— А, молодые люди, - сказал Нимдаль доброжелательно. - Времени у меня не сказать чтобы много, так что давайте быстрее.
Вел себя этот суховатый человек, как будто не он вызвал их на встречу, а они сами напросились. Ну что ж, в каком-то смысле так оно и было.
Эргал ожидал, что Арреш-мер сейчас покажет себя: сверкнет этак по-особенному глазами, улыбнется, и Нимдаль сразу потеряет почву под ногами - Эргалу уже доводилось видеть, как начальник тайной городской стражи сбивает спесь даже с тех, кто стоял в иерархии значительно выше него.
— Мы бы не стали отнимать у вас время, о почтенный брат, - Арреш-мер низко поклонился по всему церемониалу, и Эргал еле успел повторить за ним. - Но дело первостепенной важности. Вы ведь получили мою записку?
— Да, этот юноша, Никкар, передал ее мне. Но, признаться, не прими я это за шутку, мог бы принять за государственную измену, - голос Нимдаля сочился ласковостью. - Вы ведь понимали, чем рискуете, брат Арреш, отправляя мне ее?
— Еще больше я понимал, чем рискую, если не отправлю. Когда Боцорг войдет в город, мы все останемся на руинах, если не будут приняты меры. А принимать их некому. Похоже, никто здесь не понимает, что за человек Кюрош-е-Боцорг. Я же изучил его. Благородство не чуждо ему, но любое данное слово он повернет к своей выгоде.
Нимдаль вскинул брови.
— Вы еще смелее, чем я думал.
— Мой дедушка был гадателем. Я кое-что подсмотрел в его чаше с водой.
Нимдаль усмехнулся.
— Ну хорошо. Что же вы предполагаете сделать?
— Я предполагаю спрятать сокровища Эсагила, - произнес Арреш-мер без обиняков. - Сами знаете: серебро - вот что определяет статус как человека, так и государства в нашем несовершенном мире. Вы отвечаете за ключи от одной из семи сокровищниц…
— Меня контролируют. Уж вы бы должны знать.
— Стражей я возьму на себя. Мне нужно ваше содействие. Ключ, схема прохода, рабы, чтобы вынести ценности… Столько рабов у меня нет.
— Предположим, я согласился, - Нимдаль чуть улыбнулся. - И где вы предполагаете перепрятать сокровища? В городе, по вашей же логике, нельзя…
— Место уже подготовлено, - улыбнулся Арреш ему в ответ, чуть зубастее. - К сожалению, пока я не могу вам его открыть. Но тайник абсолютно надежен, и при этом ценности даже не придется выносить из Эсагила.
— И все же, - Нимдаль покачал головой. - Как вы себе это представляете, брат Арреш? Ясной ночью вереница рабов тащит тюки через двор, а царь, жречество и стража в это время благодушно глазеют на танец белокурых наложниц? Или вы собираетесь ждать до ночи вторжения, с тем чтобы общая неразбериха скрыла эту неучтенную деятельность?
— Почти, о почтенный брат, - Арреш-мер чуть поклонился, отдавая должное собеседнику. - Я действительно собираюсь подождать до дня вторжения. Но отвлекающий маневр, куда надежнее войск Боцорга, уже разработан и теперь только и ждет приведения в исполнения.
Об Эргале даже не вспомнили. Оставалось только гадать, зачем его пригласили - ведь чем меньше народа присутствует при таких разговорах, тем лучше. Еще молодой жрец все время ждал: хоть один из них впрямую обмолвится о том, что ведь не все сокровища можно донести до тайника. А еще они начнут произносить громкие слова о благе города.
Не дождался. Ни того, ни другого.
* * *
В ночь рождения великого царя Александра, завоевавшего почти весь известный ему мир, некий безумец сжег храм богини Артемиды в Эфесе. Мы не будем повторять имя этого несчастного. Гораздо важнее другое: спустя много лет архитектор Хейрократ восстановил храм, сделав его еще выше и славнее прежнего. Святыню украсили рельефы и скульптуры лучших художников своего времени - времени величайшего расцвета Ойкумены; картины, висевшие в храме, не имели себе равных.
Пятьсот лет спустя храм был разграблен варварами. В последующие века он постепенно разрушался, пока болото полностью не поглотило его.
* * *
— Брат Арреш, но ведь у почтенного брата Нимдаля ключи лишь от одной из семи сокровищниц… Что же делать с остальными? Вы сами говорили, до вторжения не более четырех дней… Мы ни за что не успеем найти подходы к остальным жрецам.
- Тебе предстоит узнать о нашей работе, Эргал, одно простое правило: подготовка - это все. Вдохновенную импровизацию тоже недооценивать не стоит, но при прочих равных на нее способно очень мало людей. А вот приучить как следует готовиться заранее можно кого угодно - даже такого шалопая, как ты.
— Арреш, Тиамат[20] тебя побери! Что насчет остальных сокровищниц? Я так понимаю, план состоял в том, чтобы спрятать все, чем располагает Эреду…
— Мы так и сделаем.
— Но остальные сокровищницы…
— Остальные сокровищницы пусты, Эргал. Я «нашел подход» к другим жрецам, как ты выражаешься, полгода назад, когда о завоеваниях Боцорга еще только слухи поползли.
— Но…
— Не мы одни тут творим мифы, мой друг. Владыки города занимаются тем же.
Эргал чуть было не споткнулся: они разговаривали на ходу.
— Так было всегда? - спросил он. - То есть это испокон веку так? Шесть пустых сокровищниц, чтобы запутать воров…
— Да нет, - спокойно поправил Арреш-мер, - думаю, они опустели совсем недавно… Внутренняя политика последних лет определенно не пошла на пользу царству. Если бы не пришел сейчас Боцорг, думаю, мы бы дождались вскоре другого завоевателя.
* * *
Брат Арраман тоже заведовал кладовыми Эсагила. Должность его была не столь почетна, как у брата Нимдаля: в его владениях, четырех смежных комнатах на втором подземном ярусе, лежали, преимущественно, старые глиняные таблички с доносами да заморские дары или призы, которым не удалось найти применения. Пару месяцев назад, когда с ним неожиданно сблизился брат Арреш-мер, Арраман, не в силах удержаться от искушения, попытался привлечь к себе внимание более осведомленного и перспективного жреца, показав Аррешу самые главные свои диковины. В числе их - несколько странных, прибывших издалека трубок.
«Если их правильно поджечь и запустить, - говорил брат Арраман, - они взлетают вверх и взрываются там разноцветными огненными цветами. Это очень красиво. Я совсем мальчишкой еще видел такое… Но последнего заморского мастера бросили в голодную яму за непочтительность, а наши их запускать не умеют. Если же запустить неправильно, они взрываются на земле и могут вызвать большие разрушения, даже жертвы…»
«А также свет и грохот, да? - понимающе кивнул брат Арреш-мер. - Скажи, брат Арраман… А тебе бы хотелось вновь увидеть, как они взрываются?»
