Скрытая камера! Козни дебилов с телевидения!
Он бросился осматривать подъезд, не нашёл ничего подозрительного, а потом вспомнил, что место для разговора было выбрано им же, да и никакое юмористическое шоу не смогло бы вынуть копию его медкарты из отдела кадров. И стало не до смеха. Провокация? Какая-то проверка? Может, операция эфэсбэшной наружки с малопонятными целями и абсурдными средствами? В последнем варианте без телеглаза тем более не обойтись; как, естественно, и без микрофонов.
Разум заволокло тьмой гнева. Гнев был смешан со страхом. Во тьме сверкали молнии…
* * *
…Секстензор, он же истребитель, состоял из кнопки и узкого чехла сантиметров тридцати в длину. Оба этих предмета были соединены разноцветными проводками – вот и всё устройство. Кружок «Юный радиолюбитель» натурально. Кнопка была самой заурядной – круглой, пластмассовой, очень похожей на те, что от дверных звонков (может, и вправду от звонка?). Что касается чехла, то он оказался мягким и приятным на ощупь, словно из бархата или замши; материал был незнаком. Входное отверстие – с завязочками, позволяющими регулировать натяг, отсюда же исходили две пары ремешков, чьё назначение тут же и разъяснилось. С помощью ремешков устройство крепилось к туловищу. В области таза. Чехол при этом надевали… на пенис.
Именно так: секретное экспериментальное спецсредство следовало натягивать не куда-нибудь, а на жезл, бляха, на нефритовый!
– Элементы питания, как видите, конструкцией не предусмотрены, – разливался соловьём капитан Гаргулия. – Система питается сексуальной энергией, да вы и сами это почувствуете. Боевой режим жестко привязан к эрегированному состоянию прибора…
Так и случился с Неживым второй приступ хохотушек.
– А как же бабы? – вымучил он. – Им-то чехол на что надевать?
– Женский вариант с дилдо-коллектором не разрабатывается, – был ответ. – Есть мнение, что операторов из числа женщин подобрать невозможно.
– Значит, абсолютное оружие покоряется только мужикам? Это хорошо, это ты меня почти уговорил…
* * *
Итак, где спрятаны микрофон и телеглаз?
На теле «топтуна», ясен пень, как принято у наружки. Точнее, на «шлёпальщике». Это у ментов в ОПУ[6] служат «топтуны», а в КГБ они всегда были – «шлёпальщики»… Неживой распахнул на собеседнике пиджак, рванул рубашку, – посыпались пуговицы, – и сразу увидел провода.
– Доцент тупой, но аппаратура при нём! При нём! – яростно сказал он.
– Подождите!
Ждать? Чего? Неживой в секунду выдрал весь этот срам – с мясом и жилами. Выдрал и швырнул на лестницу.
Сунул пальцы в нагрудный карман Гаргулии и тут же наткнулся на диктофон. Выключенный, правда. Старенький «перкордер», какими уже лет пять не пользуются.
– Идиота из меня делаете?
– Вы и есть идиот! – Он шарился у себя под мышками, как та мартышка, и чуть не плакал. – Никакая это не аппаратура… вернее, другая аппаратура… тупица… это же нейтрализатор… защита против истребителя… – На пол выпал тумблер с торчащими обрывками проводов. – Ну вот, пожалуйста!.. – Он зачем-то расстегнул брюки и полез руками куда-то туда, изогнувшись винтом.
– У тебя там что, тоже чехол? – догадался Неживой.
– Я же сказал, ней-тра-ли-за-тор! Коллектор ставится в задний проход, а не на… 3-зараза! Контактная группа сорвана…
– Ты хочешь сказать, у тебя штырь в заднице? – Витя не поверил. – Дай посмотрю.
Смотреть, естественно, не стал, но рукой залез и пошарил.
И впрямь – какая-то штуковина в заднице. Никакой прослушки, никакого видео. Мужик был – честный псих.
– А диктофон чего?
– Да ничего! Ношу вместо блокнота. Фиксировать мысли вслух, чтоб не забыть.
– На «перкордер»?
– Писать ненавижу, не моё это… – Капитан Гаргулия, оттолкнув Неживого, принялся собирать по лестнице обрывки «нейтрализатора». – Убедился? Или всё сомневаешься?
– Давай к делу, капитан.
– Давай к делу, майор. Признавайся, только честно, есть ли у тебя враг. Такой, чтобы при одном его упоминании чернело в глазах…
Приговор
На «врага» Витю и поймали.
Когда тебе всерьёз предлагают исполнить самое-самое сладкое твоё желание, становится трудно думать, тем более, в категориях доверия или недоверия. Даже если минуту назад ты считал соблазнителя психом.
Не желаешь ли отомстить? Для начала – одному из тех пачкунов, которые гадят прямо в твою белоснежную фарфоровую жизнь. Чтобы нажать на слив – раз и навсегда… Полковник Конда – гнида, сук а, грязь. Одна фамилия чего стоит. Следак из Особой инспекции, чьей целью, чьим смыслом было урыть лично Витюшу Неживого, а заодно весь отдел в РУОПе, где Витюша имел честь служить. Не мог полковник простить ему свою болонку… с собачкой-то майор Неживой (тогда ещё капитан) и вправду обошёлся не совсем галантно, но это отдельный анекдот… Гадил он Неживому, где только можно. Увы, не простой был следак, а «важняк», следователь по особо важным, что давало и полномочия, и возможности. Пролез в спецгруппу, руководимую и направляемую Москвой и призванную искоренить коррупцию в славном питерском РУОПе. Спущенный с цепи, вцепился он, ясное дело, персонально в майора Неживого, умело превращая его в фигуранта. Пёс поганый…
Как же странно совпало, что именно сегодня Витя организовал маленькую акцию возмездия. Подробности позже, но в результате того славного конфуза, случившегося на конференции, Конда попал в больницу. И вдруг – новое искушение. Отомстить по-настоящему…
Невозможно устоять!
Короче, если существовал хоть малейший шанс додавить эту гадину, Неживой готов был поверить и сумасшедшему, и провокатору, равно как и связаться с нечистой силой. Успех всё спишет.
К делу, так к делу.
Прежде чем расстегнуть штаны, он всё-таки спросил ФСБшника в лоб: что хочешь лично ты, уважаемый? Почему спешка, почему мы говорим в подъезде, а не в стерильных стенах лаборатории? Мне НУЖЕН полный расклад, напомнил Неживой… Я всё объясню, пообещал тот, нервничая и потея. Когда и если у нас получится.
«Когда и если». Интеллигент херов.
– Не волнуйся, я отвернусь, – сказал этот чудак.
– Зачем? – изумился Неживой. – Нет уж, смотри. Ради кого стараюсь.
Вроде бы пошутил.
Потом спустил трусы…
Очень тонкий момент. Не шутил Виктор, даже если сам думал обратное. Он не был эксгибиционистом, вовсе нет, – ну просто нравилось ему показывать людям свои гениталии, с любовью выбритые, тем более, ведь было чем похвастать! Что вы хотите: 21 в длину и пальцы не сомкнешь в толщину. В боевом состоянии, конечно. Такой диковиной разве что буддистский монах не стал бы гордиться, да и то…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
