наблюдала, как острый край чайной ложечки легко вошёл ровно в середину чёрной дыры, услышала неприятный влажный звук, а в лицо ей брызнуло что-то горячее. Существо взвыло и отшатнулось, а Люда подлетела к дверям и, выскочив в коридор, с криком побежала к началу вагона.
Из первого купе навстречу ей выскочил мужчина и, схватив Люду за плечи, втянул её внутрь.
— Тихо, тихо! Успокойся! — кричал Людин спаситель, стараясь быть услышанным.
— Там, там… — Люда показывала на дверь, не в силах сказать ещё что-то.
— Где он?
Как ответ на его вопрос откуда-то из глубины вагона раздался рёв раненого зверя, лишь слегка приглушаемый закрытыми дверями.
— Пятое купе! Пятое! Оно там!
— Закрой за мной и никого не пускай, — сказал мужчина, — я постучу и скажу, что это я, слышишь?
Люда увидела, как он достал пистолет из кобуры, которая была у него под пиджаком, и взял его обеими руками, как это делают актёры в полицейских боевиках.
На столе лежал оставленный им телефон. Повинуясь внутреннему порыву, Люда быстро схватила его и набрала номер Ирки. Это был единственный номер, который она помнила наизусть, и как только абонент ответил, закричала в трубку:
— Ирка! Это я, Люда! На меня напали в поезде!
Но в этот момент поезд резко затормозил, остановился как вкопанный и тут же со страшной силой дёрнулся обратно, издавая оглушительный скрежет. Люда упала, телефон выпал из её рук и отлетел куда-то. Слышно было, как где-то посыпались стёкла, раздался грохот, а затем всё смолкло.
Люда бросилась к окну. В темноте ночи сначала ничего не было видно, но потом она заметила, как под окнами вагона
